Милена Завойчинская 
Книгоходцы особого назначения

Высшая Школа Библиотекарей – 3

«Книгоходцы особого назначения»: Эксмо; Москва; 2016
ISBN 978-5-699-86757-8
Аннотация

Кира и ее напарник Карел — книгоходцы особого назначения. Точка. Подтверждено и подписано. И если раньше в этом еще можно было сомневаться, то теперь, после того как Аннушка… извините, Аннатиниэль Кариборо, темная фея, преподаватель бестиологии и фэйриведения, соизволила стать личным наставником неугомонной парочки, поклялась сделать из них магов высшей пробы и принялась пугать до дрожи на семинарах и выматывать до потери пульса на практических, — выбора не осталось. 
Вот и учились как заведенные, трамбуя знания в головы с утроенной скоростью и удесятеренным усердием. А в редкие минуты отдыха? Ну… а кто не шалит? Пусть даже от этого вся школа вздрагивает в буквальном смысле, а ректор седеет. Зато весело и интересно. Очень. И это тоже «особое назначение» адептки ВШБ Киры Золотовой.

Милена Завойчинская
КНИГОХОДЦЫ ОСОБОГО НАЗНАЧЕНИЯ

Глава 1 
О замечательных покупках и споре с соседкой, а также о расплате за летние шалости и о приобретении личного учителя

Просыпаться было трудно. Легли мы вчера с Лолой очень поздно, да и перенервничали после драки Изверга и Ривалиса. И чего они устроили такое? Непонятно. А ведь так хорошо начинался последний вечер каникул. Дуб зеленый, кот, русалка… И вдруг такая неприятная ситуация. В общем, сейчас я с трудом пыталась разлепить веки. Ведь вот-вот начнется распределение «новеньких» по факультетам, а «стареньким» нужно получить расписание и учебники.
— Ло-ола-а, — хрипло позвала я.
— Отстань, я сплю, — сварливо отозвалась она.
Похоже, моя соседка также не выспалась и пребывала в дурном настроении.
— Ло-о-ол, — не сдавалась я. — Пойдем пораньше? Расписание первыми получим, учебники.
— Не хочу!
— А у нас там еще дуб, ты помнишь? Пока ректор будет нас убивать, все нормальные учебники разберут.
Дерхана издала смешок и со стоном села. Я повторила ее действия и спустила ноги с постели. До распределения еще два часа, так как я проснулась раньше, но что такое два часа для девушек? Да еще обладательниц длинных густых волос.
Мы с Лолиной переглянулись, оценили внешний вид друг друга и, не сговариваясь, поморщились. На голове воронье гнездо, под глазами синяки, на щеках отпечатки подушек. Красавицы!
«Красавицы» натянули халаты и печально побрели в ванную умываться и пытаться проснуться.
Я первая вышла из душевой кабины и поежилась, так как принимала контрастный душ, чтобы очухаться ото сна.
— О, Золотова! — вдруг окликнула меня одна из старшекурсниц. Училась она не на магическом факультете, как я, а то ли с детективами, то ли с фантастами. Я ее знала только в лицо.
— Привет! — мирно отозвалась я.
— Золотова, я не путаю, ты же из технического мира? — продолжила симпатичная шатеночка.
— Угу, — промычала я, отжимая волосы полотенцем.
— Тогда тебя точно должно заинтересовать. А то эти курицы жирафы ничего не понимают. Им лишь бы золото да шелка.
Я фыркнула на «куриц жираф» и вопросительно уставилась на собеседницу.
— Мы с напарником обычно с практики привозим на продажу для своих и тех, кто понимает, высокотехнологичные вещи и обувь. Заходи, посмотришь, может, что подберешь для себя. Тут такое не делают. Я смотрю, у тебя нога небольшая, должно подойти кое-что, наши еще не все разобрали.
— А что именно-то? — заинтересовалась я.
— Обувь и одежда для тренировок. Дышащая, непромокаемая и так далее. Если что понравится, характеристики расскажу. Там исключительно научные разработки в тканях, никакой магии. Есть и кое-что мужское. В основном обувь, но это надо у Колина спрашивать, для парней он тащил.
— Поняла! Куда идти и чем платить, если что-то понравится? Деньгами или можно зельями и эликсирами?
— Деньгами. Я совсем на мели, — улыбнулась девушка. — Я Нина Остролист. Приходи на четвертый этаж, комната номер тридцать девять.
Лолу я дожидаться не стала, помчалась переодеваться. Быстро высушила волосы заклинанием и кое-как скрутила их в пучок. Надо спешить, пока не все прибыли, а то ведь разберут вещи. А вдруг там есть, например, кеды или кроссовки? Да и спортивный костюм какой-нибудь?
Если Нина и удивилась моей скорости, то виду не подала. Я же отговорилась тем, что потом буду сильно занята до самого вечера. Девушка бросила быстрый взгляд на часы, прикинула время и сказала, что, пока я буду присматривать что-нибудь для себя, она начнет одеваться к распределению. Выгрузила на пустующую кровать своей соседки кучу барахла и оставила меня в покое.
А я едва не завизжала от восторга. Счастье-то какое!
Уходила я оттуда с тремя парами кроссовок (были бы еще, забрала бы все, но, увы, на мой размер больше не оказалось), двумя спортивными костюмами для уличных тренировок, эластичным комплектом из какой-то странной ткани для занятий в зале и ветровкой из дышащей ткани. Не знаю, в каком мире Нина все это добыла, но явно в техногенном, уж больно мудреные свойства обещали производители. И «дышат» мол, и пружинят, и амортизируют, и высыхают мгновенно, и… и…
— Ну и что это за уродство? — вздернув бровь, вопросила Лолина, когда я, едва не попискивая от радости, сложила свои сокровища на постель.
— Много ты понимаешь! — расплылась я в млеющей улыбке. — Эти кроссовки — беговые, эти — для занятий в зале, эти — универсальные. Смотри, какие легкие и удобные! И стопу фиксируют хорошо. А вот тут в подошве воздушная подушечка под пяткой и супинатор!
— Жуть! Я бы такие ни за что не надела, — сморщила носик красавица дерхана.
— Ха! Да ты никогда и не бегала кроссы, не лазила по канату, не скакала через «козла»…
— Это смотря кого понимать под козлом, — усмехнулась Лолина.
— Аэробикой ты тоже не занималась. Вы вообще все изнеженные аристократочки. А вот женщины на моей родине… У-у-у! При том, что мы люди. Но вот готова биться об заклад, любая землянка укатала бы в плане физической выносливости даже дерхану.
— Это человечки-то? — фыркнула Лолина. — Да вы слабые и ничего не можете.
— А ты сама-то? Это в боевой форме ты сильнее и выносливее, а так? — возмутилась я.
— И так! — непримиримо отозвалась Лола. — Даже эльфийки сильнее людей!
— Чем докажешь?! — пошла я на принцип.
— А чем надо? Давай состязание устроим. Спорим, ты первая загнешься?
— Ах так?! Ладно! Значит, я, как самая слабая по твоей характеристике, назначу вид состязания. И посмотрим кто кого!
На лужайку перед главным корпусом мы с соседкой шли насупленные и взвинченные. Я от эйфории, полученной от добычи, невероятной в этом магическом мире, и последующего спора с Лолой даже забыла про свою вчерашнюю шкоду. А ведь на лужайке у главного корпуса расположились дуб зеленый, кот-сказочник и русалка.
Адепты уже обнаружили внезапно свалившееся на них счастье, и у могучего дерева, обвитого золотой цепью, царило столпотворение. Несколько затруднял подход к дубу разлившийся у его подножия импровизированный пруд, но для магов, многие из которых владели левитацией, нет ничего невозможного. Кот, судя по довольной морде, которую было видно даже издалека, наслаждался вниманием. Русалка (надо бы, кстати, придумать ей имя) кокетливо стреляла глазками в парней и накручивала на пальчик синие локоны.
Неподалеку обнаружились и остальные члены нашей команды. Я помахала рукой всем ребятам, а Лола послала воздушный поцелуй Юргису.
— Народ в восторге! — этой фразой встретил меня Ривалис.
— А уж как ректор будет радоваться, — со смешком поддержал его Карел.
— А кот, оказывается, анекдоты знает. Неприличные! — сообщил Гастон, переглянулся с Мальдином, и они оба захохотали.
Я смущенно улыбнулась.
У крыльца главного корпуса парни-пятикурсники уже устанавливали стол с «глобусом-распределителем». Куда-то стремительно прошагал декан фэнтбоев магистр Аррон. Потом на крыльцо выплыла магистр Кариборо, и мне как-то резко поплохело. От этой страшной женщины так легко не отбрешешься. Это ректор — душка и просто отличный дядька, а темная фея… Ей бы еще топор в руки, чтобы точно соответствовала канонам. Аннушка, словно услышав мои мысли, медленно повернула голову в нашу сторону. Я непроизвольно сделала шаг назад и задумалась, за кого бы спрятаться. Тут на мои плечи легли чьи-то ладони, но не успела я завизжать с перепугу (нервы — ни к черту! Надо было успокаивающей настойки хлебнуть), как Ивар шепнул мне на ухо:
— Не бойся. Я с тобой!
Да, и я прямо сразу перестала бояться! Ха-ха! Да Аннушка любого дерхана раскатает в тонкий блинчик, свернет рулетиком, обмакнет в… наверное, в кровь жертвы и съест.
А объект, о котором я столь нелицеприятно размышляла, исчез с крыльца, чтобы тут же появиться возле нас.
Роскошная брюнетка величаво подошла к краю огромной лужи, чуть склонила голову вбок, и во внезапно повисшей тишине хорошо стал слышен голос кота:
— У Феи — глазки изумрудные, все на траву она глядит, у ней наряды дивно-чудные, опал, топаз и хризолит…
Аннушка с невозмутимым видом дослушала до конца. Кот, воодушевившись таким вниманием, начал декламировать следующее стихотворение:
— Фея в сад гулять пошла, так нарядна и светла…
Адепты, стоявшие вокруг, притихли и старались не отсвечивать, поскольку никто не брался предугадать, как на сие отреагирует магистр Кариборо. А кот закончил и уставился на Аннушку огромными глазищами. Уж не знаю, о чем думала страшная фея, но она подняла руки и три раза хлопнула в ладоши. Вероятно, это были аплодисменты. Я невольно перевела дух, а преподавательница заговорила:
— Мне, безусловно, не нравится, что я светла с твоей точки зрения, животное. Но сделаю скидку на то, что ты создание из другого мира. На будущее, я — темная фея.
— Учту, прекраснейшая из женщин! — галантно отозвался кошак. Льстец!
Русалка недовольно посмотрела на него со своей ветки, но наткнулась на взгляд ярко-зеленых глаз магистра Кариборо и решила, что здоровье дороже, а с соседом по дереву она разберется позднее.
— Адептка Золотова, подойдите ко мне, — не поворачивая головы, приказала Аннушка.
Вот ни за что не подошла бы я к ней. Страшно ведь! Лучше ректора дождаться! Но кого интересует мнение второкурсницы? Точно не темную фею. Меня буквально вытащило к ней силовой волной и поставило рядом. И вот стоим мы: я смотрю на кота, магистр Кариборо смотрит на кота, русалка смотрит на кота, а кот смотрит на Аннушку.
— Ваша работа? — вежливым голосом, от которого волосы на моей голове встали дыбом, спросила преподавательница бестиологии и фейриведенья.
— Кхм, — поперхнулась я воздухом.
— Ректор уже в курсе?
— Мм-м…
— Магистр Новард, — позвала Аннушка, все так же не глядя на меня, — можно вас на несколько минут?
Ректор появился практически сразу же. Сначала вопросительно взглянул на магистра Кариборо, увидел рядом с ней меня и нахмурился (я же наоборот — заискивающе улыбнулась), потом оценил толпу любопытствующих и наконец догадался повернуться и поинтересоваться, что же рассматривала Аннушка.
— Золотова? — прозвучал усталый вопрос. Причем спрашивал он не меня.
— А у вас могут быть сомнения? — тонко улыбнулась фея. — Великолепнейший образчик словесного творчества. Колоссальный объем литературных и музыкальных произведений в памяти. Декламирует стихи, сказки, поет песни. Почти разумен.
И все это было сказано явно не обо мне.
— Золотова! — А вот теперь ректор обращался ко мне. — Это что?
— Дуб зеленый, — потупившись, объяснила я. Кто-то из студентов хохотнул, услышав такой ответ.
— А на нем?
— Златая цепь, — вздохнув, покаялась я.
— А на ней?
— Кот ученый.
— И что он делает?
— Ходит по цепи кругом, — отвечала я стихами Александра Сергеевича Пушкина. Ну а что, наизусть ведь помню.
— Зачем? — удивился магистр Новард.
— Он когда идет направо — песнь заводит, а налево — сказку говорит. Вот день и ночь ходит, и ходит, и ходит… — Каждое мое очередное слово было тише предыдущего. Последнее я вообще прошептала под пристальным взглядом главы школы.
— Ну, хорошо, допустим. И ладно еще кот! Это я хоть как-то могу понять. Но скажите, Кира, откуда у вас столь извращенные фантазии? Почему на дереве сидит русалка?
— Давайте я вам с самого начала расскажу? — попросила я, поняв, что иначе наш разговор так и будет похож на игру в слова. — У Лукоморья дуб зеленый…
— Значит, песни и сказки, — произнес магистр Новард, как только я продекламировала стихотворение полностью. — Радует, что вы не создали витязей в столь ужасающем количестве. Только скажите мне, адептка, лужу вы с какой целью налили? Ведь теперь к дереву не подойти.
— А это случайно, она скоро высохнет… — заулыбалась я, поняв, что меня, кажется, не будут наказывать. И на всякий случай добавила: — Я так больше не буду!
— Мы так больше не будем, — прозвучала неожиданно сзади поддержка, и рядом со мной встал Ивар. К нему подтянулись Карел, Эварт, Юргис и все наши. Даже Тина с Лолой подошли. И с покаянным видом уставились на травку.
— Адепты, признайтесь! — с обреченностью спросил несчастный глава школы. — Ну зачем? С какой целью вы создали этот… это… этих…
— Ну магистр Новард! Для красоты конечно же! — воскликнула я. — Все для любимой школы! Вы только подумайте! И красиво, и экзотично, и редкость такая! Спорим, ни у одного местного учебного заведения нет такого чудесного разумного кота? Он будет приобщать нас к литературе. Знаете, сколько он всего помнит?!
Зверь важно кивнул, подтверждая мои слова.
— Магистр Кариборо, что скажете? — поинтересовался ректор.
— А мне нравится это животное, — снисходительно улыбнулась Аннушка. — Крайне занятный экземпляр, как я уже говорила. Думаю, мы найдем о чем с ним побеседовать.
Черный зверь еще не знал, что его ожидает, а потому довольно муркнул и прижмурился.
— Ну а насчет Золотовой… — не к добру вспомнила про меня жуткая фея, — я забираю ее себе.
— Ик! — Это я, если кто не понял.
Ректор поперхнулся воздухом, но не икнул. Ему по статусу не положено.
— Магистр Кариборо, я все понимаю, вы темная фея, — осторожно начал он, — но давайте не будем забывать: Золотова все-таки адептка ВШБ, а смертность в наших стенах не приветствуется.
— Выживет, — легко отмахнулась Аннушка.
У меня от лица отхлынула кровь, да и вообще вдруг захотелось упасть в обморок. Или под землю провалиться. Или исчезнуть куда-нибудь.
— Золотова! — повернулась ко мне преподавательница и окинула выразительным взглядом. Я от ужаса покачнулась и собралась-таки потерять сознание. — Раз в неделю будете приходить ко мне. Вы ведь еще не выбрали личного учителя, правильно?
— Н-нет, — клацая зубами, выдала я ответ. На моих плечах сильнее сжались пальцы Ивара, удерживая от позорного бегства.
— Ну вот, теперь и не придется размышлять над этим вопросом. Я забираю вас себе.
Я в панике искала слова, чтобы сформулировать причину для отказа, а магистр Кариборо отвела от меня пронизывающий взгляд и посмотрела куда-то мне за спину.
— Вас, адепт Вестов, я тоже забираю, так уж и быть. Поблагодарите позднее, пока не стоит.
Что-то мне подсказывало, что Карел вовсе не собирался этого делать, но я мудро не проронила ни слова. А Аннушка оглядела нашу компанию, вздернула одну бровь и добавила:
— Нет, адепт Стенси, вас я не возьму. И не нужно так смотреть. Вы мне неинтересны. А вот эти два экземпляра с сегодняшнего дня мои. Я сделаю из них величайших магов, книгоходцев особого назначения, хотят они того или нет. — Преподавательница бестиологии бросила еще один взгляд на меня.
Слова «хотят они того или нет» оптимизма не добавляли. Напротив, понимание того, что ррыгры и северные пушные зверьки с Земли окружили и атакуют, захлестнуло с головой. Что-то я не уверена, что хочу стать «величайшим магом», мне бы выжить до конца обучения. И потом, быть «экземпляром» как-то обидно.
В гробовой тишине (а притихли даже окружавшие нас школяры) фея исчезла. Остались мы, дуб с котом и русалкой и ректор.
— Это большая честь. Магистр Кариборо крайне редко берет учеников, и никогда сразу двоих. М-да, — выдал магистр Новард и с сочувствием посмотрел на меня, потом на Карела. — Впрочем, может, это и к лучшему. Вот пусть она и учит вас, мне все равно некогда.
— Магистр Новард, — жалобно проблеяла я. — Пощадите!
— Нет уж. Теперь магистр Кариборо станет показывать вам Сидоровых коз и места зимовки раков! — Он усмехнулся и исчез в портале.
И тут же раздался его магически усиленный голос, призывающий первокурсников на распределение.
— Пушной зверек? — спросил меня Карел.
— Ррыгр мохнатый! — подтвердила я.
— Ну вы и влипли! — «поддержал» нас Юргис.
Карел тяжело вздохнул и укоризненно посмотрел на Рыжика. Я тоже вздохнула. Один раз, потом еще один раз, и еще один.
— Пойдемте получать расписание и учебники. Что-то уже нет желания смотреть на распределение новичков. А потом надо будет выпить, — внес предложение Ривалис.
И мы пошли…

Глава 2
О встрече с летними знакомыми, о том, как нужно озадачивать ректора, и о новых знаниях о расе дерханов

Все-таки магия — это нечто очень странное, не поддающееся никакой логике и объяснениям. Когда я распечатала свое расписание и углубилась в его изучение, то только и смогла в очередной (уж и не сосчитать какой по счету) раз страдальчески вздохнуть. В списке предметов числились обещанные магистром Новардом две дополнительные лекции по управлению стихией воды, которых не было ни у кого другого. Я специально проверила у Рива и Лолы, так как они были с разных факультетов. Впрочем, заставило меня страдать не это, а то, что в пятницу последние две пары были обведены черной рамочкой и назывались они «Личностная специализация», преподаватель магистр Аннатиниэль Кариборо. Две пары! Боже мой! Это я еще не упоминаю бестиологию и фейриведенье, которые в этом году также присутствовали в списке изучаемых дисциплин.
— Личностная специализация? — скорбно вопросил Карел, заглянув в мое расписание.
— Угу!
— Ивар, а у тебя есть личностная специализация в списке? — посмотрел на дерхана мой напарник. — Вы же старше нас.
— Кирюш, это только на пятом курсе, — ответил вместо Изверга Юргис и окинул двух жертв Аннушки сочувственным взглядом.
— Значит, нам феерически повезло! — Я снова (на этот раз с подвыванием) вздохнула.
— Кирюшенька, ты не расстраивайся, — влезла с утешениями Тина. — Это же не конец света. Наверное… Наоборот, у вас двоих открываются такие перспективы. С вами будет лично заниматься магистр Кариборо.
— Ага! — поддержала ее Лола. — Подумаешь, что к пятому курсу эти двое станут похожи на свихнувшихся психов, страдающих к тому же нервным тиком. А так — все хорошо! Всего лишь будут делать вот так… — Она начала дергать щекой, потом одним плечом, затем прошлась, подволакивая левую ногу.
Вот тут я не выдержала и стукнула вреднючую дерхану по голове сложенным листком с расписанием. Огребла от нее шлепок по попе, после чего мы с чувством удовлетворения отправились за учебниками.
Вошли мы все в библиотеку и застыли у порога. Я-то уже знала, что Рид, Левая и Правая обитают где-то тут, но специально не стала никого предупреждать, чтобы понаблюдать за реакцией. И она, реакция, не заставила себя ждать. Первой тоненько заверещала Тельтина, потом белугой взвыла Лола, тут же добавилась нецензурная брань от парней. А всего-то — из-за ближайшего стеллажа вылетел Рид, улыбающийся во весь рот, а по полу за ним семенили Левая и Правая. Бывший дворецкий Чокнутого Марвела подлетел так, чтобы зависнуть напротив наших лиц, и с интересом обвел взглядом заявившуюся шумную компанию.
— Привет, Рид! — помахала я рукой.
— Привет, Кира, — улыбнулась лысая голова. — Карел, как дела?
— Все хорошо, Рид. Так ты теперь в библиотеке обитаешь? — приветливо отозвался мой напарник.
Ребята, до которых дошло, кто это такие, замолчали и стали прислушиваться к нашей беседе.
— Да, нас сюда направили. Хорошо, что вы нас забрали из Лериграсса, ребятки. Тут замечательно! Кира, Карел, а мы вам уже учебники подобрали. Вы расписание принесли? Что-то еще нужно, кроме основных предметов?
Кивнув, я положила свой листок на стойку регистратуры и принялась наблюдать за происходящим.
— Ага, ага, это есть, это тоже… Хм… А чего такое странное сочетание предметов? Так-так… — бормотал Рид, читая список. Потом поднял на меня взгляд и озадаченно спросил: — Кир, а ты разве не жирафа?
— Она у нас редкий зверь, — со смешком ответил за меня Ривалис. — Кирюша — боевая жирафа с ведьминскими наклонностями.
Потом Левая и Правая таскали мне и Карелу учебники, пока мы болтали со старым знакомым. Затем пришел магистр Ририн и отметил всем остальным в списках, что где искать. Рид проявил галантность только по отношению к Лоле и Тине, отправив за книгами руки. А вот парням пришлось лазить по стеллажам самим.
К моменту, когда мы с помощью парней дотащили учебники до комнаты, я немного отошла от шока после разговора с Аннушкой. Аутотренинг помогал, так как я все это время внушала себе, что она очень сильный маг, более того — фея. Что для нее нет невозможного, что ничего плохого она нам ни разу не сделала. Наоборот, платье новогоднее я от нее получила в дар. И преподает она отлично, ее предметы все студенты знают лучше, чем какую бы то ни было другую дисциплину. В общем-то, все это было чистой правдой. Оставался ма-а-аленький такой нюансик: паническая атака, которая начиналась у большинства тех, кто имел несчастье оказаться в зоне внимания госпожи Аннатиниэль Кариборо. Но ведь люди ко всему привыкают. Наверное, через какое-то время и я смогу.
— Куда сейчас пойдем? — спросил Ивар, выложив огромную стопку моих учебников на стол.
— Пить! — возвестила Лола, показывая Юргису, куда положить ее книги.
— Нет, — помотала я головой. — Сначала я сварю одно зелье, это быстро. Потом его нужно занести в городскую тюрьму. А затем…
— Пить! — это снова Лола.
— Нет! — фыркнула я. — Пить мы пойдем вечером. А днем у меня куча дел.
— Ну Кира-а-а! — возмутилась Лолина. — Ну и ррыгр с тобой. Мы тогда с Юргисом пойдем гулять.
— Куда ты собралась? — невозмутимо спросил меня Изверг.
— На окраину города. Надо поискать домового, я обещала Мырьке и магистру Новарду. А с таким расписанием, как у меня, времени на это потом совсем не останется. К тому же у нас с моей милой, любимой, скромной и ласковой соседкой еще осталось одно дельце. Я пока не придумала, как именно мы будем его осуществлять и в какой день. Но времени на поиски домового у меня потом точно не будет.
«Милая, любимая, скромная и ласковая соседка» скорчила мне злобную рожу и показала язык. Дерхана ничуть не сомневалась, что уделает меня и победит в нашем будущем соревновании на выносливость. Что бы такого изобрести, чтобы ей небо с овчинку показалось?..
— Ладно, — согласился Ивар так, словно я попросила меня сопровождать. Но ответить я не успела. — Сейчас возьму Гаврюшу, а то ему скучно одному в комнате сидеть, и пойдем. Карела будешь звать?
Я зависла на некоторое время, раздумывая. С Карелом оно как-то привычнее, это факт. С другой стороны, наверняка у него куча своих дел, а острой потребности в его присутствии нет. Главное, что я буду не одна, значит, это безопасно.
Лола и Юргис с интересом наблюдали за моими размышлениями и, вот уверена думали, совсем не о том. Наверняка решили, что я хочу побыть с Иваром наедине. А я хочу?
Хм!
А почему бы и нет?
— Нет. Помощь мне не нужна, так что Карела я спрошу, но если у него есть свои планы, то тащить его не стану, — выдала я вслух компромиссную версию.
Лолина сделала страшные глаза и постучала себя по лбу костяшками пальцев, а я прикинулась слепой и тупой. Ничего не вижу, ничего не понимаю.
— Ивар, ты ему передай, пожалуйста. А я не хочу терять время. Лучше сварю пока быстренько эликсир от бессонницы для Зиновера. Жалко мужика. Маг в городской тюрьме, вкалывает как проклятый. С такой работой нужно по ночам спать, как бревно, иначе сил не будет, а у него хроническая бессонница.
Собственно, так я и поступила. Как только все вышли из комнаты (причем Лолина на прощанье мне прошипела пару ласковых слов), сразу же занялась делом. Нужные травки у меня имелись, слова заговоров я знала хорошо, так что к тому моменту, когда дверь приоткрылась и в комнату прошмыгнул Гаврюша, эликсир уже был готов.
— Привет, полосатик! — помахала я рукой лемуру. — Посиди на кровати, я сейчас остужу эликсир, перелью его и пойдем. А где твой хозяин?
Зверек что-то застрекотал на своем языке, бурно размахивая лапками, но что это означало, я, разумеется, не понимала. Я развела руками и занялась своим делом. Закончив, громко позвала:
— Мырька! Мырька-а-а! Разговор есть!
— Чего орешь? — возникла в комнате домовушка и возмущенно уставилась на меня.
— Мырька, я на охоту за домовым, — примирительно улыбнулась я маленькой сердитой женщине. — Кое-что нужно.
— А-а-а, так бы сразу и сказала, — нелогично ответила она. — Чего надо?
— Веник, блюдце, кружка, свежий мягкий хлеб и молоко.
— Ишь ты какая! И откуда только знаешь нашу любимую еду? Впрочем, что с вас, ведающих, взять? Сейчас все будет! — хмыкнула она и растворилась в воздухе.
— Так! — Я повернулась к фамильяру Изверга: — Хозяин твой куда-то запропастился, а мне кое-что еще нужно у ректора взять. Может, ты сбегаешь? Я записку напишу для магистра Новарда.
Гаврюша вскочил, всем своим вредом демонстрируя готовность мчаться куда угодно и выполнять, что я велю. Рассмеявшись, я быстро написала на листочке бумаги послание для главы школы:

«Магистр Новард, очень нужен ваш ботинок. Один! Уже ношеный!!! Позднее верну. Кира Золотова».

Гаврюша убежал, а я принялась собирать сумку. В мои планы входило сначала навестить моих давнишних клиентов и поспрашивать, где на окраине стоят старые пустующие дома. Ну и подработать немножко, если есть потребность в моих услугах. Я уже почти закончила, как в дверь раздался стук, и на мой разрешающий оклик вошли ректор со свертком подмышкой и Гаврюша. О как!
— Кира, вы меня извините, конечно, — озадаченно проговорил магистр Новард, — но для чего вам понадобился мой ботинок? Да еще один! Да еще старый! Я мог чего угодно ожидать от вас, зная вашу неуемную фантазию, но сегодняшняя записка меня буквально поставила в тупик Такого на моей немалой практике еще никто никогда не просил.
— Для охоты, — деловито пояснила я.
— Что, простите? — опешил маг. — И кого вы собираетесь ловить моей обувью? Мышей, что ли? Или… рыбу?
— Да нет же! Домового!
Ректор даже крякнул от подобного заявления и растерянно посмотрел на Гаврюшу. Лемур совсем по-человечески развел лапками, мол, сам не понимаю, и они вдвоем уставились на меня. Пришлось объяснять:
— Понимаете, домовые, они же разные. В смысле — по характеру. Кто-то на венике предпочитает переезжать в новое жилье, а кому-то для этих целей требуется обувь нового хозяина. А вы же наш глава. И в учебно-административном корпусе, да и в преподавательском общежитии. Ну и вот.
— Ах вот оно что! — чуть ли не с облегчением протянул маг. — В таком случае держите.
Я приняла из его рук сверток, в котором оказалась пара туфель. Явно одеванных, но в весьма приличном состоянии. Постеснялся, наверное, ректор отдавать мне совсем уж старые штиблеты.
— А вдруг вы двух домовых найдете? — пояснил количество туфель ректор. — Удачи, Кира. Я так понимаю, вы отправитесь с адептом Стенси? Вестова не берете?
— Нет, магистр Новард. Мы вдвоем сходим поищем. Если удача будет на нашей стороне, сегодня и привезем кого-нибудь. А то потом такое плотное расписание — не уверена, что смогу найти время на поиски домового.
Ректор ушел, и через минуту появилась Мырька с корзинкой и веником в руках.
— Держи! — возвестила она, опуская свой груз на пол. — Все как заказывала. Удачной охоты, ведьмочка! Я на тебя рассчитываю!
Помахав мне ручкой, она испарилась, а я посмотрела на Гаврюшу.
— Ну? И где болтается твой хозяин? У меня все готово, пора выходить. Если не придет в ближайшие пять минут, я отправлюсь одна или отловлю кого-нибудь из наших.
Лемур замер, сосредоточенно глядя перед собой. И вот уверена, он мысленно связался с Иваром. И точно! Буквально через три минуты в дверь постучали, и вошел Изверг. Окинул взглядом мой багаж, хмыкнув, взял в руки корзину и веник, посадил фамильяра на плечо и сказал мне:
— Веди, Кирюш.
В тюрьме нас встретил давешний маг. Выглядел он все так же плохо, отреагировал на наш приход абсолютно флегматично, и только когда я вручила ему флакончик с эликсиром для крепкого сна, в его глазах промелькнул интерес.
— И как это варево употреблять? — со скепсисом спросил он, повертев полученный бутылек.
— Перед тем как лечь в постель, шесть капель на полстакана воды, — сообщила я инструкцию. — Больше можно, но не нужно. Такая дозировка гарантирует вам около семи-восьми часов нормального крепкого сна.
— А если разбудят раньше? Буду как вареный овощ?
Мне очень хотелось ему сказать, что «вареный овощ» он сейчас, но я же вежливая девушка, а потому говорить гадости не стала.
— Нет, господин Зиновер. Это ведь не магический эликсир, а ведьминский, тут все построено на ином. Так что, если даже вас потревожат, вы будете по-прежнему невыспавшимся и неотдохнувшим, но вполне работоспособным.
— Понял. Проверим. — Его губ коснулась улыбка, и он взглянул на веник. — А куда вы собрались с таким странным набором вещей, если не секрет, конечно?
— На охоту за домовым, — пояснила я. — Задание от школы.
— Ну-ну!
Вот под это скептическое «ну-ну» мы и отправились к окраинам. Разговор с Иваром как-то не клеился. Он и в тюрьме отмалчивался, пока я беседовала с Зиновером. И по пути не спешил заполнить затянувшуюся паузу. Меня это, откровенно говоря, начинало напрягать. Сам ведь напросился со мной, а теперь идет с каменным лицом и молчит. Лучше бы я одна отправилась! Хоть на психику никто не давил бы.
— Ивар, а ты всегда такой? — не выдержала я.
— Какой? — Изверг повернул голову и взглянул на меня сверху вниз.
— Как осетр замороженный, — ляпнула я и тут же захлопнула рот. Сама не знаю, с чего вдруг у меня это сорвалось с языка.
— Что такое осетр? — невозмутимо вопросил дерхан.
— Рыба. Деликатесная крупная рыбина.
— Хм… И что же заставило тебя сравнить меня с этой рыбиной? Да еще с замороженной? — поднял брови боевик.
— Ты такой же редкий вид, по крайней мере в ВШБ, чешуйчатый и шипастый в боевой ипостаси, и молчишь все время, — буркнула я.
— А что ты хочешь, чтобы я рассказал? — все с тем же непробиваемым спокойствием спросил Изверг, а мне захотелось его пнуть.
Нет, ну что за невозможный тип, а? Хоть немного должно быть у человека, тьфу ты, нечеловека эмоций? Как так можно?! Подумала я, подумала и так честно ему и сказала:
— Я тебя сейчас пну!
— Что? — растерялся Ивар. — Зачем?
А я возликовала. Так вот как с ним надо обращаться! Необходимо его шокировать, чтобы выбить хоть какой-то проблеск чувств.
— Расскажи, что ли, о своем мире. Надоело, что ты все время молчишь.
— Из меня получается плохая компания, да? — не совсем логично спросил он и едва заметно вздохнул.
— Отвратительная! — честно ответила я и заслужила укоризненный взгляд от Гаврюши и от дерхана. Ну а что? Правду ведь сказала, хоть и не очень вежливую.
— Что ты хочешь узнать о моем мире?
— Все! Какие расы у вас живут кроме дерханов? Кого больше? Кто правит? У вас монархия? Какая у тебя семья?
— Мир у нас очень красивый, — задумчиво начал рассказ боевик — Два океана, несколько морей. Материков четыре. На одном живут только дерханы и люди. На остальных — расы перемешаны. Я живу на том, где только мы и люди, — пояснил, поймав мой вопросительный взгляд. — У нас почти нет гор, а гномы предпочитают именно их, ты же знаешь. Больших лесов у нас тоже нет, а эльфы стараются жить там, где деревьев много. Но у нас почти во всех крупных городах есть стационарные порталы, с помощью которых можно перемещаться не только по своему материку, но и на соседние. Кто их строил, сейчас уже никто не знает. Они очень древние, но работают исправно, так что народы активно торгуют и путешествуют.
— А ты на всех материках уже бывал?
— Нет, — покачал головой парень. — Не успел. Насчет того, кого из народов больше, сказать сложно. Но наверное, все-таки дерханов. Мы живем на всех материках. У нас монархия. У каждого народа есть свой правитель, но подчиняются все единой власти — императору. Он дерхан.
— Почему?
— Мы сильнейшие, — как само собой разумеющееся пояснил Ивар. — Это сейчас у нас мир. Раньше, когда шли войны, именно дерханы были наиболее мощной силой. Ты ведь знаешь, у нас имеется боевая ипостась. Да и наша магия… — Он помялся.
— А что с вашей магией?
— Самые могучие боевые маги — это высшие дерханы. То есть мы сильнее прочих не только физически, но и в магии.
— Это вы типа как демоны, что ли? — сопоставила я факты.
— В некотором смысле да. Имеются, конечно, и минусы в этом. Мы очень вспыльчивый и во многом нетерпимый народ. Нам трудно держать себя в руках. Если мы злимся и впадаем в неконтролируемую ярость, то… В общем, можем убить голыми руками, не говорю уж о заклинаниях. Нас уважают за силу, но и боятся. А с теми, кого боятся, не слишком-то дружат. — И опять внимательный взгляд серых глаз искоса.
— Я тебя не боюсь, — выдала после некоторого раздумья. — Опасаюсь немного порой, но все же не боюсь. А Лолу и подавно.
— Кир, я не совсем типичный дерхан. В моем роду магия особенно сильна. Кстати, среди дерханов книгоходцы рождаются крайне редко, но в моем роду раз в несколько поколений появляются стабильно. Еще у Вархабов, у тех вообще каждый второй — книгоходец. Но это к слову. А относительно моей нетипичности… Всех детей в моей семье с раннего возраста учат контролю над эмоциями. Это важно, чтобы мы в порыве гнева случайно никого не убили. Мы учимся держать себя в руках, не поддаваться внезапным порывам.
— Так ты поэтому такой примороженный? — воскликнула я.
— Я привык вести себя сдержанно, — после долгой паузы ответил Ивар. — У меня не было друзей в детстве, у дерханов вообще с этим сложно, как я уже говорил. Та же Лола, у нее ведь не было и нет других подруг, кроме тебя. А у меня только в ВШБ появились Юргис и Эварт, но и они меня немного опасаются, не говорю уж о других. И только позднее возникла ты и остальные.
— Бедненький!
Изверг подавился воздухом от моего заявления, а Гаврюша насмешливо фыркнул и погладил своего хозяина лапкой по голове.

Глава 3
О поисках нового домового, знакомстве Изверга с молотком и девичьих разборках

Я с улыбкой посмотрела на лемурчика и продолжила допрос с пристрастием:
— Ладно, с этим мы разобрались. А чего там с высшими дерханами? Вот ты и Лола из высших. И что это значит?
— Древние аристократические фамилии, обладающие магическими силами. Все потомки высших имеют не только боевую ипостась, но и магию.
— Типа белая кость, голубая кровь? — уточнила я.
Изверг с изумлением посмотрел на меня.
— У нас красная кровь, — пояснил осторожно. — С чего вдруг такие странные выводы?
— Да нет… Это у нас так говорят про аристократов, мол, у них голубая кровь и этим они отличаются от плебса.
— Плебса? — кашлянул парень. — Знаешь, я порой вообще не понимаю тех слов, что ты говоришь.
— От простолюдинов, — со вздохом пояснила я. Как же трудно с этими иномирянами. Ни черта не понимают!
— А-а, ну да. Высшие отличаются от низших, но не цветом крови. Как я уже сказал, способностями к магии. Ну и так как все высшие — аристократы, то это особый кодекс чести, следование древним традициям, которые передаются из поколения в поколение. Ну и так далее…
— Понятно. А женитесь и размножаетесь вы как?
— Как все! — неожиданно смутился парень. — Но у высших приняты договорные браки, как и у любой аристократии любой расы. У низших с этим проще.
— А потомство от смешанных браков? Вот если Лола вдруг выйдет замуж за Юргиса? Кто у них родится? Оборотень, превращающийся в чешуйчатое чудище, или наоборот? У чудища будут в полнолуние отрастать пушистый хвост и уши?
— Кира! Ты порой высказываешь настолько дикие предположения, что оторопь берет!
— А чего такого-то? Интересно ведь, а противная Лола не хочет ничего рассказывать. Знаешь, сколько я ее пытала?
— В чем-то я ее понимаю, — пробормотал Изверг, за что получил от меня тычок в бок. — У них родится дерхан. Без вариантов.
— Это почему еще?! — обиделась я за Рыжика.
— Потому что Лолина Вархаб из высших. Наша кровь… не знаю, как это объяснить. Существуют гипотезы, что в далеком прошлом над нашей расой был проведен какой-то обряд. С тех пор у высших дерханов любого пола, вне зависимости от расы супругов, рождаются только чистокровные дерханы. У низших все не так сложно. Может появиться на свет ребенок расы одного из родителей, тут уж как природа распорядится.
За разговорами мы незаметно дошли до нужной улицы, и я уверенно направилась к маленькому скромному домику с покосившимся забором. Сама открыла калитку и вошла, поманив за собой Ивара.
— Бабуля! — громко позвала я.
На крыльцо тут же вышла старушка, которая в прошлом году связала для меня свитер из козьей шерсти.
— Кира! Деточка! — обрадовалась она. — Ты уже вернулась с каникул?
— Да, бабуль, — улыбнулась я и направилась к ней. — Вот, зашла вас навестить. Как вы себя чувствуете?
— Твоими заботами, милая! — Старая женщина приобняла меня и посмотрела на моего спутника, а потом в изумлении принялась рассматривать лемура.
— А это — Ивар. Мы учимся вместе в школе, и сегодня он меня провожает, — пояснила я, никак не отреагировав на недовольный взгляд Изверга. — Вот этот милый зверек — Гаврюша. Ивар, это госпожа Дината.
С этой приятной пожилой женщиной у нас сложились почти семейные отношения. Она была одинока и радовалась мне как родной, если я, оказавшись в этих краях, заходила ее навестить. Всегда предлагала мне чая или молока и с удовольствием беседовала. И как-то так повелось, что я звала ее просто «бабулей» или «бабушкой».
Уже в комнатке, сидя за ароматным чаем из смородинового листа, я сообщила, что в этом году у меня будет мало свободного времени, так как очень плотное учебное расписание. Сказала, чтобы она сама приходила, если вдруг что, ну и между делом поинтересовалась, не знает ли она, где тут есть старые, заброшенные или развалившиеся дома, в которых никто не живет.
— А вам зачем? — подслеповато щурясь, спросила она.
— Да задание нам в школе дали. Вот мы и отправились на разведку, — не стала я признаваться.
— На нашей улочке точно нет, а вот через одну вроде есть сгоревший сруб. Только я не знаю, не разобрали ли его еще. Хотите, я спрошу у соседки? У нее пацаны шустрые, везде вокруг шныряют, все знают.
— Спасибо, бабушка. Мне с вами пойти?
— Да сидите, милые, пейте чай, пока горячий. — Она поднялась и пошла к выходу.
А я тут же повернулась к Извергу и тихо спросила:
— Сможешь забор починить?
— Я?! — опешил Изверг.
— Ну не я же! Ты ведь мужчина. Там несложно, надо кое-где подбить планки и выправить всю конструкцию. Гвозди в сенях, в ящике, там же молоток.
— Кирюша, ты меня удивляешь все больше и больше. Откуда ты это знаешь? — посмотрел на меня с недоумением дерхан.
— Да уж знаю. Зимой и сама кое-как пыталась чинить, но строительные работы — это не мое. Гаврюша, и ты иди вон с той корзинкой. Там в дальнем углу куст смородины растет, обери спелые ягоды. А то госпоже Динате тяжело ходить, она уже не все может сама делать, и много ягод просто опадает или птицы склевывают.
Лемур вскочил со скамьи и поскакал к корзинке, стоявшей на подоконнике.

Выпроводила я всех и утрированно тяжело вздохнула, глядя в стол. Отпила чая и заговорила, словно размышляя вслух:
— Интересно, повезет нам или нет? Хорошо, если бы в той сгоревшей избушке жил домовой. Тогда нам не пришлось бы тратить уйму времени на его поиски. А вообще любопытный вопрос: кто должен следить за учебным и административным корпусами в школе? Вот то, что в преподавательское общежитие нужен именно домовой, которого я и ищу, это сомнений не вызывает. А за учебными кабинетами кто наблюдает? Тоже домовой? — Я снова отпила чая, поставила кружку на стол и рассеянно повозила ею. — Если так, то мне позарез нужно нанять двух свободных домовых.
Высказавшись, я замолчала, словно задумалась. Из открытого окна слышалось счастливое повизгивание Гаврюши и стук молотка. Надо же, Ивар и правда забор принялся ремонтировать. Удивил, если честно. Я думала, откажется.
— Псть! — через несколько минут послышалось из-за печки. — Псть!
Оглядываться я не стала, зная вредный характер домашней нечисти. Своенравные они…
— Ну псть же! — позвал тихий мужской голос из того же угла. — Эй, ведающая.
— Да? — Вот теперь я обернулась и спокойно посмотрела на типичнейшего домового. Такого же, как Родион.
— Правда, что ль, разыскиваешь кого свободного из наших? Для школы?
— Ну да. Я учусь в Высшей Школе Библиотекарей. У нас два домовых уже есть: один за мужским общежитием приглядывает, вторая — за женским. Требуются еще двое.
— Про то я ужо слышал, — важно кивнул мужичок. — Ты, ведающая, хорошая девка. Не забываешь мою хозяйку, потому подскажу. В тот дом, что сгорел, через улицу, не ходи. Домовой-то там есть, только безумен он. Так-то сидит себе на своем пепелище и вреда никому не делает, а вот к дитям его низзя. Как бы беды не было. Ты ступай лучше в Малый тупик, в нем землянка сохранилась. Хороший там домовой, старый, опытный. Он даже эту свою нору и то сберечь сумел.
— Спасибо, — степенно кивнула я. — А еще кого свободного на примете нет? Хочу позвать присматривать за учебным корпусом. Там кабинеты, аудитории, библиотека, лаборатории и многое другое.
— Это лучше бы духа-хранителя, ведающая. Не справится домовой, скорее всего. Иные у нас задачи, мы ведь домашний очаг храним, даже если он временный, как в ваших общежитиях.
Мужичок прислушался к стуку молотка и улыбнулся в бороду.
— А ловко ты хахеля своего к делу пристроила. Хороший парень, хотя молоток впервые в жизни в руках держит. И фамильяр у него забавный. Это что ж за зверь невиданный? Сколько живу, а такое диво впервые встретил.
— И вовсе Ивар мне не хахаль, — по привычке отмахнулась я. — Гаврюша — лемур. Животное из моего мира.
Домовой снова хохотнул, глядя в окно. Как-то он знал, что там происходит, хотя видел не глазами.
— Ты хахелю палец потом забинтуй, ведающая. Тряпочку у хозяюшки моей возьмешь, а я пошел.
Я собралась его спросить, отчего он называет меня не ведьмой или ведьмочкой, а ведающей, но не успела. Сначала вернулась госпожа Дината, рассказала про сгоревший сруб, похвалила Ивара, мол, какой чудесный юноша. А там и сам «чудесный юноша» вернулся с разбитым пальцем, следом за ним лемур с корзинкой спелой смородины.
Ягоды отдали нам, чему лемур был безумно рад. Впрочем, он себя не обидел и во время сбора урожая, и потому вся мордашка зверька была перепачкана фиолетовым соком. Закончив все, мы засобирались, попрощались и отправились в дорогу: Ивар задумчиво рассматривал свой перебинтованный тряпочкой палец, Гаврюша любовно поглядывал на смородину, а я уверенно вела их по нужному адресу. Этот район города я знала хорошо, так как бывала тут неоднократно, навещая своих небогатых клиентов. Правда, никогда не обращала внимания на землянку, но это поправимо. Нашли мы ее быстро и остановились у входа.
— Мы внутрь не пойдем? — спросил дерхан.
— Нет. Я сейчас попытаюсь наладить контакт с домовым, так что остаемся снаружи. Ивар, в разговор не лезь и не оглядывайся, пока мы не получим разрешения. Гаврюша, ты тоже внутрь не суйся, нарви вон лучше себе яблок, — кивнула я на старую яблоню, росшую чуть в стороне.
Приготовив угощение для домового, я перегнулась через земляной порог и аккуратно поставила блюдце с хлебом и кружку с молоком внутрь. После чего присела на чурбак спиной к двери. Ивар удивленно поднял брови, но повторил мои действия, только сел прямо на траву, оперся локтями на согнутые в коленях ноги и принялся наблюдать за своим фамильяром.
— Ивар, а ты Гаврюшу на практику брал? — спросила я и тут же вспомнила, как лемур закатывал глаза и страдальчески морщился при упоминании об Иоле. — Как все прошло?
— Брал, конечно, — вполне ожидаемо подтвердил боевик. — Он умничка. Я к нему очень привязался.
— Вы с ним уже полностью наладили связь?
— Знаешь, никогда не думал, что у меня может появиться фамильяр. У нас… не принято это как-то. Дерханы никогда не призывают фамильяров, а если и заводят, то боевых питомцев. Собак, ящеров, больших кошек типа пантер, ну и тому подобных. А тут — такое чудо с полосатым хвостом. — Ивар негромко рассмеялся и взглянул на меня искоса. — Не представляешь, как удивился мой отец, увидев Гаврюшу.
Я фыркнула и тоже посмотрела на лемура, оседлавшего ветку яблони.
— Он замечательный. Ума не приложу, как я сумела его вызвать, но он чудесный. Если бы могла повторить, то всем нашим призвала бы по какой-нибудь прелести. Кстати, не помню, говорила ли тебе, но Гаврюша — это сокращенное от полного имени Гавриил.
Ивар произнес вслух полное имя своего фамильяра, смакуя его звучание. Потом снова улыбнулся, но говорить ничего не стал. Тем временем в землянке прозвучал тихий шорох. Дерхан явно его услышал, потому что его плечи слегка напряглись, но, помня мои наставления, он сдержался и не оглянулся. А я завела наводящий разговор, чтобы наш невидимый пока слушатель понял, что к чему.
— Ивар, а у вас в мужском корпусе что-нибудь изменилось в лучшую сторону за лето?
— Да, и многое. А почему спрашиваешь?
— Так ведь это же я к вам в общежитие домового привезла. Ректор его официально прикрепил к вашему корпусу, — напомнила я.
— А, ну да. Полы скрипеть перестали, — начал перечислять Ивар. — Еще в окнах щели исчезли, а то зимой поддувало. Дверь в душевой перестала быть скошенной. Даже не знаю, как домовому удалось это исправить. Это то, что я навскидку вспомнил. Ну и разное по мелочи, что не сразу и заметишь. Но в нашем общежитии стало значительно комфортнее.
— Молодец Родион! Наша домовушка Мырька его очень хвалила. Вот просит еще помощника ей найти, чтобы приглядывал за преподавательским корпусом. Ты же знаешь этих магов, им проще вскипятить воду огненным заклинанием или наколдовать очистку комнаты от пыли, чем что-то починить руками или постирать.
— Руками? — Ивар глянул на свой подбитый палец и продемонстрировал его мне. — Я никогда в жизни не чинил заборов. Вообще молоток в руках не держал.
Я пожала плечами и рассмеялась, а дерхан укоризненно покачал головой, но глаза его улыбались.
Сзади раздался тихий смешок и бульканье. Я так понимаю, местный домовой сделал свои выводы, подслушав нашу беседу, и решил принять угощение. Мы еще несколько минут переговаривались, а потом наконец-то прозвучал хрипловатый басок:
— Так, значит, говоришь, пришла предложить мне новое жилье?
— Если тебе будет это интересно, — ответила я, не оборачиваясь.
— Кто там живет? Маги? Преподаватели? — деловито уточнил домовой дух.
— Да. Они у нас все разных рас: эльфы, люди, темная фея, гномы, джинн вот присутствует: магию огня будет нам с этого года преподавать. Ну и другие. Ректор наш там же обитает.
— Хм… — прокашлялся домовой. — И что же, целое общежитие — и все мне?
— Ну, если у тебя сил и умения хватит, чтобы одному справиться, то да.
Мужичок недовольно крякнул от того, что я засомневалась в его силах. Это явно задело за живое.
— А чего ж не справиться? Да я и с дворцом легко разберусь!
— Прости, но дворца у меня нет, — развела я руками. — Есть еще огромный административный корпус. Там все наши учебные аудитории, кабинеты преподавателей, лаборатории, тренировочные залы, библиотека, куча подсобных помещений и подвалы. А вокруг него конюшни, полигоны и много чего еще, я все и не упомню. Но мне сказали, что домовой с этим вряд ли управится, мол, нужно искать духа-хранителя. Только я не умею вызывать духов-хранителей. Вообще не представляю, как это делается, так что пусть наш ректор сам занимается данным вопросом.
— А ну-ка подь сюды, ведьмочка, — командным тоном велел домовой. — Будем детали обсуждать. Кстати, я Хадор.
Вот так ВШБ обзавелась третьим домовым. Хадор оказался мужиком хватким, очень старым, жил когда-то давным-давно (он уж и сам не помнил, сколько столетий назад) в замке, стоявшем в Межгороде. Я впечатлилась, прикинув его примерный возраст, а Ивар даже уважительно присвистнул. Переезжал Хадор, кстати, не на венике, который я ему любезно предложила, а в туфле магистра Новарда. Сказал, что он не деревенский домовичок и нечего ему подсовывать метелку. А уже в кабинете ректора, когда я выпустила домового и представила начальству, узнала, что он решил заняться не общежитием. Древний домовой дух сказал, что истосковался по работе, по большому пространству, по подвалам и чердакам… И ему по душе именно такая служба — в огромном административно-учебном корпусе, а не присмотр за компактным общежитием. Магистр Новард не возражал, наоборот, обрадовался, а мне напомнил, что рассчитывает на то, что я все же отыщу того, кто станет приглядывать за комнатами учителей. Туфли сказал пока не возвращать, а оставить для следующих поисков. Мол, некогда ему каждый раз думать, какую же пару обуви выдать мне для работы.
Вечер мы с друзьями закончили веселой пирушкой в нашем любимом трактире, а утром все отправились на учебу.
Первая неделя пролетела быстро. По традиции учителя наращивали объем домашних заданий с каждым последующим уроком, поэтому сказать, что сильно устала, я не могла. Тяжелыми были только утренние побудки. За лето все отвыкли просыпаться рано, так что теперь вся ВШБ ползла к завтраку хмурая и недовольная жизнью.
Мы с Карелом сидели на лекциях всегда рядом и периодически пихали друг друга локтем, чтобы заставить очнуться от дремы. Я с ним уже переговорила и рассказала о последствиях моей стычки с артефактом Исконной Тьмы. Мы даже сходили в лекарский корпус и побеседовали с магистром Литаниэль. Эльфийка внимательно меня выслушала, после чего долго сканировала Карела. А потом развела руками и сообщила, что ничего похожего на Тьму в нем не видит. Либо ей не хватает знаний, так как ни с чем подобным она ранее не сталкивалась, либо же все в порядке. Сказала, что поговорит с ректором и, возможно, они пригласят эксперта со стороны. Я же постоянно приставала к напарнику с вопросами, как он себя чувствует. Нет ли слабости? Не дрожат ли руки? Может, ощущается вялость и недомогание? Карел терпел несколько дней, а потом протянул ко мне утрированно трясущиеся руки и провыл:
— Я исчадие Тьмы! Я сейчас тебя задушу, если не оставишь меня в покое!
Пришлось треснуть «исчадие» тетрадкой по голове, обозвать неблагодарным поросенком и отцепиться от него. В конце концов, он мальчик взрослый. Я его предупредила, все, что от меня зависело, сделала, а дальше пусть следит за своим здоровьем сам.
Наши с Иваром отношения с мертвой точки так и не сдвинулись. У нас просто не было времени нормально встретиться или сходить на свидание. Не то чтобы я была против, но не получалось. Хотя он находил меня иногда на переменах, и мы успевали обменяться парой слов. На этом все. И у его курса, и у нашего ввели много новых предметов, объем информации, вкладываемый в наши головы, тоже рос, заклинания становились все мудренее. И это у нас, второкурсников. А уж Ивару, Эварту и Юргису приходилось еще сложнее.
Из всей недели единственным событием, не связанным с учебой, оказалась стычка с Иолой Дексовой. Я видела ее на переменах, она издалека мрачно наблюдала за Иваром, когда он подходил ко мне. А тут мы с ней столкнулись вечером, когда я, еле переставляя ноги, возвращалась после фехтования. Мастер Айвэ в честь первого занятия укатал нас до состояния «нестояния». Вот и брела я, не разбирая дороги и мечтая только о том, чтобы добраться до душа, а потом обмазаться своей мазью от боли в мышцах с ног до головы.
— Золотова! — Меня вдруг резко дернули за рукав, останавливая и разворачивая назад.
— Дексова, — отрешенно отозвалась я.
— Что у тебя с Иваром Стенси? — гневно вопросила эльфийка.
— Даже и не знаю. Пока ничего, — честно ответила я.
— Пока?! — Ее голос сорвался на визгливые нотки. — Ты, мелкая человеческая тварюшка! Как же спокойно было в школе, пока сюда не попала ты! Ненавижу! Как же я тебя ненавижу!
— Сколько экспрессии! — ничуть не впечатлилась я и насмешливо хмыкнула.
Эльфы народ миролюбивый, кроме того, Иола училась на ЖРФ, так что я ее не боялась. Ну, если только попытается глаза мне выцарапать, но так и я ей в глаз могу дать в ответку.
— Держись от Ивара подальше! — заявила она. — Он мой!
— Иола, охолонись, — устало ответила я. — Если ты не заметила, то я к нему и не лезу. Он сам меня находит.
— Ну что?! Что в тебе такого?! — перешла она ко второй фазе, к оскорблениям. — Ни кожи ни рожи, как говорят в человеческих деревнях. Ты ведь некрасивая! Тощая, нескладная, маленького роста, волосы какие-то… — протянув руку, она подцепила выбившуюся из моей косы прядь и дернула за нее, — черные и невнятные.
— О да! То ли дело ты! — в тон отозвалась я и горестно вздохнула. — Высоченная как каланча, плоская, потому что груди совсем нет, с размером ноги как у гвардейцев его величества, белесая, словно моль, и с такими очаровательными ушами — длинными, как у осла. Где уж мне с тобой равняться… И действительно, что Ивар во мне нашел? Сама не понимаю.

Глава 4
О первом занятии с Аннушкой, школьном бале и о том, что не стоит злить ведьму

Кстати, насчет внешнего вида Иолы я не соврала. Она действительно высокая, как и многие из эльфиек, и с бюстом у нее не особо — это, опять же, расовое. У меня, откровенно говоря, тоже не так чтобы пышные формы, только за этот год немного подросла грудь, но все равно ведь! Пусть и запоздало, но я взрослею физически. И насчет размера ноги я не приукрасила. Не знаю почему, но у девушек дивного народа ступни далеко не маленькие. Даже Тельтина, при всей ее хрупкости, носит обувь на два размера больше, чем я. Ну а насчет ушей и так все понятно.
— Ты-ы-ы! — раненым зверем взвыла Иола и набросилась на меня с кулаками.
Вот это она зря! Я и так злая и уставшая, а тут еще и внеплановая драка… По физиономии я ее бить не стала, это как-то не по-женски. Сдача — другое дело, если ударит, вмажу ей в ответ. Увернулась я от растопыренных пальцев с острыми ноготками, которыми девица пыталась расцарапать мне лицо, вырвала из захвата косу. Но так как Иола все не желала угомониться, а убежать без сдачи мне не позволяла гордость, то я просто врезала ей под дых. Не изо всех сил, а так, чтобы слегка поумерить пыл и заставить отступить. Эльфийка согнулась, держась за солнечное сплетение и глотая воздух ртом. Я стояла и молча ковыряла землю мыском сапога, давая ей возможность отдышаться.
— Золотова, если ты не отступишься от Ивара, — хрипло произнесла она, когда смогла говорить, — то сильно пожалеешь.
— Дексова, не унижайся ты, а? Ну ты же девушка. Неужели самой не тошно, что бегаешь за парнем, вешаешься на него, угрожаешь другим девчонкам? Смотреть противно. Уже давно могла бы найти кого-то другого и начать встречаться с ним.
— Мне нужен Ивар. И я получу его, чего бы мне это ни стоило, — процедила она. — Не стой у меня на пути, Золотова.
— А то что? — подняла я брови.
— Узнаешь, если не отступишься. — Зыркнув на прощание, эльфийка ушла.
— Бешеная курица! — проворчала я ей вслед и отправилась в общежитие.
Вот знала я, что ничем хорошим наша попытка сблизиться с Иваром не закончится. За ним вечно носились озабоченные фанатки, ахали, если видели его издалека, заламывали руки и выставляли бюсты в декольте, только что из платьев не выпрыгивали. И я… занятая собой, учебой, Карелом, травами, зельями и книгами. И одевалась я весь прошлый год как чучело, это если в сравнении с разряженными местными девицами. Мне-то без разницы. На Земле мода такая, джинсы — это рвань и застиранная ткань, свитер — крупной вязки и невнятной формы, ботинки — то ли ортопедические штиблеты из бабушкиного сундука, то ли орудие пытки от особо извращенных мастеров. У нас же все вечно боятся быть наряженными как «дурочка подобранная», а потому чем страннее комплект и чем меньше все сочетается друг с другом, тем лучше. Так что мне и напрягаться не приходилось: натянула на себя что есть в шкафу, на ноги — единственные сапоги, куртку надела, шарфом обмоталась — и я королевишна по земной моде. А эти… Юбочки, корсетики, кружева, шелка, вышивка, декольте, чулочки и каблучки… Ах да, веера еще, броши, кольца, серьги такие, что мочки оттянуты чуть не до плеч. Ну и? Кому я могла составить конкуренцию? Давайте уж честно… Особенно если учитывать, что парни-то тоже из средневековых миров и привыкли к нарядам своих дам. Для них я — не то пугало огородное, не то бродяжка.
Неконкурентоспособна я, и меня это полностью устраивает. И что во мне Ивар нашел? Нет, я, конечно, умница и вообще принцесса как минимум, но все равно… Может, плюнуть на наши еще не начавшиеся отношения и так их и оставить? Не начавшимися… Но Иола! Захухря противная! Нет, ей не отдам! Вот из принципа не отдам! И заметьте, не я начала эту войну!
В комнату я вошла злая как тысяча чертей, вынашивая кровожадные планы мести.
— Ух ты! — протянула Лола, уставившись на меня с кровати, где она читала очередной любовный романчик. — А ты чего это такая взвинченная? От тебя только что пар не идет, и глаза светятся. Аж страшно!
— С Иолой Дексовой столкнулась. Прикинь, эта мымра… — И я дословно процитировала наш диалог.
— О как! — хмыкнула Лолина. — Ну, ты тогда поаккуратнее, эльфы хитрые. Могут месяцами, а то и годами вынашивать планы мести, а потом ударят по самому больному. Жди от нее каких-то пакостей.
— Уже жду! — буркнула я. — Нет, но какова нахалка?!
— Ты на бал-то что наденешь? — с улыбкой спросила соседка, глядя на то, как я меряю шагами комнату. Так разозлилась, что даже про усталость забыла.
— Да вон, куча барахла. Мама Рива надарила. Какое-нибудь платье…

Следующий день обещал быть особенно впечатляющим за всю первую учебную неделю. Ожидалось приватное занятие с Аннушкой. Мы уже виделись, были пары и по бестиологии, и по фейриведенью, но то вместе со всем потоком. А вот вдвоем с Карелом мы пойдем на заклание к магистру Кариборо впервые.
Я начала волноваться заранее. Даже взяла с собой флакон свежесваренной успокоительной настойки. Непосредственно перед началом отведенного под занятие с Аннушкой времени я приняла дозу, выдохнула и сделала несколько боксирующих ударов в воздух.
— У тебя такой вид, словно ты идешь убивать магистра Кариборо, — пошутил Карел.
— Шутишь? Да я ее боюсь до трясущихся коленок.
— А вот это зря, адептка Золотова, — сообщила мне возникшая прямо из воздуха преподавательница.
Я от неожиданности взвизгнула и шарахнулась в сторону, врезалась в Карела и едва не сбила его с ног.
— Хм… — Фея оглядела меня с ног до головы и недовольно поджала губы. — С этим придется что-то делать.
— Не надо со мной ничего делать, — икнула я. Настойка уже начинала действовать, но еще не вошла в полную силу.
— А это уже мне решать, адептка. Проходите. — Аннушка посмотрела на дверь в аудиторию, и та сама приветливо распахнулась.
Мы с напарником вошли и собрались уйти на самую заднюю парту, но были остановлены, повернуты и усажены за первый стол. И все это в тишине и отнюдь не руками, а лишь взглядом феи и ее волей.
— Я слушаю, — произнесла преподавательница, усаживаясь за свой стол напротив нас.
— Что именно? — осторожно уточнил мой товарищ по несчастью.
— Подробности о вашей встрече с графом Касалем. Я читала отчет о вашей практике, но полагаю, вы не пожелали писать лишние детали и уточнения. Поэтому рассказывайте.
Карел посмотрел на меня, я на него.
— Магистр Кариборо, — прокашлявшись, произнесла я, — дело в том, что магистр Новард запретил нам говорить о произошедшем кому бы то ни было. И мы дали слово.
— Я в курсе. Но меня это не касается, так как именно мне магистр отдал вас и я буду вас учить, — ровно отозвалась фея и со скучающим видом посмотрела в окно.
— Понятно. Но мы ведь дали слово, — с нажимом повторила я. — Мы не можем начать рассказывать, пока магистр Новард лично не даст нам на это разрешения.
Если честно, было страшно. Перечить темной фее — это себя не любить, но выбора у нас не было.
— То есть вы отказываетесь, адептка? — Фея смазанным движением повернула голову и пристально уставилась на меня.
У меня засосало под ложечкой от ужаса, во рту пересохло, а по спине мурашки устроили парад в честь безвременной гибели своей хозяйки. Скорой гибели.
— Никак нет! — прошептала я и втянула голову в плечи. — Но… Пусть магистр Новард скажет нам сам, что разрешает. Мы ведь дали слово…
— Магистр Кариборо, — заговорил Карел, — Кира хочет сказать, что мы не можем нарушить данное слово по чисто техническим причинам. Это ведь магия, и вы как никто другой знаете, чем для нас может быть это чревато.
— Я-то знаю, — улыбнулась Аннушка, и мне стало совсем плохо. — Но хорошо, что это знаете и вы. Магистр Новард, будьте любезны, уделите мне одну минуту, — негромко произнесла она в пространство.
— Да? — Из портала тут же вышел ректор, словно ждал, что его позовут.
— Вот эти два адепта, — изящным жестом руки показала на нас преподавательница, — отказываются сообщать мне информацию.
— Почему? — удивился (или сделал вид, что удивился) маг.
— Магистр Новард… — Дальнейшие переговоры взял на себя Карел.
Ректор дал нам свое дозволение сообщать магистру Кариборо всю интересующую ее информацию, сняв запрет. После чего многозначительно переглянулся с Аннушкой и исчез в портале.
— Ну что же, адепты… — Фея положила ногу на ногу, задумчиво покачала ею и расправила черный шелк платья. — Вы получаете отлично за сегодняшний урок. Вы не поддались даже под ментальным давлением и ничего не выболтали. Это очень хорошо! Очень!
Я сделала Карелу страшные глаза, давая понять, что в шоке от методов Аннушки. Взгляд напарника выразил солидарность. А преподавательница продолжила:
— Похоже, граф Касаль был сильным менталистом, отсюда и умение общаться с драконами. Я еще не успела разобраться со всеми его записями, почерк у данного господина — преотвратный, да еще и этот старинный рунный алфавит. Учитывая все, занятия менталистикой мы с вами начнем в индивидуальном порядке сейчас, а не на пятом курсе. Иначе теряется смысл занятий… Ах да, Золотова, вам предстоит решить, как вы будете высиживать яйца драконов, — как само собой разумеющееся обронила фея и с ожиданием посмотрела на меня.
— Я? Высиживать? — растерянно повторила я.
— Ну не я же, — прохладно улыбнулась Аннушка. — Это ваши  яйца, адепты. И вам  решать, как добиться того, чтобы ваши подопечные смогли вылупиться. Стазис-то я сниму, а вот дальше… Слушаю ваши предложения.
— Я не знаю, — развел руками Карел и посмотрел на меня.
— Ну… — На меня уже подействовала успокоительная настойка, меня перестало потряхивать, да и ментальную атаку (как оказалось, это была она) магистр прекратила. — Яйца должен кто-то высидеть.
— Какая здравая мысль, — с иронией произнесла фея.
— Курица не годится, — продолжала я размышлять вслух. — Взрослого дракона у нас нет. Можно построить инкубатор и держать яйца под лампами. У нас на Земле так делают, — пояснила на округлившиеся глаза друга.
— Отпадает, — отмела мои предложения преподавательница.
— А если не под лампами, а сделать гнездо и в нем магический источник тепла? — предложил Карел.
— Нельзя. Должно быть «живое» тепло. Я вам еще не давала драконов на лекциях, но учитывая ситуацию, изучим это с вами отдельно, не дожидаясь третьего курса, — равнодушно сообщила фея.
— Ну, тогда… — Я посмотрела в окно, мечтая оказаться снаружи, подальше от магистра Кариборо. Мазнула взглядом по дубу, коту, который рассказывал сказки компании эльфов, устроившихся у подножия дерева. — Тогда… Змей Горыныч! — озарило меня.
— Что? — не понял Карел. — При чем тут твой фантом?
— Магистр Кариборо! Змей Горыныч! Он высидит яйца! — Я аж подпрыгнула на месте от осенившей меня идеи. — Он же гад! В смысле — рептилий. Большой, горячий, огнедышащий. Вот пусть и высиживает яйца! И нянькой станет дракончикам!
— Хорошо, адептка, — благосклонно кивнула Аннушка. — Я рада, что вы не разучились думать головой. Ваш Горыныч будет перенесен сюда в надлежащий момент. А пока начнем обучение.
К концу занятия у меня мозги распухли. Отчего-то магистр Кариборо решила, что наши с Карелом головы — это морские губки, в которые можно влить информации в несколько раз больше, чем объем наших серых веществ. И это не все! Она нам еще и домашнее задание выдала такое, что его придется делать каждый день по кусочку, чтобы успеть закончить к следующей пятнице.

Вечером, накануне выходного дня, в который должен состояться праздничный бал в честь нового учебного года, в дверь поскреблись.
— Ло-о-л, — позвала я соседку, читавшую любовный роман.
Я-то, в отличие от счастливицы дерханы, корпела над домашним заданием для Аннушки. Соседка скорчила мне рожицу, но дверь открыла, после чего хмыкнула и посторонилась, впуская в комнату Гаврюшу. Лемур был посланником. Гордый своей миссией, он нес букет роз и коробку конфет. Я, увидев сие, отложила учебник в сторону и села на кровати, ожидая его дальнейших действий. Гаврюша вошел, потоптался на месте, но так как никто не спешил забирать у него важный груз, сам доковылял до меня и с торжественным видом вручил сначала цветы, потом конфеты, после чего запрыгнул на кровать и с жадным видом принялся гипнотизировать взглядом коробку со сладостями.
— Тоже хочешь? — со смешком спросила я.
Пришлось вскрывать и выдавать посланцу угощение.
— А мне?! — возмутилась Лолина и присоседилась.
Ну а я, пока эти двое, закатывая глаза от наслаждения, дегустировали подношение для меня, отправилась ставить розы в воду. К букету была прикреплена записка от Ивара:

«Надеюсь, тебе понравятся конфеты. Ривалис сказал, что он тебе задолжал сладости, но я и сам могу побаловать свою девушку. Ты составишь мне компанию на балу? Ивар». 

— Ну что там? — причмокивая, поинтересовалась Лола. От кого все это счастье, и так было понятно, поэтому дерхану интересовало только содержание записки.
— Просит составить ему компанию на балу.
— И?
— Составлю. Отчего бы нет? — хмыкнула я. — Гаврюша, скажи Ивару, что я согласна.
Лемур с тоской посмотрел на конфеты, не удержавшись от искушения, цапнул еще одну, быстро запихал за щеку и с независимым видом поскакал к двери.
— Иола умрет от собственного яда, — прокомментировала ситуацию Лолина.
— Ага! — согласилась я, заговорщицки посмотрела на нее, вытащила из шкафа свою шкатулку с драгоценностями, вынула самое длинное жемчужное ожерелье и приложила к себе. — Давай выбирать для меня платье под него.

И вот долгожданный бал. Девушки наряжались, причесывались, наносили макияж, ну и делали все остальное, что положено, дабы выглядеть сногсшибательно. Для меня этот праздник разительно отличался от прошлогоднего, который я отмечала в джинсах и футболке. Да и спутник у меня сегодня предполагался. Так что я тоже намарафетилась, надев одно из платьев, подаренных княгиней Лариэль Клайтон. Парни должны были ждать нас у парадного зала в главном корпусе, так что мы отправились втроем: я, Лола и Тельтина.
Подшучивая друг над другом, мы вошли в холл и нос к носу столкнулись с группой четверокурсниц под предводительством Иолы Дексовой.
— Золотова! — скривилась она при виде меня. — Я смотрю, ты в этом году не такая оборванка. Кого-то из эльфов ограбила?
— Ну отчего же ограбила? — хмыкнула я и расправила подол жемчужно-серого шелкового платья с открытыми плечами и глубоким декольте. — Подарили. А ты, как я посмотрю, обворовала кого-то из гномов? То-то юбка коротковата. Или портниха не рассчитала, что это платье станет носить такая дылда.
Иола вспыхнула от злости и нервно дернула подол вниз. У нее платье тоже было красивое, но его длина отчего-то оказалась на ладонь выше щиколоток. Возможно, мода в ее мире несколько отличается от местной или же Иола решила продемонстрировать стройные лодыжки? Не знаю, но на фоне остальных девушек в длинных, до пола, нарядах выглядела она несколько странно.
— Кира, — позвала меня Лаурита. — Это правда, что ты сегодня с Иваром Стенси?
— Правда. Он меня пригласил, и я не видела причин отказывать ему.
— Ну, значит, сейчас увидишь! — прошипела взбешенная Иола, шагнула ко мне и сделала неуловимо-быстрое движение рукой.
Я не успела понять, что произошло, как все девушки вскрикнули и в ужасе уставились на юбку моего платья.
— Ах ты дрянь! — закричала Лола, сжимая кулаки.
— Иола! Как ты могла?! — всплеснула руками Тина.
Я опустила взгляд и скрипнула зубами. Изумительная ткань была испорчена: на подоле красовалось безобразное фиолетовое пятно. Ну все, Дексова! Ты напросилась!
Когда на Иолу прямо из воздуха вылилась огромная масса ледяной воды, она сначала завизжала, но была вынуждена захлопнуть рот, чтобы не захлебнуться. А я была в такой ярости, что вокруг меня воздух чуть ли не искрился. Под моим взглядом мокрая ткань платья эльфийки превратилась в лед. Красавица блондинка стояла как в футляре в своем ледяном наряде, ошеломленно хлопала глазами и стучала зубами. А по ее лицу стекала с волос вода. Прическу всю перекосило, и с нее на пол тоже капало.
— Кира-а-а! — обалдело выдохнула Лаурита, а остальные девушки загомонили.
— Прости, Иола. — Я с невинным видом развела руками. — Ты меня так расстроила, так расстроила, я просто не в себе была. Огорчилась из-за испорченного тобой платья и немного погорячилась.
— Пог-г-гор-рячил-лась? — клацая зубами, переспросила она.
— Дексова, — рявкнула злющая Лола, — ты бы всем богам молилась, что она погорячилась не со стихией огня! А то сейчас ты бы сверкала лысиной, так как волосы сгорели бы, и лечила ожоги по всему телу. Последнего ума лишилась, ведьму доводить?
— Что тут происходит? — Очень «вовремя» рядом с нами возникла Аннушка.
— Маг-г-гист-т-р Кар-ри-б-бор-ро, — выбивая зубами дробь, начала жаловаться Иола. — 3-зо-л-лот-тов-ва…
— Дексова, помолчите! — недовольно нахмурилась фея. — От того, как вы произносите мою фамилию, у меня начинается мигрень.
— Н-но, м-маг-г…
Я стояла, скромно сложив ручки. Ябедничать на эту белобрысую мымру я не собиралась. Сами разберемся, и еще неизвестно, кому будет хуже. Смеется тот, кто смеется последний.
— Адептка Золотова, — обратила на меня свое внимание Аннушка, — что за вид? Вы все-таки на бал идете, а не огороды полоть. Это фиолетовое пятно абсолютно не подходит к вашему наряду. Когда же у вас разовьется нормальный вкус? Неужели в вашем мире его совершенно не прививают девушкам? Вы меня очень огорчаете.
Темная фея горестно вздохнула, всем своим видом выражая неодобрение моему дурновкусию, шевельнула пальцами, и чернила исчезли с шелка.
— Магистр Кариборо, а Иола? — робко позвала ее подружка Дексовой, тоже эльфийка.
— А при чем тут я, позвольте спросить? — подняла брови Аннушка, с недоумением глядя на девушку. — Если адептка Дексова считает, что сейчас мы отмечаем Багонг, то кто я такая, чтобы развеивать ее заблуждения? — Она перевела немигающий взгляд на девицу в обледеневшем наряде и продолжила: — Хотя на вашем месте, адептка Дексова, я бы как следует подумала о своем поведении. И переоденьтесь! Смотреть противно, как вы позорите свой народ подобным видом. Не ожидала от вас, право слово.
Иола слегонца позеленела от этой отповеди, и всем почему-то стало понятно: магистр Кариборо знает, что произошло на самом деле и кто был зачинщиком. У подружек белобрысой захухри резко пропало желание пытаться добиться правды и наказать такую зловредную и мстительную меня. Ведь каждая из них видела, что спровоцировала скандал именно Иола. Да и не вмешайся Аннушка, мое платье можно было бы только выбросить, а вот Иола оттает, обсохнет и будет как новенькая.

Глава 5
О проверке на выносливость рас и о том, что земные девушки не сдаются

Темная фея исчезла так же незаметно, как и появилась, и мы с девушками остались друг напротив друга.
— З-з-з… — «прозвенела» Иола.
— Просто Кира, — милостиво разрешила я.
— К-к-ки…
— Ближе к делу, — едва сдерживая смех, предложила я Дексовой.
— Иола, идем, а то ты простудишься и тебя придется лечить, — перебила свою приятельницу Лаурита и кивнула подругам.
Девушки с двух сторон подхватили Иолу под локти, приподняли над полом и вот в таком вертикальном положении поволокли обратно в общежитие.
Процессия удалилась, и тут издалека раздался голос Юргиса:
— Вот они! Ну наконец-то!
К нам торопливо подошли ребята. Рыжик возмущенно вещал, что они уже замучились нас ждать у входа в зал и где вообще нас носит столько времени. Лола не менее экспрессивно ответила ему, что девушек нужно было дождаться у общежития. Сейчас ведь не зима, и добирались мы не порталом. После чего повернулась к Ивару и высказала ему целую отповедь о его озабоченных поклонницах, ненормальных эльфийках, стервах с четвертого курса и о нем лично.
— Кира, это правда? — тихо спросил меня дерхан, отвернувшись от кипящей злостью Лолины.
— Да. Иола намерена прибрать тебя к рукам, а я ей мешаю, — пожала я плечами.
— Я с ней поговорю, — кивнул боевик. — Я уже неоднократно давал ей понять, что между нами ничего не может быть, но…
— Народ, идемте в зал! — позвал всех Эварт и подхватил под локоток Тину.
Дексова снова появилась в бальном зале только через полчаса. Она переоделась, высушила волосы и заново сделала прическу. И весь вечер меня преследовал ее ненавидящий взгляд. Особенно сильно ее корежило, когда Ивар приглашал меня танцевать.
А больше ничего интересного на балу не было. Ректор произнес прочувствованную речь, представил всем нового учителя стихии огня, Хаким на восточный манер вежливо поклонился присутствующим, потом первокурсникам вручили значки, и дальше все уже только танцевали и ели.

Учебная жизнь начала входить в привычное русло. Я с удовольствием надевала свои новые наряды, смешивая их между собой так, как мне нравилось и было удобно. Подозреваю, многие из «куриц жираф» считали меня чуть ли не фриком, потому что даже привычные к моим закидонам Лола и Тина порой поглядывали озадаченно. Ну и плевать. Ведь круто же! Длинная юбка, блуза и… кроссовки. Мрачный черный кожаный наряд, а на шею в несколько витков жемчужное ожерелье, виднеющееся в расстегнутом вороте рубашки. Или грубый вязаный свитер, изящные шелковые брюки и аккуратные мягкие замшевые полусапожки без каблуков, а волосы собраны в нарочито небрежный пучок. Если добавить к этому мои другие прически из различных эльфийских плетений, воткнутые в них спицы-стилеты и грозди фенечек на руках, то можно представить, как странно я выглядела для окружающих. Но что самое смешное, девушки, которые учились на немагических факультетах, стали перенимать мой стиль.
Когда я в первый раз увидела свежепоступившую девчонку с факультета фантбоев, которая бодро шагала по коридору главного корпуса в балахонистом необъятном свитере, обтягивающих брюках и грубых ботинках, то сначала даже сбилась с шага. Затем посмотрела на ее прическу, и меня разобрал смех. На голове девушки красовался небрежный пышный пучок, свернутый на макушке. Я тоже такие делала и называла эти сооружения «снеговиками». Так как это была новенькая адептка, то фенечек «от меня» у нее не имелось, и она надела на оба запястья широкие кожаные браслеты ярких цветов.
— Лол, ты видела? — подергала я соседку за рукав и кивнула на прошагавшую мимо нас студентку.
— Ага. Ты только сейчас заметила, что тебе начали подражать? — невозмутимо отозвалась она. — У тебя совершенно дикое понимание способов комплектования вещей. Но что-то в этом есть, даже меня порой уже тянет одеться в твоем духе.
Я прыснула от смеха и начала предлагать ей различные варианты того, как можно смешивать вещи из ее нового гардероба.
— Кира, молчи! — расхохоталась подруга. — Меня же дома не поймут, если я приеду и начну одеваться как ты. Я и так держусь из последних сил.

А еще я придумала и организовала нам соревнование на выносливость. Пришлось поломать голову, так как объективно оценивала ситуацию и свои способности: далеко не все из того, что под силу эльфам и дерханам, осилю я сама. Нужно было нечто, достаточно сложное и для меня, и для них. И я таки придумала!
Пара дней ушла на подготовительные работы. Пришлось идти на поклон к Мырьке, Родиону и Хадору. Домовые выслушали меня, одновременно покрутили пальцами у виска, но требуемое нашли и предоставили. Потом я подговорила Карела, Мальдина и Гастона. Так как последних двух я редко привлекала к своим шалостям в качестве прямой рабочей силы, обычно они были лишь наблюдателями, то парни с радостью согласились, при условии, что они тоже смогут поучаствовать. Ха! Наивные дурашки! Они не знали, на что подписались.
Когда все было готово, я на переменах между парами громко похлопала в ладоши, привлекая к себе внимание как своих однокурсников, так и всех прочих, кто в это время находился в коридоре.
— Уважаемые люди и нелюди. У нас с Лолиной Вархаб недавно вышел спор на тему: представители какой расы наиболее выносливы. Сегодня состоится испытание. Кто хочет поучаствовать и доказать, что именно его народ самый выносливый?
— А что делать-то нужно? — спросила Ялина Деньска.
— А это пока секрет. Но одеться нужно будет удобно, желательно в брюки.
— Я участвую! — улыбнулась шатеночка.
— Золотова, а могут все курсы участвовать? — окликнула меня издалека Дарилия, эльфийка, живущая в одной комнате с Тельтиной.
— Да, любые курсы и факультеты. Это испытание физическое, так что магические навыки и знания не пригодятся.
— Тогда я в деле!
— Я тоже! — крикнула с конца коридора Нина Остролист и помахала мне рукой. — Раз магия не применяется, то мы тоже хотим!
— А парням можно? — поддержал Нину ее напарник Колин. Я его уже знала, так как мы вместе с Карелом ходили к нему и выбирали кроссовки. Разве же я могла оставить без чудесной спортивной обуви своего любимого напарника?
К слову, Карел тогда упирался как мог, но «против лома нет приема», ну а «Кире лучше сдаться с миром». И потому мой напарник теперь являлся обладателем двух пар кроссовок — беговых и тренировочных, а также спортивного костюма.
— Можно! Но потом, чур, не жаловаться! — нагнетала я интригу.
— Что это ты затеяла, Кир? — спросил подошедший с друзьями Изверг.
— Ты участвуешь? — улыбнулась я ему.
Он вопросительно глянул на Эварта и Юргиса, потом на Карела и, после того как мой друг кивнул, ответил:
— Разумеется. Я участвую во всем, что ты делаешь!
— Кирюш, будет весело? — расплылся в шкодливой улыбке Рыжик.
— Обхохочешься! — пообещала я.
— Золотова! Так где и во сколько? — спросил парень из детектов. Имени его я не знала, но он неоднократно был замечен в компании с Федоилом Ниртоном, тем парнем, с которым я угодила в Межреальность.
— Но учтите! Никакой магии! Никаких амулетов и зелий! Если кто смухлюет, то будет дисквалифицирован за допинг и жульничество! За этим проследят.
Я сообщила имена, пароли, явки, а тут и звонок прозвенел.
Вечер обещал быть томным…

Из нашей дружной банды, разумеется, собрались участвовать все. Но только я, Карел, Мальдин и Гастон знали, как выглядит место соревнования. Да и то, эти трое пока не понимали, что нужно будет делать с платформами, больше похожими на невысокие скамеечки. Ума не приложу, как домовым удалось добыть их. Я описала, как должны выглядеть степ-платформы для аэробики, а домовые духи что-то поколдовали (или, что вероятнее, призвали на помощь джинна) и все организовали в лучшем виде.
К указанному часу я собралась заранее. Надела тренировочные кроссовки, эластичный обтягивающий спортивный костюм, перемотала грудь тонким шарфом, чтобы не прыгала и не мешала. Дождалась Лолу с Тиной, и мы отправились.
У входа в наш самый большой тренировочный зал уже столпился народ. Все участники выполнили мое указание и оделись так, чтобы можно было бегать или сражаться. Уж не знаю, кто что подумал, но даже жирафы отложили свои каблуки и юбки и надели брюки и обувь на плоской подошве.
— Ну что? Все готовы? Запуска-а-аю! — громко объявил Хадор. Все же именно он домовой учебного корпуса, так что он и командовал.
Студиозы ввалились в огромный зал и озадаченно замерли, рассматривая расставленные ровными рядами степ-платформы.
— Все расходимся и занимаем по одной платформе. Кому не хватит, сможет поучаствовать в следующем туре с остальными желающими! — объявила я и встала лицом к залу на самое первое, находящееся в стороне от остальных, место «боя».
Участники, шумно переговариваясь и посмеиваясь, расположились где было велено, а зрители рассредоточились вдоль стен. Когда все были готовы, я подмигнула Карелу, скорчила рожицу Лолине, стоящей прямо напротив меня, и помахала рукой Извергу.
— Золотова! — крикнул кто-то из парней. — Так что делать-то?
— Итак! — громко начала я инструктаж. — Сейчас я покажу, как должно выглядеть то, что вы все будете делать. Затем в процессе вы просто повторяйте за мной. Подняться, опуститься, махи ногами, потанцевать вокруг платформы, в общем, ничего сложного. Турнир будет длиться один час.
— И все?! — возмутилась Лола и подбоченилась. — Ты затеяла все это ради того, чтобы мы помахали ногами на этих странных скамейках?
— Да! — просто ответила я. — Повторяю! Никакой магии! Никаких амулетов и зелий! Смотрите и запоминайте!
Я показала несколько стандартных подъемов и спусков с платформы, приседания и так далее. В свое время я ходила на степ-аэробику в нашу школьную группу, и в памяти все хорошо сохранилось.
— Всем все понятно? Нужно повторять за мной в темпе! Действуем ритмично, в ногах не путаемся, с платформы не падаем, когда обходим ее, танцуем весело и другим не мешаем. Ритм нам будет задавать госпожа Каруда! Если кто выдохнется в процессе, то выбывает.
Комендантша женского общежития, которая выпытала у Мырьки, «что за шкоду затеяла Золотова», вызвалась посмотреть и помочь чем можно. А в разговоре я узнала, что гоблины хорошо отбивают ритмичную музыку на бубнах и барабанах. Последних у меня не было, а вот бубен у зеленокожей суровой женщины нашелся.
— Давай живее, Золотова! Раз уж мы пришли на твой дурацкий ерундовый конкурс, то давай быстрее все закончим и разойдемся! — крикнул… Федоил Ниртон. Вот уж кого не ожидала тут увидеть.
Изверг медленно обернулся и взглянул на детекта. Федька подавился следующей фразой и сделал вид, будто он мебель.
— И правда, Золотова, — надменно поддержала Федоила… Иола. Вот же грымза, и эта приперлась. И как я ее не заметила в толпе? — Давай быстренько продемонстрируй нам свой позор, и мы пойдем.
Ну все! Вот теперь я сдохну на этой платформе, но Иоле не проиграю!
— Начали!
Бубен в руках госпожи Каруды ожил, отбивая ритм, я, следуя ему, приступила к показу «зарядки» для иномирян. Ко мне с улыбками присоединились мои друзья, стоящие в первом ряду, за ними — посмеивающиеся остальные.

…Ничто не предвещало беды. Стартанули все адепты, и парни, и девушки, весьма резво, со смешками и веселыми взглядами. Равномерный звук бубна, похожие на гробики невысокие ступеньки, куча единомышленников, смешная человечка, затеявшая этот конкурс…
Пять минут, полет нормальный. Сообразительные иномиряне разных рас схватывали упражнения на лету и повторяли за мной уже почти синхронно.
Десять минут… В глазах некоторых стало зарождаться понимание, что в чем-то кроется подвох.
Пятнадцать минут… Для отдельных лиц «полет» становился уже не таким радужным. Жирафы начали путаться в ногах и спотыкаться.
Двадцать минут… Кое-кто из адептов выглядел так, будто их сейчас разорвет: лица пунцовые, перекошенные, в глазах паника.
Я же мысленно представляла, что не платформу я топчу ногами, а мерзкую противную Иолу Дексову. Вот тебе, захухря, получи! Так тебе, курица ушастая! И еще вот так! Бам! Твою рожу эльфийскую надменную пятками, пятками!
Двадцать пять минут… Возле своих платформ со стонами повалились несколько адептов разных полов. Но нельзя отвлекаться, чтобы посмотреть, каких они рас. Потом разберемся.
Мои друзья все еще скакали, но на лице Тельтины был написан неописуемый ужас. Бедная наша эльфиечка, учившаяся на жирафу, такой подставы от меня не ожидала. Парни держались, хотя на красивом лице Ривалиса застыло задумчивое выражение. О чем уж размышлял мой «зайчик», неясно, но ногами он пока работал бодро и шустро. Боевики вообще выносливые…
Тридцать пять минут… Тина, Мальдин и Гастон осели у своих платформ. Зал ощутимо опустел, так как почти половина «спортсменов» сдалась, присела на свои платформы, чтобы не мешать остальным, и пыталась прийти в себя.
Сорок минут… Упражнения на скручивание доконали Лолу. Глядя на меня как на врага народа, бордовая от нагрузки красавица брюнетка упала на пол, да там и замерла в позе мучительно убиенного рака.
Сорок пять минут… Зал похож на склеп с ожившими мертвецами. Жалкая кучка зомби с помидорного цвета лицами и безумными глазами машет ногами, путаясь в них и стараясь не грохнуться. Взгляд верного напарника обещает мне мучительную смерть за подставу. Ведь я даже его не предупредила, а ему гордость не позволяет упасть. Раз я прыгаю, и ему приходится.
Я сама уже почти при смерти, но сдаваться пока нельзя. Моя врагиня, конечно, уже повержена и жалким кульком сидит на полу. Но Федька еще шевелится, и это надо исправить.
Пятьдесят минут… Подыхаю! Сейчас взорвусь кровавой бомбой и запачкаю своими ошметками весь зал… Нас осталось семеро: я; Ивар; Ривалис, который решил не уступать своему «сопернику»; Карел, взглядом дающий понять, что потом лично закопает меня; Нина Остролист (вот уж удивила!) и еще два парня с пятого курса фантбоев. Гады выносливые, падайте уже!
Ладно, тогда еще чуток поотжимаемся, а то ноги не держат. Хоть полежу грудью на платформе. Главное, чтобы легкие не вывалились от того, как натужно я дышу. Фух! Хорошо-то как! Может, так и остаться?
Я бросила тоскливый взгляд на Нину и двух парней. Как-то подозрительно хорошо тренируют фантбоев. Может, их готовят в космонавты?
Пятьдесят пять минут… Все, я умираю. Похороните меня красиво и пафосно, разрешаю даже надеть мне белые тапочки, и напейтесь на моих поминках. Можете сказать, что я была при жизни веселой, живой (ха-ха! Уже смешно!) и милой девушкой.
Шестьдесят минут… Внезапно стих звук бубна. И кто уцелел? Я отерла со лба пот, заливающий глаза, и посмотрела на уцелевших бойцов. Негусто.
Нина Остролист, Ривалис, Ивар, Карел, ну и маленькая едва живая я.
— Поздравляю победителей, — прохрипела я и шлепнулась попой на платформу.
За мной со стоном облегчения последовали четверо выстоявших.
В зале стояла тишина. На меня злой букой смотрела Лолина, которая уже успела вернуть себе нормальный цвет лица, хотя все равно выглядела потрепанной. Я, едва сумев поднять руку, вяло ей помахала.
— Адептка Золотова, — вдруг раздался голос нашего преподавателя по «физкультуре» мастера Танига Лодина. — Эта тренировка… Так готовят в вашем мире к… к чему?
Я повернула голову в его сторону и застыла испуганным сусликом. А учителя тут откуда взялись? Весь преподавательский состав, включая ректора и Аннушку, как оказалось, с интересом наблюдал за нашим турниром. Магистр Новард встретился со мной взглядом и лукаво улыбнулся. Фух! Наказание отменяется.
— Нет, мастер Лодин, — с трудом дыша, отозвалась я. — Это всего лишь степ-аэробика. Так в моем мире женщины занимаются спортом, чтобы похудеть и иметь подтянутое тело.
— Что?! — воскликнул Рив. — Ты заставила нас заниматься этой… аробикой, с помощью которой ваши женщины худеют?
— Ну да, — пожала я плечами. — Я ведь тоже женщина, если ты не забыл. Мы спорили с Лолой, кто выносливее — дерханы или человечки. И правильно — аэробика.
И вдруг тишину зала нарушил мелодичный смех. Смеялась… Аннушка. Как ни удивительно, к ней присоединились сначала преподаватели, а потом и все адепты, находящиеся в зале. Как зрители, так и те, кто сейчас полудохлыми трупиками сидел у своих платформ.
— Всех проигравших прошу пожаловать ко мне на дополнительную тренировку, — сломал кайф от веселья мастер Таниг Лодин. — Позорище! И да! Платформы не убирать! Вы у меня теперь все будете худеть как человечки. Я просто вне себя! Остролист, а вам я ставлю зачет автоматом за эту декаду. Вами я горжусь.
— А нам? — вяло вякнул Ривалис.
— Ну и вам, так уж и быть, — после раздумий произнес мастер. — Хотя если бы вы, эльф и дерхан, проиграли людям, то… Но зачет за декаду ставлю.
Народ начал покидать зал, на второй турнир желающих не нашлось. Я медузой растеклась по своей платформе, флегматично наблюдая за пошатывающимися школярами, покидающими помещение. Отвлекло меня от этого какое-то движение и шорох. А потом меня столкнули, повалили на спину, и чьи-то руки обхватили мою шею, делая вид, что душат.
— Я убью тебя! — прошипел Карел, навалившись всем телом, прижимая к полу. — Вот только отдышусь немного, соберусь с силами и сразу же убью.
— Не надо, — устало ответила я и погладила его по влажной от пота щеке. — Как же ты без меня будешь?
— Плохо буду. Даже и сам не знаю, как я без тебя жить стану. Но убью все равно… Вот прямо сейчас… Совсем скоро…
Я беззвучно засмеялась, содрогаясь всем телом. Напарник выпустил мою шею, уткнулся лбом мне в плечо и тоже засмеялся.
— Вставайте…
Карела с двух сторон вздернули вверх Ивар и Ривалис, и оба, не сговариваясь, синхронно вздохнули, глядя на меня с укоризной. Я, лежа на спине, изобразила «ангела на снегу», после чего тоже была поднята на ноги.

Глава 6
О заказе на заколки-стилеты, возможных перспективах и провальном первом свидании

— И все же я не понимаю, чего вы такие задохлики? — вопросила я, ни к кому конкретно не обращаясь, и обвела друзей задумчивым взглядом. — Почему вы оказались слабее меня? Дикость какая-то. Оборотни, эльфы, дерхана опять-таки…
— Кир, мы сильнее людей, — покачал головой Эварт. — Но наша выносливость тренирована иначе. Вот если бы мы бежали, я преодолел бы расстояние в несколько раз больше тебя и ничуть не утомился. Или поднимались по высокой лестнице. Да ты не смогла бы пройти и половину тех ступеней, по которым я легко взлетел бы. Или подтягивания, отжимания… Ты никогда не смогла бы сравняться с нами. С любым из нас. Но эта твоя аэробика… Нам непривычна такая быстрая и непоследовательная смена движений. Только настроишься шагать на ступень вверх-вниз, а уже какие-то прыжки и танцы. Перестроился на них, опять иное. Если бы мы потренировались хотя бы раза два в таком ритме и темпе, зная, чего ожидать, то даже не запыхались.
— Ты просто застала нас врасплох с этим соревнованием. Никто не ожидал, насколько все нелогично, непоследовательно, вот и сдулись практически все, — поддержал его Юргис.
Я вопросительно глянула на Ривалиса, но ушастик только пожал плечами и улыбнулся.
Как мы возвращались в общежитие — отдельная песня. Меня почти волок на себе Ивар, Лола и Юргис шли, подпирая друг друга, словно старички. Так же выглядели и Эварт с Тиной. Вот, кстати, не ожидала, что оборотни такие слабаки и проиграют мне. Как-то это даже обидно.
Уже поздним вечером мы с соседкой, натирая друг другу спины и ноги моей мазью от снятия боли в мышцах, лениво переругивались.
— И все же это ужасно, Кир. Ваши девушки совершенно ненормальные — так издеваться над собой. Это же надо… Для похудения делать такое!  — Лолина жалобно застонала. — Я хочу умереть.

Утром следующего дня с кровати моей соседки раздались скулеж и хныканье.
— Ты чего там? — спросила я, не открывая глаз.
— Я пошевельнуться не могу, не то что встать с постели, — отозвалась несчастная дерхана.
— Прикинь, Лол, а у меня так почти каждый день, — ответила я и с кряхтением села.
— Кир, помоги мне встать, или я пропущу сегодня занятия.
Фыркнув, я как марионетку дернула Лолину за руки и посадила.
— Я деревянная. Я абсолютно деревянная… Я думала, мне вчера было плохо? — страдальчески вещала она. — Не-е-ет! Вчера мне было хорошо, а вот сегодня мне плохо.
Пока она причитала, я спустила ее ноги на пол и опять рывком вздернула вверх. Лола встала прямо. Ну… почти прямо.
— А теперь разогни меня, — попросила любимая соседка спустя несколько секунд.
— Лол, ты издеваешься?! — не выдержала я. — Вообще-то, мы вчера вместе были на платформах, и я продержалась дольше. А я человек и слабее вас, чудищ дерханистых.
— Ты не человек, — меланхолично отозвалось «чудище», стоя в позе кочерги. — Жаль, я только сегодня это поняла. О нет! Ты точно не человек Ты — монстр. Поэтому разогни меня, потому что я сама могу шевелить только глазами.
— Для высшей дерханы ты в отвратительной физической форме, — заметила я, разгибая ее. — Может, потренировать тебя? Платформы у нас теперь есть.
— Изыди, ведьма, и руки прочь от моей физической формы, — вяло огрызнулась роскошная красавица и поковыляла к двери, припадая на обе ноги.
В главный корпус мы добрели с огромным трудом, так как к нам на буксир села еще и такая же скрюченная Тельтина. А там нас ждали парни.
Изверг был до отвращения бодр, Ривалис хромал и морщился, Карел сел рядом со мной на подоконник и привалился, тяжело вздыхая. Остальные… да все мы, вчерашние участники турнира, были примерно в таком же состоянии. Ивар и Рив поглядывали на Карела недобрыми взглядами, в каждом из которых читалось желание самим приникнуть к моему хрупкому телу и крайнее недовольство, что место уже занято.
— Не расстраивайтесь, мальчики и девочки, — лукаво сказала я им. — Хотите, я вас буду тренировать на этих платформах?
Мальдин и Гастон содрогнулись, переглянулись и отказались. Остальные демонстративно уставились в окно на пролетающих птичек.
На одной из перемен ко мне, хромая, подошла Нина Остролист, протянула руку и крепко пожала мою ладошку.
— Уважаю! Так им всем, этим зазнайкам! А то без своей магии ничего не могут, а строят из себя не пойми кого.
— Нин, откуда такая выносливость? — спросила я ее.
— Мы с Колином тоже из технического мира. Точнее, почти технического. Магии настолько мало, что приходится развивать силу и выносливость, если хочешь выжить.
После чего подмигнула мне и ушла к своему напарнику. Колин просто помахал мне рукой, показал большой палец и поковылял на лекции.

На следующее занятие по фехтованию я впервые пришла с воткнутыми в волосы заколками-стилетами. Мастер Айвэ раздал нам всем указания и тут вдруг заметил мою прическу. Рыжий эльф плавной тягучей походкой приблизился и встал напротив меня.
— Да, мастер? — озадаченно спросила я и посмотрела на свой тренировочный меч. — Что-то не так?
— Адептка Золотова, позвольте вас спросить, — начал он издалека. — Вы пришли на тренировку или на бал?
— Мм-м… — промычала я и бросила вопросительный взгляд на Карела. Он пожал плечами, и тогда я посмотрела на преподавателя фехтования, ожидая пояснений.
— Адептка, что за цацки у вас в прическе? Что за непонятная мишура? Вы пришли на боевое занятие! — неожиданно рявкнул эльф и возмущенно указал пальцем на мои заколки.
— Ах это! — улыбнулась я и собралась пояснить, но, похоже, мастер сегодня встал не с той ноги.
— Быстро выньте эту дрянь из волос, сложите где-нибудь на скамейке, и чтобы больше на занятия не смели надевать драгоценности.
Я пожала плечами, по одной вынула из волос спицы и огляделась по сторонам. Карел, понявший, что я задумала, ткнул в направлении стены, на которой висел деревянный щит. У нас уроков по метанию ножей пока не было, но щит в тренировочном зале имелся. Вероятно, старшим курсам преподавался и этот навык владения оружием. Я хитро улыбнулась напарнику, примерилась и по одной метнула заколки в щит. За два месяца плодотворных тренировок под руководством отца Ривалиса асом я, конечно же, не стала. Но тем не менее… Стилеты с глухим стуком вошли в дерево, а я посмотрела на мастера Айвэ. Но первым заговорил не преподаватель, а Рив, с улыбкой наблюдавший за этим представлением.
— Кира! — возмущенно произнес мой белокурый ушастый друг. — Ну кто так делает? Если бы отец увидел эти твои броски, то был бы в ужасе! Он два месяца тебя тренировал, и ты ведь делала определенные успехи! А это что?!
Я смущенно пошаркала ножкой и пожала плечами. Ну а что я могу сделать? Да, князь меня учил, но что такое два месяца?! Это же мало! И тренировалась я с ножом, а свои заколки метнула в первый раз. Конечно же, у меня не получилось выстроить из них ровный квадрат или воткнуть их точечно.
— Да! — между тем сказал мастер Айвэ. — Адептка, меня вот тоже очень интересует, что это такое?!
— Ну, простите! — развела я руками, обращаясь одновременно и к Ривалису, и к учителю. — У меня пока плохо получается.
— Да я не об этом! Что это такое?! — Рыжий эльф указал рукой на щит, в котором гордо торчали мои украшения для волос.
— Заколки, — пояснила я очевидное.
— Заколки… — задумчиво повторил мастер и перетек к стене. Потрогал одну из них, после чего поочередно выдернул из деревяшки все четыре и вернулся ко мне. — Золотова, откуда у вас это?
— Купила на практике. Похожие еще есть у Карела Вестова и Ивара Стенси. Вы его наверняка знаете, он на четвертом курсе учится.
— Разумеется, я знаю адепта Стенси. Но… — Эльф в изумлении рассматривал мои спицы и возвращать не торопился, хотя я протянула за ними руку. — Но… Золотова, откуда?! Как?! Это же… изумительное оружие! Я про такое только читал в одной древней книге, но представлял себе по описанию несколько иначе. Вы позволите?
Не дожидаясь разрешения, тренер отошел от стены и один за другим метнул мои стилеты в цель. У него это получилось гораздо изящней, чем у меня, и намного более метко, чего уж. Но так ему положено, он эльф и мастер.
— Адептка, продайте мне их! Или скажите, у кого вы их купили. Я немедленно отправлюсь туда и приобрету себе такие же. Но мужские, само собой. Адепт Вестов, бегом в общежитие и принесите мне ваши! Я должен их видеть!
Мы с напарником обменялись многозначительными взглядами, впрочем, команда была получена, а потому Карел припустил за своими стилетами, а я осталась на растерзание мастеру Айвэ. Приказав всем прочим студентам тренироваться, преподаватель утащил меня подальше и буквально припер к стенке с требованием выдать имена, пароли, явки. А как? Мне ведь ректор запретил и сказал, что именно врать. Ну я и соврала, как было велено.
— Ха! Золотова, хватит вешать мне на уши водоросли! — не поверил рыжий эльф. — Немедленно признавайтесь, где вы их купили!
Я тяжело вздохнула, порыскала взглядом по тренировочному залу, надеясь на помощь извне. Но никто не торопился спасать меня от жаждущего оружия мужчины, и мне пришлось ответить:
— Мастер Айвэ, я не могу сказать, откуда они у меня. Личное распоряжение ректора. Только в случае, если магистр Новард даст разрешение, я смогу нарушить слово и сообщить, где именно мы с Карелом их купили.
— Вот как?! — поднял брови преподаватель. — Хорошо! Сейчас дождемся вашего напарника и отправимся к ректору. И со следующего урока я ввожу для вас обоих дополнительные занятия. Вы отвратительно владеете этим потрясающим, великолепным метательным оружием. Это же не вилка, которую вы втыкаете в отбивную!
— Мастер, но я могу вам уже сейчас сообщить имя местного оружейника, который сможет сделать подобные. Он видел наши стилеты, и ребята, — я кивнула на Рива, Гастона и Мальдина, — собрались ему заказать такие заколки для волос.

Тут прибежал запыхавшийся Карел и протянул свои два стилета. После этого мастер Айвэ был потерян для общества на некоторое время. Все заколки он у нас отобрал и самозабвенно метал их в деревянный щит, цокая при этом языком и издавая восхищенные возгласы. А потом нам пришлось-таки идти к главе школы.
— Магистр! — Преподаватель фехтования чуть ли не за шкирку втащил нас обоих в кабинет и выставил перед ректором.
— Какая знакомая пара, — скорбно вздохнул магистр Новард. — Золотова, Вестов… Что они натворили на этот раз, мастер Айвэ?
— Что? Ах нет, ничего. Дело не в этом! Смотрите! — Эльф шагнул к столу и рядком выложил на него наши с Карелом заколки. — Они отказываются говорить, где купили их. Но это же!.. Я возмущен! Мне жизненно необходимо такое же оружие! Магистр Новард, я настаиваю, чтобы вы позволили им признаться, откуда оно у них!
— Даже так? — поднял брови маг и откинулся на спинку кресла. Посмотрел на нас тяжелым взглядом и побарабанил пальцами по подлокотнику.
Мы с другом прикинулись мышками и стояли, не подавая признаков жизни.
— Мастер Айвэ, — после долгой тяжелой паузы заговорил ректор. — Это секретная информация, и разглашать ее я не имею права. Но! Я понимаю ваше желание, а потому, если получится достать еще, то вы будете первым, кто сможет выкупить аналогичные стилеты по себестоимости.
— Спасибо! — учтиво поклонился эльф. — Это невероятные клинки! Лунное серебро, идеальный баланс, изящество… По возможности я бы хотел комплект из четырех стилетов, как у Золотовой. У меня длинные тяжелые волосы, двух может оказаться недостаточно.
— Я вас понял, мастер, — кивнул ректор. — Этих двух адептов я попрошу вас оставить мне на пять минут для приватной беседы.
Учитель фехтования ушел, а магистр Новард устало вопросил:
— Ну?
— А что? — вскинулась я. — Это же не только оружие, но и заколки, я их в волосах ношу. А мастер стал ругаться и говорить, что нельзя украшения надевать на занятия. А это вовсе и не украшения. То есть немножко украш…
Карел фыркнул, а ректор прикрикнул:
— Цыц! — и как только я заткнулась, спросил: — Что делать-то будем? Мастер Айвэ потрясающе владеет своим искусством и прекрасный преподаватель, который работает в школе уже много, очень много лет, но он не имеет дара книгоходца. Так кого же мне с вами отправить?
— Ивара Стенси, — предложил Карел.
Я промолчала, только недовольно покосилась на напарника.
— Можно, конечно… Тем более что он в качестве наказания приписан к Кире как поддержка и охрана в сомнительных мероприятиях. Но маловато будет, — задумчиво отозвался магистр Новард.
Он встал и прошел к окну. Минут пять размышлял, словно забыв о нас, после чего произнес:
— С вами отправится магистр Кариборо. Я выдам вам достаточную денежную сумму, чтобы скупить все имеющееся в наличии оружие. Заколки, мечи, кинжалы… Все!
— Но… — пискнула я. — Я же не смогу все это зачаровать. Там ведь очень много! У меня просто не хватит сил.
— У меня тоже, магистр, — покачал головой Карел. — Мы эти два комплекта зачаровывали целый день. Сначала Кира, а потом я. И у меня резерв тогда практически полностью опустел.
— Тогда так. Эти ваши комплекты я изымаю на время. Отдам их магистру Бонефуру. Вы ведь еще не показывали их ему? Я так и понял. Что ж… Пусть посмотрит, скажет, что здесь лишнее и чего не хватает, и попробует поработать над парочкой ваших заколок, Кира. У вас их четыре, поэтому не жадничайте. Посмотрим, что произойдет. Если выяснится, что можно снять все магические плетения, оставив только ведьминские чары, или заменить их на другие, то… Тогда Кира будет накладывать свои заклинания, а для закрепления хватит парочки классических, которые наложит магистр Кариборо или вы, Вестов. А уже здесь, в школе, их окончательно зачарует магистр Бонефур.
— Но там же очень-очень много оружия, магистр! Я физически не справлюсь за один день.
— А кто вам сказал, что это нужно сделать за один день? Вы будете туда переноситься столько раз, сколько потребуется. Темная фея — это та, кто точно не боится Тьмы и сможет защитить и себя, и вас. Книга все еще у вас, Золотова?
— У меня, — горестно вздохнула я. — Магистр, а можно мне несколько комплектов, а? Я хотела продать их, чтобы погасить стоимость обучения в ВШБ. И еще нашим ребятам — они тоже хотят такие заколки.
— Можно, ребятам можно… — Ректор вдруг лукаво улыбнулся и предложил: — Кира, если вы зачаруете все, что сможете добыть в нереальности, то мы дополнительно обсудим стоимость вашего обучения. Ведь, кроме вас, вытащить оттуда эти уникальные вещи не сумеет никто. Соответственно, вы вполне можете рассчитывать, что ваша учеба начиная с этого года будет считаться оплаченной. А вот на продажу я бы вам настоятельно не советовал. Возникнет слишком много вопросов, откуда вы берете такое невероятное оружие, о котором многие читали лишь в старинных фолиантах. Это я — книгоходец, много где бывал, многое видел. Вы же простая студентка, и вдруг клинки, которые стоят баснословных денег. Потерпите, пока не станете по-настоящему сильным магом, с которым не каждый рискнет связаться. Магистр Кариборо обещала об этом позаботиться, а она из тех, кто всегда добивается своего.
— Хм, — задумалась я, мысленно поежившись от упоминания Аннушки.
— Кира, магистр прав. Я ведь пытался тебя отговорить, — поддержал ректора Карел.
Мне не оставалось ничего иного, кроме как кивнуть, признавая их правоту. Жалко, конечно, будет, если после манипуляций магистра Бонефура заколки развоплотятся. Очень уж мне нравятся рубиновые цветочки, я так долго выбирала именно этот комплект. Ну да ничего, привезу себе другие, если что. А хотя стоп! Я же видела «кино» в Хрустальном озере, и там у меня в волосах были именно эти стилеты. Значит, ничего с ними не случится. И у Карела были именно те, которыми он владеет сейчас. Следовательно, все будет хорошо!
— Как только станет что-то понятно с тем, как лучше зачаровывать предметы, я дам отмашку, и вы отправитесь в ту нереальность. А пока переговорю с магистром Кариборо, вам не мешало бы потренироваться на менее ценных вещах, — произнес ректор.

Следующие две недели для меня пролетели как один миг. Нагрузка увеличилась, добавились помимо двух факультетов, на которых я училась, еще индивидуальные занятия по стихии воды и часы мук с Аннушкой. Так что у меня не оставалось ни сил, ни времени, ни желания на что-либо, кроме здорового сна и отдыха. Я даже с Иваром почти не виделась. Наше общение ограничивалось короткими встречами, если он меня находил днем на переменах. Но звучал звонок, и я убегала на очередной урок. А по вечерам он сам работал. С осени Изверг, Юргис и Эварт вновь начали дежурить на улицах в составе Патруля. Ивара такое положение дел явно расстраивало, но изменить он ничего не мог, потому что видел, насколько я загружена днем, а по вечерам, когда я теоретически могла бы с ним поболтать, он сам отсутствовал в школе. Он изредка присылал ко мне Гаврюшу с каким-нибудь гостинчиком и, вероятно, рассчитывал потом прийти сам, если бы я была не занята. Но…
Нет, в одно воскресенье Ивар честно проводил меня к очередному клиенту, потом встретил и, перед тем как довести до общежития, завел в кондитерскую. Мы присели, чтобы перекусить и полакомиться десертом, я сделала заказ, привалилась к теплому боку своего кавалера, устроилась поудобнее и на секунду смежила веки.
— Кира… — Кто-то легонько потормошил меня за плечо. — Кирюш, пойдем в школу.
— А? — Я открыла глаза и растерянно захлопала ресницами.
Перед Иваром стояло несколько пустых тарелок, то есть он явно успел съесть все, что ему принесли. А передо мной лежали несколько пакетов в промасленной бумаге.
— Это что? — озадачилась я.
— Я попросил твой заказ упаковать. И еще набрал вам с Лолой пирожных. Ты ведь явно захочешь перед сном чем-то еще перекусить, — пояснил Ивар и невесело улыбнулся.
— О! — осознала я страшное. Я заснула. Банальным образом отключилась на свидании с парнем, который меня ждал, привел поужинать, а я…
Ужас и позор!
— Ивар, я… Прости! Сама не знаю, как так получилось, — понурилась я. — Устала кошмарно. Занятия на двух факультетах, да еще Аннушка всю кровь выпила.
— Ничего страшного. — Изверг тихонько засмеялся. — Мы ведь еще наверстаем упущенное общение?
Хороший дерхан! Умный дерхан! Попытался бы на меня наехать и оскорбиться, это свидание стало бы последним. Возвращались мы держась за ручки, так как я не стала отбирать свою лапку, когда Ивар взял меня за нее. Наоборот, было приятно, его горячая сухая надежная ладонь внушала спокойствие и уверенность. Ощущение мне понравилось.
А в комнате меня встретила соседка и с удивлением уставилась на свертки с едой.
— Ты что, не наелась? Тебя же Ивар собирался отвести поужинать.
— Лол, я опозорилась, — смущенно призналась я подруге. — На секунду прикрыла глаза и отрубилась. Он меня разбудил только перед уходом.
— Ну хоть выспалась, — фыркнула Лолина и покачала головой. — И как он тебя терпит?

Глава 7
О цыганских плясках, прилипчивой эльфийке и суровом лемуре, а также о несдержанности Ивара

Я пожала плечами и принялась распаковывать свой ужин. А во время еды, как только я утолила первый голод, присоединившаяся ко мне Лола сказала:
— Кстати, тебе там письмо принесли. Госпожа Каруда сказала, что передали через охрану на воротах. Вроде какой-то маг.
— Мм-м? — промычала я, прошла к столу и вскрыла конверт, из которого выпало несколько монет.

«Госпожа Золотова, выражаю вам глубочайшую признательность за эликсир от бессонницы. Вы меня просто спасли! Хочу сделать заказ на следующую порцию, а также на вашу фирменную успокоительную настойку. Ивар Стенсй ее весьма хвалил. Оплату в сумме, названной им, прикладываю. Прошу вас передать флаконы и инструкции через нашего общего знакомого.
Искренне ваш, Зиновер Шторн».

— Чего там? — прошамкала набитым ртом Лола.
— Заказ на мои фирменные эликсиры от мага из городской тюрьмы.
— Ну-ну, какие у тебя полезные знакомые, — хихикнула она. — Ты им еще сделай небольшую дозу своего зелья от похмелья. Там стражники будь здоров закладывают, появятся у тебя новые клиенты.

А в последний учебный день следующей недели к нам в комнату заглянул Юргис и с порога спросил:
— Ну что, девчонки? Уже придумали, что подарите? Идем?
— Ты о чем? — отвлеклась я от конспектов и с удивлением посмотрела на Рыжика.
— В смысле? — не понял он. — Ивару что дарить будете?
— Э-э? — Я перевела взгляд на Лолу.
— Ой! Ты не знала? — У девушки округлились глаза. — Ивар тебе не сказал? У него день рождения сегодня. Мы через два часа идем отмечать.
— Та-а-ак! — грозно протянула я. — И что же я, по-вашему, должна ему подарить, если мы уже идем отмечать, а я лишь сейчас об этом узнала?
Друзья переглянулись и одновременно пожали плечами. А я почесала затылок. Вот ведь! Мы же виделись сегодня с Иваром, он дважды находил меня между лекциями и хоть бы намекнул! Я и не подозревала, что у него праздник.
— Ну что ж… — выдала я после раздумий. — Раз подарка материального у меня нет, значит, будет подарок творческий. И вы, да-да, вы, примете в этом участие. Коли не предупредили меня, придется отрабатывать.
— А как? — расплылся в улыбке Юргис.
— Мне уже страшно! Но да, как? — поддержала его Лола. Ее глаза горели предвкушением.
— Зовите всех сюда, будем разрабатывать план! — скомандовала я, подошла к одежному шкафу и принялась перебирать наряды.

Через полтора часа все было готово.
— Кир, я точно правильно выгляжу? — в который уже раз спросила Лолина.
Я велела ей надеть одно из ее красных платьев с оголенными плечами и широкой юбкой, под которую она надела еще несколько юбок других цветов. Благо конец первого месяца осени выдался на удивление жарким, царило «бабье лето». На бедра Лоле повязали шарф, на шею навесили кучу ожерелий, а руки украсили браслетами, коих у нее было множество. Сейчас девушка потряхивала руками, и украшения звенели. Длинные волосы красавицы брюнетки водопадом сбегали по спине, густо накрашенные карандашом глаза блестели, а губы пламенели алой помадой.
С Тельтиной оказалось немного сложнее, так как она блондинка. Но ничего! С платьем поступили примерно так же, только у эльфийки оно было ярко-зеленое, с бирюзовым шарфом на бедрах. А белокурые волосы и длинные ушки мы спрятали под палантин, накрутив из него нечто типа тюрбана. Яркий макияж, вычерненные глаза, пунцовые губы, и Тину стало не узнать.
Ривалис надел купленные в таборе, когда мы с ним посещали летнюю ярмарку, красную рубаху с широкими рукавами и кушак, подчеркнувший тонкую талию. Обычные черные брюки и черные же сапоги отлично дополнили его несколько расхристанный вид. А длинные уши и золотистую шевелюру эльф упрятал под цыганский платок. Пришлось ему немного помочь, поскольку парень никак не мог завязать сбоку пышный узел так, чтобы волосы не выбивались наружу. Глаза мы ему тоже накрасили, чтобы сделать более темными. На шею он нацепил выданную Лолой напрокат толстую золотую цепь. В руках эльф держал местный вариант гитары. Не знаю, у кого он взял ее на время, так как ранее Рив в игре на музыкальных инструментах замечен не был. Сейчас же однокурсник, сидя на стуле Лолины, перебирал струны и тихонечко напевал слова, результат нашего совместного творчества.
Преобразилась вся наша компания. Парни, кроме Юргиса и Эварта, теперь тоже выглядели как представители кочующего народа, который, оказывается, живет почти во всех мирах. Ну и я, само собой. Надела цыганские юбку и блузу, нацепила монисто, распустила волосы, сделала броский макияж с акцентом на глаза и губы. В общем, красота — страшная сила!
Девушки хихикали и крутились перед зеркалом. Ребята посмеивались и с предвкушением переглядывались, а я руководила всем этим безобразием.
— Так, Гастон, бери поднос со стаканом. Рив, все выучил? Карел, слова помнишь? Юргис, Эварт, готовьтесь к выходу.
— Кир, Ивар с Гаврюшей уже вышли и ждут нас на лужайке, — сообщил от окна Мальдин.
— Ага! Ну, с богом!
И мы пошли…

Под изумленными взглядами соседок по общежитию наша шайка спустилась в холл и выстроилась в нужном порядке перед дверью. Госпожа Каруда даже вышла из своей каморки, чтобы посмотреть на нас. Гоблинша оторопело рассматривала цыган. Цыгане готовились к представлению.
По моему кивку Рив заиграл на гитаре, а Мальдин распахнул дверь. Первыми выступили я, Лола и Тина, следом наш музыкант, ну а за нами все остальные. Юргис и Эварт перед самым выходом перекинулись в свои звериные ипостаси, и сейчас по двум сторонам от меня и девчонок вышагивали огромный, мощный дымчато-серый волк и здоровенный лис с наглой рыжей мордой и длинным роскошным хвостом.
Идущие впереди девушки, ну то есть мы с подругами, устроили «Цыганочку с выходом». Лолина и Тина с восторгом трясли плечами и бюстами, размахивали юбками, звенели украшениями. Предводительствовала я, задавая темп и показывая, что надо делать. Рив, улыбаясь во весь рот, самозабвенно перебирал струны. Карел, Гастон и Мальдин пели: «Ай не-не!»
В общем, мы были звездами сегодняшнего вечера. Из окон повысовывался народ, а те, кто был в это время на лужайке, стали сбиваться вокруг. А Ивар и Гаврюша стояли и с изумлением, близким к шоку, смотрели на представление.
— Цыганочка о-па, о-па, цыганочка синеока, — голосила я переиначенные на новый лад слова. Ну а чего? У меня ведь голубые глаза, а не карие.
Ривалис лихо выводил мелодию, а Лола и Тина, обогнав меня, принялись кружить вокруг впавшего в столбняк Изверга, который не отводил от меня глаз.
— Есть колечко у меня и рубаха красная, полюбил цыганку я, ох, да синеглазую! — пропел Рив.
Ивар тут же перевел на него тяжелый взгляд, но эльфа, вошедшего в роль, было не так-то просто остановить. Слов всех цыганских песен я, конечно же, не помнила. Поэтому процитировала сохранившиеся у меня в памяти строки, и общими усилиями при помощи эльфов — Тины и Рива мы переделали их в то, что можно было бы спеть, поздравляя именинника. И сейчас у нас творился сущий бедлам, но очень веселый и музыкальный.
Огромные волк и лис под музыку кружили вокруг нас, скалились и мотали хвостами, а потом принялись отплясывать свои звериные танцы. Тут с виновником торжества поравнялся Мальдин и протянул ему поднос с налитым стаканом. Вино оказалось в запасе у Гастона, так что мы подготовились как положено в подобных случаях.
Ивар поднял брови, но стакан взял и даже отпил из него. Гаврюша тоже сунулся, но, поняв, что это не компот, фыркнул и сел ровно на плече у своего хозяина.
А мы все хором запели:
— С днем рожденья, наш любимый Ивар Стенси дорогой!
Народ, окруживший нас, наконец-то понял, в честь чего мы куролесим, и тоже стал кричать поздравления.
— Ну вы даете! — выдал именинник, когда смог вставить хоть слово, рассмеялся и покачал головой.
Я подмигнула ему, махнула рукой своим «артистам», и мы хором начали исполнять:
— Как на Ивара именины испекли мы каравай…
Школяры на лужайке уже откровенно хохотали и показывали на нас пальцем. Даже кое-кто из преподавателей присоединился. Я увидела магистра Новарда, обоих моих деканов, кажется, даже мелькнуло черное платье Аннушки. Но мы были слишком заняты, отвлекаться-то нельзя.
— …кого хочешь выбирай!
— Выбираю! — быстро ответил Ивар и, схватив меня в охапку, закружил.
Я завизжала, весело хохоча, а Ивар спросил на ухо:
— Твоя идея? — тут же добавил: — Хотя и так понятно, что твоя. Ни у кого другого не хватило бы воображения ни на что подобное.
— А у меня подарка не было, — улыбаясь, ответила я. — Меня не предупредили заранее.
— Это лучшее поздравление за всю мою жизнь, — неожиданно серьезно ответил Ивар и поставил меня на землю. — А ты еще станцуешь вот так? — Он потряс плечами, глядя мне в глубокий вырез рубахи.
— А то ж! Девочки! Рив! «Цыганочка с выходом»! Па-а-ашли!
И мы пошли к воротам школы. Так же выступили и за них, шокируя достопочтенных жителей Межгорода. Так же проследовали до самого кабака, под музыку, с песнями и плясками. А нам в спину неслось:
— О! «Вышибалы» гуляют!
И единственное, что мне немного омрачило настроение, — это полный лютой ненависти взгляд Иолы Дексовой, который я поймала, когда Ивар обнимал меня и прижимал к себе.

По пути, пользуясь возможностью потрогать настоящих оборотней в звериной ипостаси, я бессовестным образом ощупала пушистую густую шкуру рыжего лиса. Он смешно морщил нос и скалился, но мне же любопытно! Да и у Лолы я спросила разрешения почесать ее ненаглядного Юргиса за ушком и потрогать его хвост. Нет, по-хорошему, надо было бы спрашивать это у самого хозяина ушей и хвоста. Но мохнатым типам слова не давали, так что пришлось Рыжику терпеть. Разумеется, я не наглела, но все равно ведь интересно!
Я и Эварта осторожно погладила по загривку. Здоровенный волк страшно щелкнул зубами в опасной близости от моей руки, я от неожиданности завизжала и отскочила, насмешив всю компанию.
— Эварт, не пугай Киру, — улыбаясь, сказала Тельтина и обняла своего парня, который сейчас был жутким серым зверюгой, за шею. — Вспомни, как мне было интересно тебя потрогать.
Волк закатил глаза, смешно по-собачьи фыркнул и подставил мне голову, чем я и воспользовалась. Но за хвост его трогать не решилась.
Непосредственно перед кабаком Эварт и Юргис сменили звериные ипостаси на человеческие, и мы дружной шумной компанией ввалились внутрь. В питейном заведении нас встретили с распростертыми объятиями. Еще бы! Артисты! Да не какие-нибудь, а экзотичные. Ну, мы немного спели, немного сплясали… Стоит ли говорить, что особым успехом пользовалось выступление «чернооких и синеоких цыганочек»? Впрочем, Лола с Тиной сами были в диком восторге от того, что, оказывается, можно танцевать вот так; когда и плечи, и грудь, и бедра… Чтобы и юбками размахивать, и тогда видны изящные лодыжки и голени, а порой и коленки, и каблуками отбивать… Наш столик заставили угощениями и выпивкой от благодарной публики. Да еще присоединились многие из посетителей. К ночи все упились до невменяемого состояния. Абсолютно трезвым был только Гаврюша. Ну, еще вполне адекватными остались я и Ивар. Прочих можно было только выносить на руках, сами они бы не выбрались даже из-за стола.
— Да, Кирюш! — произнес Изверг, положив подбородок мне на плечо. — Так я еще ни разу не отмечал свой день рождения. Всяко было… званые вечера, балы, пьянки, но такое … Жаль, что в прошлом году я не пригласил тебя.
— Мы тогда были едва знакомы.
— Вот я и говорю, что жаль. А ты мне больше ничего не подаришь? — вкрадчиво спросил он.
— А у меня больше ничего нет, — дернула я плечом и повернула к нему лицо, так что мы оказались нос к носу.
— Совсем ничего? — тихо уточнил Ивар, посмотрев на мои губы.
Я непроизвольно их облизнула, а Ивар стал медленно приближаться, глядя мне в глаза. Между нашими губами оставалось всего ничего, как сквозь пьяный гвалт прорезался истеричный женский вопль:
— Ивар! Дорогой, с днем рождения!
Мы с дерханом шарахнулись друг от друга и оглянулись на эту крикунью. Из дальнего угла, в котором уже довольно давно сидела компания из нескольких посетителей в черных плащах с объемными капюшонами, к нам бежала Иола Дексова.
— Нас не ждали, но мы припёрлись! — прокомментировала я ее явление.
Я давно заприметила эту компанию. Они пришли в самый разгар веселья, скромно уселись в дальнем углу, чтобы не привлекать к себе внимания. Потом я о них забыла, так как мы веселились и мне не было дела до неизвестных, натянувших капюшоны до самых подбородков. А оказывается, это были Иола и ее подружки, которые шпионили за нами.
— Ивар, — улыбаясь так, что это больше напоминало оскал, визгливо заговорила подбежавшая к нам эльфийка. — С днем рождения тебя!
— Спасибо, Иола, — спокойно кивнул боевик и встал. — Только мы ведь уже виделись сегодня. И ты меня даже поздравляла.
— Правда?! — неискренне удивилась она. — Не помню! Но даже если так, отчего бы не поздравить замечательного парня еще раз? И потом, я же тебя не поцеловала. А именинников всегда нужно целовать.
И не успел Ивар опомниться, как она набросилась на него и обхватила руками за шею. Подозреваю, что парню ничего не стоило увернуться, он же дерхан. Но, вероятно, такого нападения он не ожидал, да и драться с девушкой как-то несолидно. Как бы то ни было, эльфийка мгновенно присосалась к нему как пиявка.
— Мм-м, — промычал несчастный именинник, глядя на меня широко раскрытыми глазами через плечо блондинки и пытаясь отодвинуть ее от себя.
Я не выдержала и прыснула от смеха, настолько нелепая была картинка. Перевела взгляд на Гаврюшу и поняла, что сейчас кому-то будут выдирать длинные патлы. Зверек сгруппировался, пропищал воинственный клич жителей Мадагаскара и прыгнул на спину ничего не подозревающей ушастой мымры. Причем совпали два действия: Ивар, опомнившись, рывком оторвал руки девушки от своей шеи и отодвинул ее в сторону, гневно уставившись на нее, и именно в этот удачный момент на Иолу сиганул лемур.
— А-а-а!!! — завизжала она. — Гаврюша! Ивар, убери от меня свою мелкую тварь! А-а-а!
А Гавриил (сейчас язык не поворачивался назвать этого страшного зверя с горящими глазами и стоящим трубой хвостом Гаврюшей) старался превратить эльфийку в лысую. Она пыталась стащить его со своей головы, но куда там.
Короче, я вам открою великую тайну: страшнее лемура фамильяра не существует!
Пока Гавриил выдирал шевелюру Иоле, Ивар брезгливо отер рукавом губы и только после этого посмотрел на своего магического спутника.
— Гаврюша, достаточно! — тихо сказал он.
Не знаю, как лемур его услышал сквозь шум в кабаке и вопли эльфийки, но он тут же прекратил свои убийственные действия и перепрыгнул на стол поближе ко мне.
— Эх! Не все выдрал! — пьяно гаркнул какой-то мужик из-за соседнего столика и с досадой выложил перед своим собутыльником монету. — Слышь, звереныш, ну что же ты так медленно? Я из-за тебя целый серебреник проиграл, — крикнул он Гаврюше.
— Иола, — негромко произнес дерхан, глядя на растрепанную девушку. И было в его интонации что-то такое, отчего хотелось втянуть голову в плечи и спрятаться под стол. — Мы ведь с тобой, кажется, все обсудили еще в начале лета. Так?
Блондинка вздрогнула и кивнула.
— Я тебя просил обратить свое внимание на кого-то другого. Так? — Снова судорожный кивок эльфийки. — Я тебе назвал причину. Ты хочешь, чтобы я все это снова тебе повторил?
— Нет, — замотала она головой и сделала движение, будто вновь собирается броситься ему на шею. — Но Ивар! Как же ты не понимаешь?! Она не для тебя! Не заслуживает! Она же ведьма, а все ведьмы шлюхи. Каждый это знает!
Лемур зашипел, встал на задние лапки и, похоже, снова собрался атаковать врагиню, но его остановил властный взгляд хозяина. Гаврюша расстроенно сник и только нехорошо посматривал на длинные светлые волосы ушастой заразы, шевеля пальчиками. Похоже, мысленно он выдирал их по одному волоску. А я нахмурилась и мысленно записала еще один пунктик в список претензий к этой захухре. Вот не стоило ей меня оскорблять. Мое терпение не безгранично, и хотя по правилам школы адептам запрещено применять для разборок магию, которая может нанести вред, но… Не для всего нужна магия, и однажды мое терпение лопнет.
— Не смей! — глухим вибрирующим голосом, от которого поджилки затряслись даже у меня, произнес Изверг. Ого, как он умеет! — Если бы ты была мужчиной, то уже ответила бы за свои слова. Но ты девушка. Поэтому я тебя просто предупреждаю. Не смей так говорить про Киру. Никогда! Ты меня поняла?
— Д-да… — Иола побледнела и сделала маленький шажочек назад.
Чего это она? Я перевела взгляд на Ивара. А-а, просто кое-кто сильно разозлился. На висках и щеках парня выступили черные чешуйки, тыльная сторона рук тоже покрылась чешуей, а ногти начали превращаться в когти. Похоже, он с огромным трудом удерживался от боевой трансформации.
— Иола, шла бы ты… — произнесла я и поднялась из-за стола. Подошла к Ивару, пристроилась рядом и обняла его за талию. Одна его рука тут же обхватила меня за плечи и прижала к себе. — Не порти всем праздник. Завтра в школе повидаетесь, спокойно поговорите… А сейчас иди. Лучше иди… — Я многозначительным взглядом указала ей на удлинившиеся когти на руке Изверга.
— Ты-ы-ы… — выдохнула эльфийка, глядя на меня так, словно хочет закопать на месте. — Проклятая шл…
— Иола! — изменившимся голосом пророкотал Ивар, и я поняла, что сейчас кому-то будет плохо, очень плохо. Как бы не пришлось потом отскребать от пола кровавое пятно, а парня после этого исключат из школы за убийство.
— Ступай, Иола, ступай. А то я ведь тебе за «шлюху» тоже могу что-нибудь в ответ сказать, — ласково улыбнулась я.
Эльфийка переменилась в лице и начала пятиться, не отрывая взгляда от Изверга. Я глянула вверх и вздохнула. Чудище заморское было уже почти во всей красе. О-хо-хонюшки…
— Ивар, посмотри на меня! — Встав перед ним, я обхватила ладошками его почти изменившееся лицо и заставила взглянуть мне в глаза. — Ивар! Я здесь, она ушла. Меня никто не обижает. Успокойся.

Глава 8
О том, что дерханов нельзя приворожить, и о практическом занятии с Аннушкой

Серые глаза смотрели на меня, и я видела, с каким трудом парню удается отогнать ярость. Да эта Дексова чокнутая! Ну ладно я, у меня не все дома, к тому же про психованных дерханов и слышать никогда не слышала, а потому доводила соседку и Изверга по полной программе. Просто не осознавала последствий. Но у Иолы-то должно быть хоть немного мозгов и инстинкта самосохранения?
— Изверг, держи себя в руках, — тихо сказала я, не позволяя парню отвести взгляд. — Не пугай народ, спрячь свою страхолюдность. Мы не на съемках фильма-ужастика.
— А можно я буду держать в руках тебя? — неожиданно спросил он и крепко обнял.
— Можно, — вздохнула я. — Тебе, Ивар, можно.
— И все же у тебя очень странное понимание того, как надо успокаивать дерханов, впавших в неконтролируемую ярость, — со смешком сказал он спустя минуту, все так же крепко прижимая меня к себе.
— Мм-м?
— Ну кто так успокаивает? Изверг… страхолюдность… ужастик…
— Но сработало же, — пожала я плечами и прыснула от смеха.
— Сработали не слова, Кирюш. Ты, твой голос, твои руки и глаза, твой запах…
В общем, конец праздника был несколько подпорчен.

В общежитие мы возвращались в сопровождении коллег Ивара, Эварта и Юргиса из Патруля. Изверг, как единственный трезвый, отправил с Гаврюшей кому-то записку, и спустя некоторое время в кабак вошли пятеро подтянутых магов. Со смехом помогли подняться нашей вдрызг упившейся компании и сопроводили до ограды школы. От ворот до общежития добираться было сложнее. Лола и Тина постоянно падали, потому что держащие их Юргис и Эварт сами едва стояли на ногах. Ривалиса качало из стороны в сторону, как матроса на палубе в сильнейший шторм. Мальдин и Гастон недалеко ушли от всех остальных. Даже Карел, уж на что он умеренно обычно пьет, но сегодня и мой напарник был пьян в стельку.
— М-да, — констатировала я, выгружая лохматую чумазую Лолину на ее кровать. — Надо варить зелье от похмелья, иначе наша банда завтра с кроватей не встанет.
— Знатно отметили, — хохотнул Ивар и поволок Тину в ее комнату. Передал девушку с рук на руки соседке и снова заглянул ко мне.
Я к этому времени уже поставила котелок на огонь и наливала в него воду из кувшина. Лола сопела в подушку, Гаврюша, изображая изнеможение, развалился на моей кровати пузом кверху.
— Кирюш, — позвал подошедший сзади виновник сегодняшней грандиозной пьянки.
— Мм-м?
— Прости.
— За что? — спросила я, отмеряя нужное количество травок и всыпая их в котелок.
— За Иолу.
— Ну-у… — протянула я, не оборачиваясь. Что еще сказать, я не знала.
— Я с ней обязательно еще поговорю завтра.
— Это не поможет, Ивар, — глянула я на боевика через плечо и покачала головой. — Иола влюблена в тебя и считает своей собственностью вне зависимости от того, что об этом думаешь ты сам. Она не остановится просто так. И посему я на твоем месте не принимала бы из ее рук никаких угощений. А то ведь с нее станется сварить приворотное зелье.
— Дерханов не берут приворотные зелья, — усмехнулся парень и попытался обнять меня за талию. — Это все знают, никто не станет даже пытаться.
— Ну-ну, блажен кто верует. Я вот, например, об этой вашей особенности не знала. Ивар, ты вроде уже большой мальчик, а все еще веришь в сказки. Если на вас действуют прочие зелья и эликсиры, то, поверь мне как ведьме, и приворотное подействует. Нужно просто правильно подобрать состав и влить подходящие заклинания. Те, кому это действительно необходимо, найдут рецепт. Спорим, тебя все эти годы пичкали гостинцами с разными вариантами приворотных составов?
— Да ну брось, Кир! — Ивара так заинтересовала тема, что он даже отступил от меня и со скепсисом посмотрел. — Никто не стал бы даже пытаться подсовывать мне приворотное зелье. Говорю же, это общеизвестный факт — на дерханов они не действуют.
— Спорим? — Я повернулась к нему и протянула руку. — Я утверждаю, что тебя активно ими пичкали все эти годы.
— Спорим, — улыбаясь, пожал он мою ладошку. — А на что?
— На желание?
— Договорились! Как будем проверять? — уже не скрываясь, веселился именинник.
— А вот сейчас я доварю антипохмелин для наших алкоголиков, и пойдем проверять мое утверждение.
Ивар развалился на моей кровати рядом с Гаврюшей и наблюдал за мной сквозь ресницы. А как только я перелила отвар в кувшины, вскочил и приготовился идти. Я повела парня сначала вниз, к комендантше женского общежития.
— Госпожа Каруда? — поскреблась я к ней в комнатку.
— Это еще что такое?! — возмущенно вскинулась гоблинша, увидев, что я не одна. — Почему в такое время на территории женского корпуса мужчины? А вот я вам сейчас! — Она замахнулась на Изверга и лемура полотенцем, которое держала в руках.
— Погодите! Госпожа Каруда! — поспешила я вмешаться. — Мы на минуточку. Скажите, Лолине Вархаб приносят сладости с приворотными зельями?
— Что? — озадачилась комендантша, но потом ответила: — Приносят, конечно. Она девка красивая, хоть и вредная до невозможности. Вот ей и тащат до сих пор, хотя она с зимы путается с этим вашим рыжим-бесстыжим.
— А вы их ей отдаете или себе оставляете? — продолжала я допрос.
— Отдаю. Она же дерхана, ей все равно. Пусть ест, чего продуктам пропадать.
— Ага! — Я многозначительно посмотрела на Ивара, потом снова обратилась к гоблинше: — Госпожа Каруда, а вы случайно не знаете, Ивару Стенси за эти годы приносили угощения с приворотными зельями от девушек?
— Случайно знаю, — расхохоталась она и взглянула на боевика. — Ты, милок, за эти годы не получил ни одного съедобного подарка или угощения, в который бы не была залита лошадиная доза приворота. Ну, исключая, конечно, то, чем тебя вот эта пигалица потчевала. Вот от нее приворотов не поступало.
— Что?! — сначала изумился боевик, потом обиженно посмотрел на меня, после чего заговорил: — Но… глупость какая! А откуда вы знаете?
— Так от Мырьки. Она же за обоими общежитиями все эти годы приглядывала. А сейчас надо Родиона спрашивать.
У Изверга сделался какой-то расстроенный, даже немного глупый вид. А я тихонько позвала:
— Мырька!
— Чего тебе, Золотова? — тут же появилась перед нами домовушка.
— Мырь, спроси у Родиона, приносили Ивару Стенси в этом году сладости или напитки с приворотным зельем в составе, — попросила я, лукаво поглядывая на именинника. — Нас интересует, пытаются ли его приворожить.
— А я и так скажу, чего спрашивать, — пожала плечиками домовушка. — Иола Дексова, эльфийка с четвертого курса, таскается с бутыльком приворотного эликсира. Родион жаловался, что где она пройдет, там запах остается.
— И-и? — подстегнула я Мырьку.
— А чего «и»? — всплеснула она ручками. — Вон, стоит твой Изверг, а от него на все общежитие эльфийским приворотным зельем несет. Неужто не чуете?
Я чуяла, но думала, что это парфюм. Вероятно, зелье было рассчитано на конкретного мужчину и остальных не цепляло. Ивар принялся осматривать свою одежду и обнюхивать рукава, а Мырька продолжила:
— Похоже, эта неугомонная на тебя цельный флакон вылила. Когда успела-то?
Боевик скрипнул зубами, и лицо у него стало очень недоброе… Впрочем, эльфийку мне не жалко. Сама виновата.
— Ну что, Ивар? Я была права. Ты проспорил. Я придумаю, что загадать, и стребую с тебя свое желание, — демонстративно потерла я ладошки.
— Ну, все выяснили? А теперь марш отседова, и чтобы я тебя не видела! — влезла госпожа Каруда, вспомнив о своей должности, и буквально вытолкала Ивара.
Гаврюша с плеча хозяина весело смотрел на учиняемый произвол и даже помахал мне лапкой на прощание. А я пошла наверх, предстояло смыть с себя боевой цыганский раскрас, стащить с Лолы хотя бы часть одежды и укрыть ее.

А утром следующего дня меня разбудила Мырька.
— Эй, Кира! — потолкала она меня в плечо.
Я с трудом открыла глаза и сонно уставилась на нее, не понимая, что ей понадобилось в такую рань. Выходной же!
— Кир, тебя и Карела Аннушка вызвала. Собирайся и топай в ее кабинет. Дружка твоего Родион разбудит.
Застонав от отчаянья, я села и спрятала лицо в ладонях. Ну что?! Что этой фее от нас надо? Мы ведь виделись в пятницу на занятиях, и она ни слова не сказала о том, что нам снова предстоит встретиться в наш законный выходной день.
— Мырь, чего она хотела? — жалобно спросила я и покосилась на спящую Лолу. Аж завыть от зависти захотелось.
— Кир, ну ты что, Аннушку не знаешь? Она же никому ничего не объясняет, просто ставит перед фактом, — пожала плечами домовушка. — Ты оденься удобно и куртку, что ли, захвати. Оружие и сумку тоже возьми на всякий случай. Магистр одета в брючный костюм и сапоги, наверное, потащит вас куда-то на тренировку.
Кивнув, я сползла с постели и показала рукой на кувшины с антипохмелином.
— Мырь, сможешь передать для Карела? Мы вчера отмечали день рождения Изверга, ребята все упились вусмерть. Подозреваю, мой милый напарник сейчас даже встать с постели не в состоянии.
Домовушка прыснула от смеха, подхватила один кувшин и исчезла. А я отправилась умываться, так как на душ и нормальные сборы времени не было. Аннушка спокойно ждать не станет, припомнит потом каждую лишнюю минуту.
С Карелом я столкнулась на ступеньках перед главным корпусом. Вид он имел помятый, но мое зелье явно ему помогло, так как взгляд у него был уже осмысленный, хотя и страдающий. Мы молча пожали друг другу руки, напарник обнял меня за плечи (полагаю, чтобы его самого не заносило на поворотах), и мы побрели к кабинету темной феи.
— Доброе выходное утро, магистр Кариборо, — вяло поприветствовали мы преподавательницу.
Аннушка и правда сегодня изменила себе, и вместо длинного черного платья на ней красовался шикарный чернильный замшевый брючный костюм. Стоит ли говорить, что и в такой одежде фея была убийственно красива?
— Выглядите отвратительно, адепты, — вместо приветствия сообщила она, оглядев наши поникшие фигуры.
— Так точно, магистр, — отрешенно отозвался Карел. — Вчера праздновали день рождения Стенси.
— Вся школа в курсе, что вы там вчера праздновали, Вестов, — холодно отозвалась преподавательница. — Подобного представления в этих стенах еще не случалось. Впрочем, надо отдать должное вашей артистичности, Золотова. Это ведь была ваша идея.
Она не спрашивала, а констатировала, что это была моя идея, поэтому я не стала ничего отвечать. Просто стояла и мучилась от голода. Дико хотелось кофе и какую-нибудь плюшку в зубы.
— Что ж, — не дождавшись ответа, продолжила магистр. — Сегодня у нас практикум. Как ваш личный учитель, я вправе проводить столько практических занятий, сколько посчитаю необходимым, и в то время, которое выберу. Ставлю вас в известность, если вы вдруг не сочли нужным это узнать сами. А я не сомневаюсь, что вам это было неинтересно.
Мы с Карелом обменялись тоскливыми взглядами.
— Так точно, магистр Кариборо, — снова ответил за нас двоих напарник.
Аннушка благосклонно кивнула и изящным жестом бросила на пол лежавшую на столе книгу. Немедленно ее активировала, поэтому мы даже не успели увидеть, что изображено на обложке, и приказала:
— Вперед, адепты.
В мозгу отзвучали привычные уже слова: «Загрузка новой нереальности», и мы выбрались из портала возле какого-то трактира, расположенного у подножия величественных гор. Фея вышла следом за нами, подняла книгу-портал и спрятала в сумку, которая неведомо как появилась у нее на плече. После чего молча направилась в трактир. Нам не оставалось ничего иного, как последовать за ней.
— Любезнейший! — с порога окликнула магистр толстого бритого мужика, стоявшего за стойкой. — Три плотных завтрака и три кавы. Немедленно! Лепешки, сыр, копченое мясо и пироги — упаковать нам с собой.
— Но, госпожа… — растерялся от такого напора трактирщик.
— Я что-то непонятно сказала? — подняла одну бровь Аннушка и посмотрела на него.
Мужик залился бледностью, судорожно кивнул и бросился исполнять приказ со скоростью, коей от такого тучного человека трудно было ожидать.
Вот как она так делает?! Ведь не кричала, не угрожала, не хамила, просто взглянула, а мужик чуть не обделался от страха. Хочу тоже так научиться! Преподавательница же повернулась к нам:
— А вы чего стоите, адепты? Особого приглашения ждете? Марш за стол!
Мы с напарником стремглав припустили к массивному деревянному столу, стоящему у окна. Упали на стулья и лишь после этого оторопело посмотрели друг на друга. Аннушка продефилировала через зал, мягко присела и сложила руки перед собой.
— Магистр Кариборо, — после затянувшейся паузы спросила я. — А какие у нас планы?
— Сначала плотный завтрак, затем подъем в горы.
— А… зачем нам в горы? — решился заговорить Карел.
— Я ведь уже сказала, на практикум. — Это было произнесено с интонацией, будто обращаются к умственно отсталому человеку, и сопровождалось соответствующим взглядом.
В общем, было понятно, что ничего не понятно и объяснять нам никто ничегошеньки не собирается.
Как только нам принесли еду, магистр приказала:
— Ешьте!
И мы приступили к плотному завтраку. Я сначала с сомнением посмотрела на гигантскую порцию: яичница из трех яиц, жареная картошка, копченая свиная колбаска и ломоть мягкого хлеба. Потянулась было к напитку, названному «кавой» и пахнущему настоящим кофе, но…
— Золотова, я сказала что-то недоступное вашему пониманию? — тихо обратилась ко мне фея. — Что вам было неясного в слове «ешьте»?
— Но, магистр, я не могу столько есть, — покаялась я. — Это очень много. Утром…
— Адептка, если я говорю что-то делать, то вы оба немедленно это делаете, — вкрадчиво произнесла Аннушка, проникновенно глядя мне в глаза. — Если я скажу прыгать — вы прыгнете. Велю лечь — ляжете. Прикажу отжаться — вы начнете отжиматься. А сейчас я сказала: ешьте!
От ее мелодичного задушевного голоса у меня на затылке волосы зашевелились, а по спине промчались целые стада мурашек, не знающие, куда им спрятаться от этого черноволосого ужаса, сидящего напротив. Карела тоже пробрало, он с удвоенной силой начал поглощать завтрак. Я же судорожно сглотнула, придвинула к себе тарелку и, не поднимая глаз, начала давиться этой чудовищной порцией. Ладно, съем. Но если меня потом вырвет от обжорства, я не виновата.
К столу на цыпочках подошел трактирщик и осторожно положил с краю объемный сверток.
— Госпожа, вот то, что вы заказывали, — склонился он в подобострастном поклоне.
Темная фея благосклонно кивнула и выложила на стол серебряную монету. Она тут же исчезла в толстых, как сардельки, пальцах трактирщика, а он сам поспешил отойти от нас. А я покончила с едой и, едва дыша, принялась пить каву. Это действительно оказался кофе, и от счастья, что наслаждаюсь давно забытым вкусом, я даже прикрыла глаза. А вот Карел глотнул и сдавленно хрюкнул. Ну, это понятно, напиток нам здесь подали в чистом виде, даже без сахара.
— Что это за га…
— Это кава, Вестов, — не дала ему договорить Аннушка. — Бодрящий напиток.
— Карел, в моем мире это называется «кофе», — с улыбкой пояснила я. — Его делают из обжаренных и перемолотых ягод кустарника, растущего в жарких странах. Он бодрит, отгоняет сонливость, добавляет энергии. Я люблю кофе, но в Межреальности его нет. Этот напиток можно пить с сахаром, сливками или молоком, иногда при варке добавляют специи. Очень пикантно получается! Попроси немного сливок или молока у трактирщика, вкус тогда станет мягче.
— Золотова, вы меня приятно удивляете, — подняла одну бровь преподавательница. — И что же, вы умеете готовить кофе, как вы его назвали?
— Да, конечно, магистр. Я себе дома каждое утро варила.
— Ну хоть что-то вы умеете, это радует, — чуть склонила она голову в одобрительном кивке.

Как только с завтраком было покончено, мы встали из-за стола. Точнее, кое-кто встал, а кому-то пришлось чуть ли не выползать, тяжело дыша и стараясь не лопнуть. Обжорство до добра никого не доводило… Карел взял припасы и убрал в свою сумку, после чего мы отправились за магистром во двор.
Аннушка шевельнула пальцами, и безо всякого портала мы очутились на вершине одной из гор. Я даже рот раскрыла от удивления, а Карел принялся осматриваться. Здесь было холодно, на соседних склонах лежало немного снега, а мы стояли на ровной, словно обрезанной гигантским ножом вершине скалы, и только с одного края этой площадки возвышался овальный валун в два моих роста. Из щелей в камне пробивались травинки, и хотя снег под ногами отсутствовал, было зябко. Я порадовалась, что взяла с собой куртку по совету Мырьки, быстро натянула, застегнулась под самое горло и поежилась. Карел последовал моему примеру.
— Уберите сумки в сторону, — приказала фея, встав напротив нас. Дождалась, пока мы выполним указание, и продолжила: — Закройте глаза. Теперь сконцентрируйтесь и зовите.
— Кого звать, магистр? — спросила я, не открывая глаз.
— Не задавайте глупых вопросов, адептка. Дракона, разумеется.
Ах драко-о-она! Ну да, действительно. Чего я глупые вопросы задаю? Ведь это и так ясно: если вас в выходной день разбудили ни свет ни заря, притащили в другой мир, заставили съесть огроменную порцию еды, какую не всякий мужик осилит, а потом перенесли в горы и велели кого-то звать, то этот «кто-то» — дракон. Все понятно!
— Не отвлекайтесь, Золотова! Вы не о том думаете! — одернула меня преподавательница.
М-да.

Глава 9
Об открывающихся перспективах, времени в драконьей пещере, встрече с хозяином сокровищ и постыдном бегстве

Разумеется, дракон призываться не пожелал. Сколько мы с Карелом мысленно ни взывали, никто к нам не пожаловал.
— Плохо, адепты. Очень плохо, — сообщила нам через полчаса Аннушка. — Откройте глаза, сядьте друг напротив друга вот на эти коврики, будете учиться проникать в мысли напарника. Вперед!
В нас полетели два квадратных куска из какого-то странного материала, похожего на вспененную резину. Карел их поймал и расстелил для нас обоих.
— Магистр, мы же такого еще не делали, — пробасил он, вопросительно глядя на преподавательницу.
— Вот сейчас и начнете, — невозмутимо отозвалась фея и начала рассказывать, что нужно делать.
Как дышать, как смотреть сквозь закрытые веки, как видеть внутренним зрением потоки магии, разлитые в воздухе, и ауру окружающих нас существ. Как открывать свои мысли и как их закрывать. Что необходимо, чтобы протолкнуться в чужой разум.
Мы уже начинали обсуждать эти темы на лекциях с Аннушкой, но тогда это была теория, которую мы исправно записывали в тетради и учили. Сейчас же фея заставила нас все это воспроизводить (точнее, пытаться воспроизвести) на практике.
— Я знаю, что вам сложно, адепты. Прекрасно понимаю: все, что мы с вами будем проходить, не соответствует программе. По-хорошему, вы должны бы изучать данные аспекты магии на последних курсах школы. Но я вас выбрала, теперь вы мои. И посему я буду строить наши индивидуальные занятия так, как сочту нужным. И мы будем осваивать многое, опережая график обучения других адептов, — сочла нужным пояснить она потом.
— Магистр Кариборо, а менталистика… — начала я. Но фея перебила меня:
— У нас нет времени ждать, пока вы доучитесь до пятого курса, Золотова. Мы начнем сейчас и с иной программой. Ваша задача будет научиться блокировать свой разум от внешнего воздействия, открывать его для общения, обмениваться сознанием и многое другое. Но вы должны понимать, все это подвластно лишь тем магам, которые обладают даром. У вас он приобретенный и имеет особенность — умение говорить с драконами, а не управлять сознанием разумных существ. Опытные маги-менталисты с врожденными способностями могут многое: подчинить, выжечь разум, заблокировать память, внушить ложные воспоминания и прочее. Но! Этому не учат никого, кроме лекарей душ и тех, кто в будущем планирует работать на Корону. Программа менталистики для всех без исключения магов иных направлений — это общее понимание, способность почувствовать ментальные заклинания и определить их вид, а также умение блокировать свой разум от вмешательства. Впрочем, без особого дара ничего более и неподвластно.
— Я правильно понял, вы будете учить нас этому же, но с поправкой на драконов, а не разумных существ? — серьезно спросил Карел.
— Можно сказать и так, но в гораздо большем объеме. Ну и, кроме того, умению сливаться разумом с вашими рептилиями. Вы должны быть в состоянии полностью брать их под контроль при необходимости, иначе не сможете ими управлять.
Пользуясь необычно благостным настроением Аннушки, я спросила:
— Магистр, а мы будем проходить другие заклинания, которые по программе пока не должны?
— Непременно, адептка. Вскоре выучим заклинание стазиса. Ведь вам необходимо будет снять его с драконьих яиц. Я, помнится, уже говорила, что собираюсь сделать из вас величайших магов. И я сделаю это. Готовьтесь, вам предстоит очень много заниматься и практиковаться.
— А мы справимся? — со скепсисом спросил Карел и искоса глянул на меня. — Ведь Кира и так тащит программу двух факультетов.
— Кому много дано, с того и спрос больший, чем с прочих, адепт Вестов.
— Но… — вякнула я.
— А вы, Золотова, не расслабляйтесь. И скажите спасибо, что я не позволила ректору пригласить для вас на этот учебный год преподавателя из Академии ведьм, как он планировал. Иначе сейчас вы занимались бы еще и с ней.
— Спасибо! — оторопело поблагодарила я. — А почему?
— Потому что рано. Вот освоите управление стихией воды, повышенными способностями к коей вы так неосмотрительно обзавелись, выучите большую часть того, что я собираюсь вам дать, а там посмотрим.
— А… инициация? — Я неожиданно для себя залилась краской и бросила смущенный взгляд на Карела.
— Все под контролем, Золотова, — равнодушно отозвалась преподавательница. — А теперь начали! Хватит болтать, адепты!
Не знаю, сколько времени длилась эта часть занятия. В какой-то момент стало жарко, то ли от солнца, которое в горах светит ярче, то ли от того, что мы умаялись, а организмы согрелись. Потом ужасно захотелось есть, и я поняла, что не зря Аннушка заставила нас так плотно позавтракать. Во время тренировки уходило колоссальное количество энергии.
Я старательно повторяла требуемое, хотя у меня ничего не получалось, но в какой-то момент не выдержала, открыла глаза и прошипела Карелу:
— Слушай, сходи уже пописай! Сколько можно?!
— Что?! — возмутился парень. — Ты откуда…? Сама лучше напейся воды! Меня из-за тебя жажда мучает!
— Молодцы, адепты! — заговорила Аннушка. В ее голосе слышалась явная похвала. — Вы действительно молодцы! Для начальной стадии очень хорошо!
Мы забыли, что ругались, и повернули головы к ней. Темная фея улыбалась… И на этот раз от ее улыбки мороз не продирал, наоборот, хотелось просиять ей в ответ. Аннушка встала, потянулась с фацией дикой кошки и распорядилась:
— Ну что ж, раз у вас начало получаться, объявляю перерыв. Вестов, ступайте вон за тот камень, сделайте все необходимое и возвращайтесь. Золотова, распакуйте пока наш полдник. Обед уже давно прошел, так что…
После еды, которую мы с Карелом заглатывали жадно, словно утки, практически не жуя, такое чувство голода нас снедало, поступило новое указание от нашего личного учителя:
— Так, адепты. Вы помните о том, что нам нужно определить, какие именно ведьминские чары позволяют материализовывать предметы из нереальностей?
— Да, конечно, — сказала я. — Магистр Кариборо, а уже разобрались с нашими заколками? Магистр Бонефур смог что-нибудь определить?
— Не совсем, — уклончиво ответила фея. — Сегодня мы попытаемся разобраться с этим сами. Не люблю, когда чего-то не понимаю. Меня это нервирует, что плохо сказывается на моем характере. Поэтому сейчас мы перенесемся в одно место, где много разных предметов. Золотова, ваша задача: брать вещь и накладывать на нее в разном сочетании чары, из тех, что вы использовали при выносе заколок. К ней будете прикреплять записку с указанием, что именно вы начаровали. Понятно?
— Зачаровывать и записывать, — дисциплинированно повторила я указание.
— Верно.
— А я? — прогудел Карел.
— А вы, Вестов, будете накладывать поверх чар Золотовой заклинания классической магии. В каком порядке — решайте сами, адепты, но обязательно все записывайте. Само собой, с первого раза вряд ли что-то получится, но магистр Новард дал задание, поэтому будем выяснять. Школе понадобится очень много денег, адепты. Драконы — это не комнатные собачки, прокормить их не так-то просто.

Как только мы были готовы, Аннушка открыла портал, а вышли мы из него в пещере, весь пол которой был завален грудами золота, драгоценностей и оружия.
— Ого! — Карел присвистнул.
— Ва-а-ау! — обалдело протянула я. — Где мы?
— В сокровищнице дракона, разумеется, — повела плечом фея. — Неужели непонятно?
Мы с Карелом в очередной раз за сегодня переглянулись. Слов уже не было.
— Приступайте, адепты. Вот бумага, ручки и бечевка. Если захотите пить, то справа от выхода из пещеры бьет родник. Выбирайте любые предметы, какие сочтете нужным, зачаровывайте и складывайте в ваши сумки. Потом разберемся…
— А вы? — спросил напарник, так как преподавательница явно собралась нас покинуть.
— А мне есть чем заняться. Не буду же я сидеть рядом с вами столько часов. Вперед! В ваших интересах управиться быстро, а то вдруг хозяин сокровищницы вернется раньше времени?
— А если вернется? — пискнула я. Перспектива столкнуться нос к носу с драконом, пусть и в нереальности, меня не прельщала.
— Ну что ж, — невозмутимо отозвалась темная фея. — Если столкнетесь с ним, у вас будет хорошая возможность потренировать свои способности Говорящих с драконами. Удачи, адепты!
Мы с другом остолбенели, а магистр Кариборо растворилась в воздухе.
— Твой северный зверек, которого ты так часто поминаешь? — сдавленно вопросил Карел.
— Типа того. Тут явно кто-то из пушных, которые подкрадываются незаметно, — задумчиво отозвалась я. — Слушай, а она ведь не сказала, как нам выбираться отсюда. И книгу-портал тоже забрала.
— Ну… наверное, она потом сама за нами прибудет и заберет, — неуверенно предположил друг. — Давай займемся делом.
Некоторое время ушло на то, чтобы отобрать наименее ценные вещи. Ведь вероятность, что данные предметы растворятся при переносе в реальность, велика, и какие-то дорогие или красивые украшения или оружие откровенно жалко. Так что я набрала гроздь тонких грубоватых цепочек без драгоценных камней. Опять же, к ним удобно прикреплять записки с названием применяемых чар. Даже бечевка не понадобится. Карел поступил еще проще: сгреб горсть золотых монет и разложил их по одной на бумажках, чтобы потом просто завернуть. Ведь к монете нельзя привязать веревочку.
Потом мы решали, в каком порядке будем накладывать заклинания, чтобы не перебирать совокупность чар до седых волос. Тут мне очень помогли логические головоломки, которые я любила разгадывать еще на Земле. Немного поспорив и слегка поругавшись, мы приступили к работе, сосредоточенно сопя над кучкой сокровищ.
Несколько раз выходили подвигаться, поприседать и попить воды за пределы пещеры, находящейся высоко в горах. Вокруг были могучие неприступные склоны, над головой ясное небо, под ногами черный камень. Лепота!
Наконец я решила, что на сегодня хватит. Запрятала все цепочки в сумку так, чтобы они гарантированно не вывалились, кивнула напарнику, заканчивающему свою работу, и отправилась в глубь сокровищницы, желая осмотреться. Так как уже стемнело, пришлось зажечь огненный шар, который плыл над головой, освещая груды злата-серебра. Кощей Бессмертный удавился бы от зависти. Была у меня идея… Так как сегодняшний день у меня выпал из рабочего графика и получить денежное вознаграждение за свои услуги я не смогла, то…
Дракон ведь не обеднеет? Правда? Вон у него сколько богатств. А мне нужно всего лишь одно ювелирное изделие, которое будет стоить дорого. Очень дорого! Очень-очень дорого! А хозяину сокровищницы все равно… Украшение и украшение, валяется в общей куче…
Вот нечто такое я и искала. Надо сказать, подходящее колье нашла не сразу. Хотя ту штуковину, усыпанную огромными бриллиантами и сапфирами, которую я заприметила в одном из сундуков, даже и колье нельзя было назвать. Колье — это что-то такое, что надевается на шею и украшает декольте. А эта драгоценность… Ну вот прямо и не знаю! Я повертела это «не совсем колье» в руках, примерила на себя, уважительно выпятила губы, увидев, что оно спускается мне аж до талии, полностью покрывает плечи, а сзади свисает до лопаток. Что-то типа египетских «воротников», какие носили фараоны. Надо брать!
— Что нашла? — спросил Карел, когда я вернулась к нему.
— Вот! — продемонстрировала я свою добычу. — Сейчас зачарую эту пелеринку так, как мы поступали с заколками. Хочу потом продать, если удастся утащить.
— Шутишь? — со скепсисом посмотрел на меня парень.
— Какие шутки, амиго? Только мне нужна твоя помощь. Замагичишь?
— Кирюш, я совсем пустой, — с сожалением отозвался друг и развел руками. — Весь резерв слил, даже накопители исчерпал.
— Тю! Сейчас мы это исправим. Я же не использовала свой резерв, да и мои накопители полны. Держи и давай мне свои. Пока буду делать свою часть работы, как раз наполнятся твои.
Потом я корпела, воспроизводя все то, что делала когда-то с заколками-стилетами в замке Тьмы. Благо процесс был уже отработанный, просто повторяла последовательность действий. Затем мы снова поменялись накопителями, и я заполнила свои, с тем чтобы вновь отдать их напарнику. Аннушки все не было, хотя за порогом уже царила непроглядная мгла, так что мы успели.
— Держи! — протянул мне драгоценность друг. — Спрячешь в сумку?
— Не-а! Вдруг там найдут и отберут. На себя надену, а ты мне поможешь расправить его под одеждой так, чтобы видно не было. — И я принялась снимать рубашку.
— С ума сойти, какая роскошь, — покачал головой Карел, когда я, оставшись в бюстгальтере, надела украшение на себя. — Может, оставишь?
— И куда мне его носить? Эта вещь как минимум для королевы или принцессы, они на всякие балы и приемы ходят. А хранить такую красоту в шкатулке жалко. Я себе потом что-нибудь поскромнее добуду, — покачала я головой и принялась одеваться.
— Что это за звук? — вдруг напрягся Карел.

Я застегнула куртку и прислушалась. Свист воздуха, словно его рассекают огромные крылья, скрежет когтей по камню… Мама дорогая!
— Дракон! — выдохнули мы с напарником одновременно.
Похватав свои сумки, бросились к выходу из пещеры. И тут же упали на землю, потому что прямо над нашими головами пронесся огненный шквал.
— Валим! — заорала я, вскочила и, пригнувшись, бросилась бежать.
Пока было светло, мы успели осмотреться и знали, в какой стороне находится подобие склона. Проблема была только в одном: в темноте мы ничего не видели, а зажигать огненные шары — это то же самое, что сразу пойти на съедение в пасть дракона. Не сожрет живыми, так сначала изжарит.
— Прыгаем! Левитация! — гаркнул вдруг Карел и рванул меня за руку.
Потом мы куда-то летели, ничего не видя, шлепнулись на какой-то каменный уступ. Левитация смягчила удар, но приятного было мало. Карел меня снова куда-то дернул, и мы помчались по горной тропинке, падая и снова поднимаясь, а над нами раздавался рев оскорбленного хозяина сокровищницы.
Вдруг напарник резко затормозил. Я впечаталась в него и чуть не столкнула вниз, в пропасть, которая разверзлась под ногами.
— Что?.. — вякнула я, пытаясь отдышаться.
— Видишь? Канат! Он тянется до той стороны! — ткнул куда-то в темноту друг. — Но моста нет!
В спины нас вдруг толкнула воздушная волна, и снова раздался драконий рев, на этот раз совсем рядом.
— Мамочки! — проскулила я и принялась снимать кожаную куртку. И тут хлынул ливень стеной. Как там говорится, «разверзлись хляби небесные»? Вот именно они и разверзлись над горами. Гром, молнии такие, что все небо заполыхало зарницами…
— Ты спятила?! — заорал Карел, стараясь перекричать шум дождя. — Надо перебираться на ту сторону по канату.
— Я на руках не смогу! — пропыхтела я. — Снимай куртку, перекидывай ее через канат и крепко держись, будем скользить на ту сторону. Он идет под уклон…
Следующий наш скользящий полет над пропастью под потоками воды, освещаемый молниями, под грохот грома и аккомпанемент из наших воплей, я даже вспоминать не хочу. Ужас!
— А-а-а! — шлепнулась я на противоположной стороне ущелья.
— Ага-гх! — клацнул зубами Карел, приземлившись рядом. — Бежим!
Натянув уже на ходу куртки прямо поверх ремней наших сумок, мы рванули куда глаза глядят. Поскальзываясь на мокрых грязных камнях, падая, отбивая локти и коленки, мы неслись вниз вместе со стремящимся к подножию горы водяным потоком под ногами. При свете молний было видно кружащего в небе дракона, а мы все бежали. Изредка ящер спускался и выдыхал струю огня, отчего нас опаляло жаром, но, к счастью, не успевало обжечь. Слишком сильный был дождь, слишком быстро стекал по камням поток. То, что больше уже напоминало сель, мчалось под уклон, и в какой-то момент на особо крутом участке тропы мы в очередной раз шлепнулись, и вместе с этой грязной бурной стремниной нас понесло вниз, переворачивая и закручивая, не давая опомниться. Потом мы снова сорвались куда-то и с оглушающими воплями стали падать.
Мы падали, и падали… а потом упали.

— Хм… — прозвучал спокойный голос Аннушки. — Какое неоднозначное появление, адепты. И откуда же вы явились, позвольте узнать, в столь неподобающем для студентов Высшей Школы Библиотекарей виде?
Я подняла голову, убрала с лица растрепанные волосы, протерла глаза от грязи и осмотрелась. Рядом завозился Карел, который, похоже, приземлился не совсем удачно, так как сразу же со стоном схватился за голову.
Мы находились на полу в зале трактира, в котором утром завтракали и пили каву. За столиками сидели и хлопали глазами обалдевшие от нашего появления посетители. Рядом вольготно располагалась магистр Кариборо и держала в руках книгу. Судя по всему, она читала и пила чай, когда мы выпали из точечного портала прямо перед ней.
— А… мы? — прокашлявшись от воды, попавшей в горло, спросила я.
— Что случилось? — промычал Карел и помотал головой.
— Что случилось, это я должна спросить у вас, адепты, — ответила фея, даже бровью не поведя. Более того, она подняла кружку и спокойно отпила чая, над которым вился парок.
Я, глядя на нее, сглотнула и абсолютно невменяемо посмотрела на какого-то бородатого мужика, сидящего за столом справа от меня. Когда мы вывалились в трактир прямо из воздуха, он как раз собирался чего-то выпить, да так и застыл с не донесенной до рта посудиной. Увидев мой взгляд, направленный на его кружку, бородач без слов протянул ее мне. Я благодарно кивнула, схватила, залпом сделала несколько глотков и забыла, как дышать. Выпучив глаза, разевая рот, как рыба, выброшенная на берег, я таращилась на дядьку, он на меня.
— Что это? — прохрипела я, как только дыхание вернулось, и сунула кружку Карелу.
— Гномий самогон… — отозвался угостивший меня мужик.
— И все-таки, адепты! — привлекла к себе внимание Аннушка и брезгливо осмотрела нас. — Почему вы в таком жалком виде?
— Дракон. Убегали, — отозвался Карел, откашлявшись. Приобщился, значит, к самогону, судя по голосу.
— Плохо, адепты. Вы меня разочаровали.
Фея встала, бросила на стол мелкую монетку, сделала какой-то жест в нашу сторону и направилась к выходу из трактира.
— Магистр, там дождь… — окликнул ее мой друг, вставая.
— Ну, вам ведь уже все равно, — через плечо ответила она и вышла на крыльцо.

Глава 10
О знакомстве с бывшей невестой Ривалиса и непрошеных советах

Напарник вздохнул, кряхтя встал, за шкирку вздернул меня на ноги из лужи грязи и воды, в которой я сидела, и повел за преподавательницей. Припадая на обе ноги, я шла практически на полусогнутых и мечтала о том, чтобы сдохнуть. Все тело стенало от последствий нашего побега, в боку пекло и жгло, дышать было больно. Знатно мы побились о скалы. Как не переломались-то? Чудо просто, хотя, кажется, у меня ребро треснуло, судя по ощущениям. А может, и не одно…
В сапогах противно хлюпало, рубашка прилипла к телу, мокрые волосы, в которых застряли комки грязи и мусор, неопрятными патлами свисали по плечам, так как коса давно растрепалась, кожаная куртка отяжелела и мешала. Представляю, насколько жалко я выглядела. Впрочем, Карел не лучше. Его лицо украшали грязные полосы, в шевелюре застряли веточки, а ворот у рубашки оторвался. Я печально вздохнула. Сходили на практикум…
Аннушка же, пока мы ковыляли к ней, успела положить на крыльцо книгу и активировать портал, в который мы и шагнули. Вывалились мы из него уже в школьном дворе. В Межгороде была отнюдь не ночь, а послеобеденные часы, если судить по солнцу. То есть время в Межреальности и книжной нереальности текло по-разному. Надо учесть это на будущее! На наше счастье, народа почти не было, так как в выходные все старались побольше погулять по городу, сделать покупки, а то и подработать. Но те, кто сидели вокруг дуба и слушали побасенки кота-сказочника, нас увидели и застыли изваяниями с открытыми ртами.
— Свободны, адепты. Жду вас на следующем занятии с выполненным домашним заданием. Тренироваться как сегодня — каждый день по два часа! Когда приведете себя в порядок, зайдите к ректору и отчитайтесь о результатах вашей сегодняшней деятельности. Если сохранилось что-то из экспериментальных работ, к которым вы прикрепляли записки, сдадите, — невозмутимо произнесла темная фея и исчезла вместе с книгой.
— Вы откуда? — ошарашенно спросил какой-то парнишка из новеньких, оказавшийся совсем рядом с местом нашего сногсшибательного появления.
— На практикуме были с нашим личным учителем магистром Кариборо, — ответил за нас двоих Карел, подцепил меня под руку, и мы, хромая на обе ноги, постанывая и поддерживая друг друга, медленно и печально побрели в сторону общежития.
Вода, грязь и мусор из нашей одежды и волос с переносом в Межреальность испарились, и идти стало немного легче. В сапогах больше не хлюпало, кожаные куртки перестали весить словно кирпичные, да и одежда прекратила мерзко липнуть к телу и холодить. Я покосилась на напарника. Из его шевелюры исчезла застрявшая там веточка, но выглядел парень так, словно его вынули из стиральной машинки с сушкой. М-да. Представляю, какой «шедевр» парикмахерского искусства у меня на голове, учитывая мою длинную гриву, которая сейчас чуть ли не дыбом стояла. Типичнейший так называемый взрыв на макаронной фабрике. «Стирали и сушили» нас с Карелом вместе, в одной «стиральной машинке», да еще изрядно побили о стенки барабана.
А в спину нам доносился гомон. Различить можно было только обрывки фраз:
— Ужас!
— …Неужели и нам предстоит такой…?!
— …Магистр Кариборо страшная…!
— Тс-с-с! Идиот! А то вдруг она услышит!
— …Ррыгр! Если уж она такое творит со своими учениками…
Я искоса глянула на Карела и криво улыбнулась. Знали бы они…
— Знаешь, мы с тобой идиоты, — произнесла я, едва переставляя ноги и стараясь дышать так, чтобы не потревожить пострадавшие ребра.
— Угу!
— Мы даже не попытались использовать свой дар.
— Угу, — снова согласился напарник, тяжело вздохнул, глухо застонал и на секунду прикрыл глаза.
— А еще мы неслись как лоси, не разбирая дороги, и могли свернуть себе шеи.
— Угу.
— Ну чего ты угукаешь? — беззлобно спросила я. — Совсем плохо?
— Да потому что мы идиоты. И я главный. Так растерялся, что мозги напрочь отшибло.
— Ты не одинок, у меня тоже все мысли из головы вылетели, когда эта жуткая огромная зверюга начала реветь и огнем пуляться. Сработал первобытный инстинкт: бежать от опасности!
— Угу! Прости, Кир. Это моя вина. Все же я мужчина, а повел себя… Ты могла погибнуть.
— Да мы…
— Не утешай, Кирюш, — поморщился Карел. — Но я исправлюсь. Больше не позволю тебе…

Он не договорил, и я собралась уже ответить, как раздался крик Ривалиса, а следом и он сам выскочил к нам из-за деревьев:
— Кира! Ну, наконец-то! Я тебя с самого утра ищу, а никто не знает, куда ты делась. Карел, привет! Кирюша, любовь моя, спасай! Прибыла леди Даэрини, притащила с собой Эарду. Они хотят повидаться с моей невестой, — на одном дыхании выпалил эльф.
— И что? — устало спросила я, остановившись и придерживая Карела.
— Идем скорее! Я их полдня развлекал, таскал по городу и кормил в кафе. Но сейчас они пришли к воротам школы. Внутрь их не пустили, но они заявили, что не уйдут, пока не увидят тебя! — Он вцепился мне в локоть, не обращая внимания на мой встрепанный помятый вид, и потащил за собой.
— Рив! — охнула я и слегка согнулась, так как он попал рукой в ушиб на боку. — Я не могу! Ты посмотри на меня!
— Плевать! Кира, умоляю, просто покажись им, сделай вид, что у нас с тобой все хорошо, свадьба не за горами, и пусть они катятся обратно в Светлый лес. Иначе я за себя не ручаюсь!
— Ри-и-ив! — пропищала я. — Дай хоть переодеться и причесаться, ты не видишь, что ли, в каком я виде?! Мне к лекарю нужно! У меня болит все, что только может болеть!
— Некогда! Кира, я прощаю тебе проигранное летом желание! Но сейчас — спасай! Карел, прости, я ее похищаю!
Ривалис подхватил меня на руки и чуть ли не бегом припустил к воротам. Я же смиренно обняла его за шею, положила голову на плечо и возрадовалась передышке.
Эльф стремительно вышел за ограду, донес меня до стоящих чуть в стороне двух роскошных эльфиек и бережно поставил на землю.
— Добрый день, леди Даэрини, — выдохнув сквозь зубы, поприветствовала я знакомую по каникулам даму и попыталась встать прямо.
— Госпожа Золотова! — отозвалась она, шокированно глядя на меня. — Но… что с вами случилось?! И… с этим молодым человеком?
Я оглянулась через плечо и увидела Карела, который, оказывается, последовал за нами.
— Это мы с напарником только что вернулись с выездного занятия, леди Даэрини. А на практикумах всякое случается… — пожала я плечами, тут же зашипела и сморщилась. — Простите, не успела дойти до душа и лекаря и привести себя в порядок. Рив перехватил меня по дороге.
— И что же… — мелодично спросила красивая молоденькая блондиночка, стоящая рядом с леди, вероятно, та самая Эарда, несостоявшаяся невеста Ривалиса, — вы всегда так ?
Девушка оказалась очень привлекательной, впрочем, как и все эльфийки. Ее можно было бы назвать настоящей красавицей, если бы не маленькое «но». Зачесанные назад гладкие волосы Эарды были очень светлого оттенка, практически льняные, в отличие от ее матери или Ривалиса. Такими же белесыми были брови и ресницы, что смазывало все впечатление и делало ее лицо невыразительным и бесцветным. Кроме того, лоб Эарды был весьма высоким, что тоже несколько портило ее.
— Частенько, — уклончиво ответила я. — Мы ведь боевики. Бывает и хуже, например, после практических занятий на кладбищах, когда мы уничтожаем зомби и упырей, а те взрываются так, что ошметки их разложившихся полусгнивших тел летят во все стороны. Мы тогда друг на друга стараемся даже не смотреть, пока не вернемся в ВШБ.
Обе эльфийки передернулись от отвращения, я же устало потерла лицо ладошками и с тоской посмотрела на исцарапанные руки со сбитыми костяшками. А потом младшая леди увидела что-то, от чего у нее рот раскрылся в буквальном смысле слова. Она протянула руку и неприлично ткнула пальцем куда-то в район моей шеи.
— А это… это… Вы всегда ходите на такие опасные задания в столь дорогостоящих украшениях? — выдавила она наконец, не отводя глаз от моего ворота.
Я опустила голову и взглянула, что ж она там такое увидела. Ух ты ж! Сработало! Нам удалось утащить у дракона бриллиантово-сапфировое «колье»! Не зря страдали! Ривалис также посмотрел на то, что так шокировало Эарду, и у него глаза полезли на лоб.
— Кира-а! Это же целое состояние! — выдохнул он. — Ты что, надела такое сокровище на практикум?
— А почему бы и нет? — забывшись, повела я плечом и тут же опять зашипела. Выдохнула сквозь зубы и договорила: — Может девушка позволить себе некоторые слабости? Следующий бал нескоро, что же украшению лежать в шкатулке?
Карел сдавленно хохотнул, но промолчал, а обе эльфийки сглотнули, не имея сил отвести глаза от этой красоты. Я же демонстративно расправила изжеванную рубашку, от которой оторвалось несколько пуговиц, и произнесла:
— Впрочем, вы правы. Жаль такую роскошь носить на грязную работу, а хранить просто так бессмысленно. Наверное, я его продам. Не желаете приобрести? — Подняв одну бровь, я посмотрела в глаза леди Даэрини-старшей.
— Боюсь, что… — с жалостью сказала она и поджала губы.
— Это же вещь для королевы! — выдохнула Эарда. В ее глазах читалось, что она умирает от желания иметь такую красоту, но сие ей явно не по карману.
— Да? — «удивилась» я. — Ну, может, так и есть. Я-то точно не королева и даже не принцесса. Решено! Продаю!
Я переступила с ноги на ногу, чувствуя, что, кажется, теряю равновесие, а кожа куртки издала противный звук при движении. Ей явно не пошло на пользу то, что сначала она полностью промокла, а потом внезапно высохла.
— Госпожа Золотова, — вдруг растерянно произнесла Эарда и показала пальчиком на свое лицо, явно имея в виду, что это со мной что-то не так, — у вас кровь носом пошла.
Я быстро поднесла руку к носу, нащупала что-то мокрое и горячее и посмотрела на измазанные в красном пальцы.
— Простите, леди… Мне бесконечно жаль, что вы видите меня в таком виде. Просто мы с Карелом сильно побились в горах на практикуме. Надо бы к лекарю. У меня, кажется, еще и ребро треснуло. Или сильные ушибы… Не знаю. Рив, проводи меня, пожалуйста, боюсь, я сама не дойду.
— Госпожа Золотова! — Эарда решительно шагнула вперед. — Я учусь на лекаря, и у меня довольно хорошо получается. Если позволите, я вас немного подлечу.
Я посмотрела на девушку. Ее взгляд был полон жалости, и в нем читалось желание помочь. А она, оказывается, не такая уж и плохая. Может, и не пара Риву, но точно не гадина. Я кивнула и протянула ей руку. Спустя некоторое время я смогла наконец-то вдохнуть полной грудью, а из носа перестала идти кровь. Совсем другое дело! Теперь я и сама легко доберусь до лазарета.
— Спасибо, Эарда, — благодарно улыбнулась я и тут же исправилась: — Ой, простите. У вас же так не принято… Леди Даэрини.
— Ничего, все в порядке. Мы же, можно сказать, ровесницы и обе студентки.
— Тогда я для вас просто Кира, — протянула я ей ладошку для рукопожатия. Потом посмотрела на то, какая она у меня ободранная и с испачканными в крови пальцами, и спрятала ее за спину.
Девушка тихонечко рассмеялась, а ее мать скорчила недовольное лицо. Но мне было уже все равно. Главное, что несостоявшаяся невеста Рива — нормальная вменяемая девушка. Ну а то, что перфекционистка, так у каждого свои недостатки.
Я попрощалась, поманила страдальчески морщащегося Карела и уже было направилась к воротам школы, как вдруг резко остановилась и оглянулась. Ривалис раскланивался с обеими леди, и было заметно, что он надеется их не увидеть еще очень долго. А я, сама не зная, зачем это делаю, вдруг шагнула назад и позвала:
— Эарда! Могу я с вами поговорить наедине?
— Да! — удивленно отозвалась она и сама подошла.
— Карел, две минуты. — И я взглядом попросила напарника отойти.
Как только мы с эльфийкой остались вдвоем, я заговорила:
— Эарда, простите меня за то, что я сейчас скажу. Ладно? Это не из желания вас обидеть или еще чего-то такого. Наоборот, я признательна вам за лечение и хотела бы дать небольшой дружеский совет, как девушка девушке. Можно?
— Н-ну… — растерялась она.
Видно было, что эльфийка очень старается держать лицо, но, вероятно, ранее ей не доводилось сталкиваться с такими злостными нарушительницами этикета и правил, как я. Хотя странно, в жизни не поверю, что студиозы в учебном заведении, где она учится на лекаря, прям все такие идеальные.
— Так вот, — вдохнула я для храбрости и заговорила: — Вы очень красивая девушка. У вас шикарные волосы, кожа, которой можно только позавидовать, но… Не обижайтесь, хорошо? Вам было бы лучше, если бы вы отрезали себе густую челку. Вот так, до самых бровей, — показала я на себе, докуда нужно подрезать. — Чтобы лоб был прикрыт. И еще нужно затонировать брови и ресницы. Есть такая травка, которая растет и у вас в Светлом лесу, вы наверняка ее знаете, — серпуха. Ею шелковые ткани красят в коричневый цвет. Но ею можно и волосы окрашивать, если добавить сок дубового лишайника. Да вы и сами наверняка знаете. Вот затемните брови и ресницы на тон или два. Сильно не надо, а так, чтобы они были темнее волос ненамного. У вас лицо сразу станет гораздо выразительнее.
— Но… вы первая, кто мне об этом говорит, — обиженно произнесла эльфиечка и попыталась сделать надменное лицо, как у всех аристократов. Но, похоже, мое поведение выбило ее из привычной роли.
— Я ведьма, мне можно, — развела я руками и улыбнулась. — А еще поменяйте прическу. Вы заплетаете простую косу. Точнее, не простую, конечно, а очень сложную, но все равно, вокруг лица у вас никакой красоты не остается. Можно знаете как делать? Смотрите: плетете две высокие косы, они у вас толстые будут, вон какие густые волосы, а потом вот так закручиваете их короной вокруг головы. — И я показала на себе, как это должно выглядеть.
— Ну, я даже не знаю, — поджала губы Эарда. — Это как-то странно. Но я попробую и посмотрю в зеркало, что получится.
— И напоследок… Я знаю, что вы любите порядок во всем, мне Рив о вас рассказывал. — Она сдержанно кивнула, хотя ее в глазах мелькнуло недовольство. — Попробуйте внести в свою жизнь самую капельку хаоса. Чуть-чуть. Оставьте книгу на столе, а не в шкафу. Бросьте неубранными шарфик или перчатки. Переставьте статуэтки в другом порядке, не так, как вы привыкли за долгие годы. Положите подушки на кровати не стопкой, а хаотично, декоративно разбросав их.
— Зачем?! — изумилась девушка.
— Затем, что жизнь прекрасна неожиданностями. Не зацикливайтесь на том, как все должно  быть. И наряды… Вот у вас все подобрано в тон: бежевое платье, бежевые туфли и сумочка, бежевые пояс и шарфик. Вам не скучно? Наденьте красные туфли или зеленые, добавьте яркое пятно в свой туалет. Внесите немножко контраста в свое существование.
— Кира, вы говорите такие невообразимые и дикие вещи, что я даже не знаю, как реагировать. Вижу и чувствую, что вы не хотите меня обидеть, но все равно, это настолько…
— А вы попробуйте! — подмигнула я ей. — Можете считать, если хотите, что я странная чокнутая ведьма, но тем не менее попробуйте. А будете в Межгороде, навестите меня, сходим где-нибудь попить чаю. И, кстати, предлагаю перейти на «ты».
— Да… ладно… — Совершенно озадаченная Эарда пошла к матери, а я махнула Карелу, и мы отправились к воротам.
Нас почти сразу же догнал Ривалис, распрощавшийся со своими гостьями. Он без слов подхватил меня на руки, благодарно поцеловал в висок под неодобрительным взглядом Карела и уверенно понес в сторону лекарского корпуса.
— И что ты ей говорила? — спросил Рив, лишь когда мы дошли до лазарета.
— Да так. Девичьи секреты.
Как только мы оказались внутри, я сразу же с помощью Карела сняла драгоценность, дабы не вызывать лишних вопросов, вручила ее напарнику, велев спрятать в сумку и глаз с нее не спускать. А тут и целители подоспели. Лекари привычно просканировали характер повреждений. Магистр Литаниэль заглянула на минуту, увидела, что ее помощники уже занимаются нашими боевыми ранениями, и собралась было выйти, но вдруг притормозила и спросила:
— Откуда такие серьезные травмы в выходной день, адепты? Драка?
— Ну что вы, магистр Литаниэль! — оскорбилась я на такое подозрение. — Мы были на практическом занятии с нашим личным учителем.
— А-а-а, Аннушка, — качнула головой эльфийка. Легкость, с какой она произнесла прозвище темной феи, говорила о том, что оно прилипло намертво и стало настолько привычным, что даже преподаватели школы уже не замечают, как оно слетает у них с губ. — Значит, будем часто видеться.
Мы с Карелом переглянулись, а главный лекарь велела своим помощникам:
— Выдайте адептам два увеличенных пакета первой помощи и обезболивающие амулеты. Им точно пригодятся.
С моим лечением управились быстро. Занимавшаяся мной лекарь выразила интерес, кто совсем недавно уже помог мне, а когда я призналась, что знакомая эльфийка, тоже будущий целитель, сказала:
— Очень толковый специалист со временем выйдет. Знаний ей пока не хватает, но силы много, и она весьма старательно подошла к первой помощи. У вас, адептка, было внутреннее кровотечение.
Я мысленно присвистнула и решила, что Эарда мне точно не враг, и я ей чем могу — помогу в будущем.

А у выхода из лазарета нас поджидал Ривалис.
— Кирюша! — бросился он ко мне, когда я вышла на крыльцо. — Ты как? Прости, я был не в себе и не подумал, что тебе настолько плохо. Карел, а с гобой все в порядке?
— Нормально, — кивнул ему мой напарник, поправляя на плечах сумки, мою и свою. — Нас полностью починили.
Я рассмеялась от столь забавной характеристики, и тут невесть откуда на нас налетел запыхавшийся Изверг.
— Кира! Ты как?
— А… — хотела я ответить, но дерхан на меня уже не смотрел.
— Рив! — прошипел злющий как черт боевик. — Я бы очень попросил тебя держать свои руки и губы подальше от моей девушки. И не смей, слышишь, не смей признаваться ей в любви!
— Э-э… — озадачилась я, с недоумением глядя на парней. Хотела уже спросить, с чего вдруг столько агрессии, но тут узрела в сторонке улыбающуюся с самым довольным видом Иолу.
Ах вот оно что! Эта мымра, значит, видела, как Рив нес меня на руках, и слышала его слова о любви. Только вот этой дурочке невдомек, что та любовь, которая между мной и ушастиком, это вовсе не романтические чувства.
— Ивар, дыши глубже. Кира — моя невеста, ты ведь знаешь , — с лукавой усмешкой выделил Ривалис интонацией последнее слово. — Приехали гости из моего мира. Желали удостовериться в том, что мы с Кирюшей не расстались и наша свадьба по-прежнему маячит в перспективе.

Глава 11
О внезапности Ивара, посещении ювелира и резкой перемене статуса

Изверг на мгновение прикрыл глаза, пытаясь взять себя в руки. Затем резко выдохнул, посмотрел на эльфа и тихо сказал:
— Я помню. И все же настаиваю, чтобы ты не смел лезть к моей девушке с поцелуями и признаниями в любви.
Та самая «девушка» начала злиться, что ее обсуждают, словно предмет мебели, гневно подбоченилась, удерживая одной рукой пакет с предметами первой медицинской помощи, и уже открыла рот для отповеди, как…
Неожиданно для всех, а особенно для меня Ивар вдруг шагнул вперед, одной рукой нежно, но крепко обхватил меня за шею, легко дернул на себя, наклонился и поцеловал.
Стало тихо… Очень тихо. Очень-очень тихо. Я стояла с опущенными руками, даже не пытаясь отстраниться или, наоборот, ответить на поцелуй, несколько оглушенная и дезориентированная происходящим. А поцелуй все длился и длился…
— Ивар! — пронзительно вскрикнул кто-то женским голосом. Хотя почему кто-то? И ёжикам понятно, кто это там возмущенно верещит.
Но этот вопль послужил сигналом и для дерхана. С неохотой отстранившись, он заглянул мне в глаза и спросил:
— У тебя еще что-нибудь болит?
— Н-нет… — пробормотала опешившая я.
Не так я представляла наш первый поцелуй с Иваром. Почему-то думала, что это случится в приватной обстановке и как-то… романтично, что ли. А тут… напор, властность, страсть. Да и сам поцелуй больше напоминал утверждение своих прав на меня. И я никак не могла понять свое отношение к произошедшему, настолько меня это ошеломило.
— Мне рассказали, что видели вас с Карелом выпавшими из портала и вы выглядели сильно потрепанными. Я помчался тебя искать, а тут Иола. — Изверг скривил в досаде губы.
Рядом безмолвной статуей стоял Карел. Я взглянула на него, и что-то такое странное промелькнуло в глазах моего напарника. Не то досада, не то обида. Ну а он-то чего?
— Я… — кашлянув, попыталась я что-нибудь сказать.
— Идем! Тебе нужно привести себя в порядок. — Не дав ответить, Ивар подхватил меня на руки и, не обращая внимания на Карела и Ривалиса, легко сбежал по ступеням.
Я сидела — или как правильно говорят, когда тебя несут на руках? — прижимая к себе медицинский пакет, и не знала, как себя вести. Слишком все стремительно и странно. К тому же я в засохшей крови, лохматая, помятая и в порванной рубашке. Хоть не мокрая, и то хорошо. А меня несет на руках самый красивый парень школы, по которому сходят с ума толпы девчонок. И еще он меня только что поцеловал. И…
Мы поравнялись с застывшей соляным столбом Дексовой и ее подругой. Иола, словно рыба открывая и закрывая рот, вытянула в мою сторону указательный палец, тыкая и пытаясь найти слова, но получалось что-то вроде:
— Ивар! Но она… Ее же… Ривалис… Они ведь…
Изверг даже внимания не обратил на эти жалкие попытки указать ему, какая я распутная девица, а я… Ну, каюсь, не сдержалась. И, приподняв свободную руку, продемонстрировала Дексовой средний палец. Не уверена, что в ее мире этот жест означает то же самое, что и на Земле, но перекосило эльфийку знатно. А я мило улыбнулась и с трудом устояла, чтобы еще и язык ей не показать. Но это было бы совсем уж по-детски.

Ивар донес меня до женского корпуса, вошел внутрь и, не обращая никакого внимания на госпожу Каруду, взиравшую на него с неодобрением, и девушек, бродивших в холле и в коридоре, донес до моей комнаты. Ногой распахнул дверь, вошел и почти приказал Лолине:
— Лола, будь добра, погуляй несколько минут.
— Э-э-э… — обалдела моя соседка, взирая на встрепанную словно дикобраз меня и мрачного соплеменника. — Кира, ты в порядке?
— Да, Лол. Это мы с практикума у Аннушки, — пояснила я и сделала попытку спрыгнуть с рук удерживающего меня парня. Попытка была мгновенно пресечена более крепким прижатием к груди, так что я независимо поболтала в воздухе ногами и сказала: — Но мы с Карелом уже сходили в лазарет. Просто Ивар немного переволновался, вот и донес меня.
— Я так и поняла, — хмыкнула дерхана. Легко встала и вышла в коридор, тщательно прикрыв за собой дверь.
— Ивар, я уже здорова. Можешь меня отпустить, — обратилась я к боевику.
— Отпустить? — с непонятной интонацией произнес он и добавил: — Это вряд ли, Кирюш.
Огляделся, сел на кровать, все так же не отпуская меня, и удобно устроил на своих коленях.
— Очень больно было?
— Очень! — честно призналась я. — Мы в горах были, попали в грозу, и вместе с водяным потоком нас несло вниз по камням. Побились сильно.
У парня дернулись губы, он поднял одну руку и нежно погладил меня по щеке, заодно убирая с лица волосы.
— Те, кто вас видел, описали все в таких жутких красках, что… И у тебя подсохшая кровь на лице.
— Из носа шла… — вздохнула я и попыталась потереть над верхней губой, чтобы понять, насколько все ужасно. Представляю, какая я сейчас «красавица».
Но Ивар отвел мою руку в сторону и, не давая опомниться, снова поцеловал. И как-то так получилось, что я выронила из рук выданный в лазарете пакет и обняла парня за шею. Сейчас было иначе. Нежность, оглушающая просто. Губы Ивара — вовсе не сухие, не потрескавшиеся, а очень приятные и горячие, и… Что-то такое теплое рождалось в сердце.
Может, я и правда его девушка, только сама еще этого не поняла? А он тогда мой парень, что ли?
Странно все это.
А поцелуй… он был очень долгий и очень нежный, и в то же время страстный. А еще я совершенно не умею целоваться по-настоящему, ведь для меня это впервые. И, наверное, Ивару смешно, что ему досталась такая неумеха. Или не смешно? Сердце парня билось сильно, быстро…

— Слушайте, я уже почти час торчу в коридоре, — раздался вдруг голос Лолины. — Имейте совесть! Сколько можно целоваться?
— Лола… — мрачно произнес Ивар, оторвавшись от меня.
— Да, Лола! — ничуть не устыдилась она. — Вот отмоется Кира, переоденется — и целуйтесь потом сколько хотите, только где-нибудь в другом месте. У тебя, между прочим, отдельная комната, в отличие от нас, простых смертных. А я устала ходить в гости к соседям. Меня, знаете ли, не очень любят.
И тут я рассмеялась. Не знаю, стресс, что ли, так выход нашел. Но я весело хохотала, утирая выступившие слезы, глядя на сердитую Лолину, на раздосадованного Ивара, на… приоткрывшуюся дверь, в которую проскользнул Гаврюша.
— Ненормальная! — фыркнула моя соседка и тоже рассмеялась. — Иди в душ, чучело! А волосы я потом помогу тебе расчесать.
Изверг тоже издал тихий смешок, еще раз нежно и быстро поцеловал меня, пересадил на кровать и ушел, подхватив своего фамильяра.
— Да-а, — протянула Лола, когда стихли шаги. — Эк Ивара-то разобрало. Мне уже все сплетни донесли, пока я целый час гуляла. Его чуть удар не хватил, когда ребята, которые видели ваше прибытие, рассказали о том, в каком ты виде. А потом Дексова примчалась с криками, что ты развратная дрянь и обманываешь его, а сама целуешься с ушастым. Так что я не удивлена.
— А вот я изрядно, — фыркнула я.
— И зря. Он и так целый год вокруг тебя спирали наматывал, то приближаясь, то удаляясь и давая тебе время повзрослеть и заметить его. А тут, видать, испугался, что если ничего не предпримет, то уже и не придется предпринимать. Уведет тебя Ривалис. А не Рив, так Карел.
— Хоспидя! — дурашливо воскликнула я и всплеснула руками. — Карел-то тут при чем?! Он мой напарник. Ты бы еще магистра Закариуса упомянула.
— Вот преподаватель некромантии — точно нет. А Карел… Это ты знаешь, что вы напарники. А со стороны — он твой парень уже второй год, только без поцелуев и обнимашек.
— Дурында ты, Лола. Карел — это святое. Его не трожь.
— Ну, дурында не дурында, а завтра пойдем в город. Купим тебе амулет, предотвращающий нежелательные последствия взрослой жизни. Пригодится. Может, и не совсем уж скоро, но пусть будет. А то мало ли… — загадочно помахала она в воздухе рукой.
— А моя сумка у Карела осталась, — невпопад ответила я. — Впрочем, он ее потом сам занесет, а я пошла в душ.

Позднее, как только мы с Карелом пришли в себя, отмылись и поели, я и мой верный друг собрались к моему знакомому ювелиру, мастеру Дабуру. Хранить жутко дорогое украшение в общежитии было страшно, ведь сейфа у меня нет. Поэтому я вновь надела его на себя, натянула чистую рубашку с глухим воротом и застегнула ее на все пуговицы, еще и куртку накинула. Прихватила меч на всякий случай, и мы отправились в путь. Причем уходили, что называется, огородами, никого не предупредив. А то с Ивара станется, решит составить компанию, и что мне тогда говорить о происхождении этого невероятного украшения?
Добрались мы без приключений и очень удивили гнома своим внезапным визитом.
— Здравствуй, Кира, — улыбнулся мне гном. — Что-то случилось? Или решила наконец-то купить себе украшение?
— Не совсем, господин Дабур, — пожала я его крепкую руку. — Скорее, наоборот. Мы хотим кое-что продать и подумали, что, вероятно, вы сумеете нам помочь. Знакомьтесь, это мой близкий друг и напарник, Карел Вестов. Вы уже виделись, но я тогда не представила его вам.
— Вы меня заинтриговали, ребятки, — усмехнулся в бороду гном. — Пойдемте-ка в подсобную комнату, покажете, что там у вас.
Как только ювелир запер дверь, я сняла куртку, отдала ее Карелу и принялась расстегивать рубашку под обалдевшим взглядом гнома. Затем распахнула ее и стащила до пояса, оставив снизу заправленной в брюки.
— О-о-о, великие боги! Откуда?! Откуда у вас это… это…
От избытка чувств мастер даже говорить связно не мог, только тыкал в меня пальцем.
— Мы добыли это в одном из миров, — ответила я и медленно покрутилась вокруг себя, чтобы Дабур смог рассмотреть украшение со всех сторон. — Но сами понимаете, мне такая дорогая вещь не нужна, Карелу тем более. Так что хотели бы ее выгодно продать, а вырученные деньги поделить. Вот они нам позарез нужны! Сможете посодействовать? Разумеется, ваши комиссионные вычтете из того, что получите от покупателя. И да, мы хотели бы остаться неизвестными продавцами. Никто не должен знать, что это мы прежние владельцы данного сокровища.
— Даже не представляю, у кого найдется такая сумма денег, ребятки. Если только у королевы, — протянул мастер.
— Да, мы тоже так подумали. Это украшение для королевы или принцессы, а никак не для бедной студентки, — поддержала я его. — Так что, беретесь? Какую комиссию вы хотите за свою помощь?
— Берусь! Насчет остального не волнуйтесь. Никто о вас не узнает, раз вы этого не хотите.
Мы заключили магический договор, оговорив процент за услугу и то, куда потом положить наши деньги. Не в мешках же нам их тащить. Поэтому решили, что сумму, за вычетом комиссионных, ювелир разделит пополам и сам переведет со своего банковского счета на наши с Карелом.
— Кира, ты уверена? — спросил меня напарник, когда мы вышли из ювелирной лавки. — Это ведь ты нашла колье и зачаровала. Без тебя я никогда не смог бы вытащить ничего подобного. Деньги, в общем-то, причитаются только тебе.
— Ты совсем дурак? — невежливо отозвалась я. — Или очень богат?
— Нет, я вовсе не богат, — с сожалением покачал головой друг. — Я ведь младший сын. Титул есть, да и то — это титул учтивости. Обучение мне родители оплатили, но больше рассчитывать не на что.
— Ну а чего тогда глупые вопросы задаешь? Карел, прости, что напоминаю, но ты — мой напарник. Понимаешь? Моя пара! И все, что мы с тобой делаем, — это наше общее. Так понятнее?
— Ты очень странная, Кирюш, — улыбнулся парень и глянул на меня искоса. — Но ты — лучшая!
Я фыркнула, привычно приобняла его за талию, он в ответ обхватил меня за плечи, и мы побрели к школе по вечернему Межгороду.
Сразу по возвращении мы с ним направились в столовую, так как подошло время ужина. Наши однокурсники уже сидели за столом и, увидев нас, приветливо замахали руками.
— Вы где гуляли? Про вас тут такие сплетни ходят, мол, вы вернулись от Аннушки едва живые, — с любопытством спросил Мальдин.
— Да я же тебе говорил, что эти двое вообще на ногах не стояли! — вклинился Рив, глянув на своего соседа.
Мальдин, отмахнувшись от ушастика, переводил требовательный взгляд с меня на Карела и обратно.
— Мальчики, успокойтесь, — мелодично произнесла Тельтина. — Дайте ребятам взять еды, а потом все спросите.
Оставив куртки и сумки на стульях, мы направились за едой к раздатчику.
— Теперь нас все жалеть будут, — негромко хмыкнул Карел, забирая тарелку с огромной порцией картофельной запеканки с мясом.
Я собралась спросить, с чего это вдруг ему так много положили, как передо мной плюхнулась тарелка с не меньшим объемом. Удивленно подняв глаза, я увидела дородную тетку-раздатчицу, которая обычно на нас никакого внимания не обращала, просто молча всем выдавала одинаковые тарелки, и никаких добавок у нее выпросить было невозможно. Мол, все строго рассчитано, а вас, проглотов, слишком много.
— Ешьте, ребятишки, — заговорщицки сказала женщина. — Аннушка, она ж… любого укатает, а вам с ней ох как долго еще учиться придется. Набирайтесь сил.
— Спасибо, — озадаченно улыбнулась я.
— Благодарю, госпожа, — склонил голову Карел. — Вы к нам очень добры.
— Да чего уж… — смутилась раздатчица. — Что ж я, зверь какой? Да и помощь нам от напарницы твоей. Домового какого хозяйственного привела. Так что кушайте. Вот вам салатика, витамины, они завсегда полезны. Глядишь, еще и вырастете, коли хорошо питаться будете. А то вон какие маленькие да бледненькие оба.
Стараясь не рассмеяться, мы с другом тащили нагруженные подносы к столу. Меня дико подмывало пошутить на тему того, какие мы оба маленькие, но я не хотела ненароком обидеть Карела. Все же его невысокий для парня рост — это несколько болезненная для него тема.

Улыбаясь, мы вернулись к однокурсникам, поставили подносы на стол. Карел уже сел, а я замешкалась.
— О, наши идут! — просияла Тина и помахала рукой.
Лола тоже просветлела лицом и нежно улыбнулась, а я… стеснялась оглянуться. Вдруг накатило смущение, и… Мы ведь с Извергом целовались, и в тот момент это казалось правильным и нормальным. А потом мы с Карелом прогулялись к городу, я немного оправилась от шока, прогнала из головы все лишние мысли, сосредоточившись на деле. Сейчас же… он подойдет, и что я должна ему сказать? Или сделать? Надо ли вести себя так, как Лолина и Тельтина со своими парнями? И вообще, мы с Иваром уже встречаемся или еще нет? Я как-то так и не поняла.
— Кира. — Меня со спины обняли крепкие руки и мягко, но настойчиво развернули.
Лицо опалило жаром, и я уставилась на рубашку Ивара, не решаясь поднять глаза.
— Где вы с Карелом опять ходили? Я уже соскучился, — произнес он, наклонился и поцеловал.
На виду у всей столовой, а народу там во время ужина о-го-го сколько. Это на завтраки и обеды не все успевали. Кто-то проспал и на ходу что-то сжевал в своей комнате, кто-то с пар не успел добежать, и обеденное время закончилось. А вот вечером столовая была забита. И вот на глазах практически у всей школы Ивар меня обнял и поцеловал. По-настоящему, как днем наедине. Не позволяя отстраниться, крепко прижимая к себе, не обращая внимания на мое небольшое сопротивление, давая всем понять, что я принадлежу ему.
Раздалось несколько ахов, кто-то вскрикнул, у кого-то упала посуда…
Ой, мамочки! Меня же теперь порвут на сотню маленьких Кирюш все эти озабоченные девицы, бегающие за Иваром хвостом. Пока мы просто общались на переменах, все отчего-то были в курсе, что он за мной ухаживает, а я не сдаюсь. И только Иола меня допекала, больше никто. Вероятно, все надеялись, что это просто временная блажь у их мечты, но ведьма не примет Ивара, и он так и останется свободным объектом их грез. И вдруг такое…
Мысли в панике мельтешили в голове, а я сама почему-то взяла и обняла Ивара за шею. Но это не я, это руки, они сами. Честно-пречестно! Так вот я, ужасаясь своим действиям, обняла его, расслабилась, позволяя ему прижать меня к себе еще сильнее, и ответила на поцелуй.
Да, шок — это по-нашему.
Когда поцелуй закончился, я украдкой выглянула из-за парня. Мама! На нас смотрели все присутствующие в столовой. Все! Абсолютно все! И молчали. Смотрели и молчали. И это было страшно. Я глянула вверх и увидела, что Ивар обводит внимательным взглядом отчего-то не девушек, а парней. Совершенно разных парней с разных факультетов и курсов. И что-то было такое в его взгляде, от чего те отводили глаза и больше в мою сторону не смотрели. Ха! Так это меня сейчас «застолбили» перед всей ВШБ? Мол, руки прочь от моей девушки?
— Кира, садись ужинать, — нарушил напряженную ситуацию густой бас Карела. — Ты ведь проголодалась. К тому же все остывает.
Учитывая голос моего напарника, услышали его если не все, то многие, и столовая отмерла и задвигалась. А я… села ужинать под взглядами всей нашей компании. И я была благодарна друзьям, что они не стали шутить и прикалываться. Особенно Юргис. Неугомонный Рыжик мог ведь ляпнуть что-нибудь эдакое, но он молчал. Смотрел на меня внимательно, будто не веря своим глазам, но не произносил ни слова. И Ривалис не проронил ни звука, хотя я видела, что его распирает. И все остальные тоже ничего не говорили, делая вид, что они ужинают, и ничего такого экстраординарного не произошло. Странная реакция, если честно.
Да уж. Столько событий за один день, что просто караул. Сокровища, дракон, переломы, знакомство с Эардой, продажа уворованного у нереальной рептилии колье. Но главное, вдруг изменился мой статус. Из свободной магички и по совместительству ведьмы со вздорным взбалмошным характером я вдруг превратилась в девушку Ивара Стенси.
— Зачем? — тихонько спросила я его, слегка толкнув локтем.
— Чтобы все знали, что ты моя девушка, — подтвердил мои подозрения Изверг. — Кира, я ждал целый год, пока ты меня заметишь. Ждал бы и дольше, если бы понадобилось. Но сейчас я хочу, чтобы все знали, что ты моя, а я твой. Это поможет избежать недоразумений.
— Сомневаюсь, — буркнула я, украдкой поглядывая в сторону женской части адептов. Что-то мне подсказывало, что проблемы как раз таки скоро появятся, причем исключительно у меня.
А потом посмотрела на наших ребят. Мальдин и Гастон спокойно ели, Эварт и Юргис шушукались с Лолой и Тиной, им явно было не до меня. Ривалис… вот взгляд моего зайчика был задумчивым и совсем не веселым, как обычно. Потом я глянула на своего напарника. Карел тоже был погружен в свои мысли, он возил вилкой по тарелке, забывая отправить в рот наколотый кусочек. Почувствовав мой взгляд, он поднял глаза и долго, внимательно смотрел на меня. Потом с натугой улыбнулся, подмигнул и уже активнее принялся доедать остывающий ужин.
Да что такое вообще? Что происходит?

Глава 12
О попытках осознать свой новый статус, учебе, нелегких практикумах и разговорах с Аннушкой

Покончив с трапезой, мы дружной компанией поднялись и направились к выходу. Я шла предпоследней, на секунду замерев на пороге, оглянулась и увидела, что меня буравят взглядами. Женскими! Ненавидящими, обещающими мне «райскую» жизнь… Я даже вздрогнула от перспектив.
— Погуляем? — спросил Ивар, обняв меня за плечи.
— Прости, но нет, — покачала я головой, отворачиваясь от школяров и выходя из столовой. — Я безумно устала. Мы были в нереальности, там время по-иному течет. Оттуда уходили уже вечером в темноте, а сюда попали в разгар дня. Так что я совершенно без сил. А еще нужно сейчас к ректору кое-что отнести.
— Ладно, — легко согласился дерхан. — Тогда завтра.
— А завтра… — последовал мой тяжелый вздох, — у меня домашние задания не сделаны, а еще клиента навестить нужно. Я обещала.
Спорить со мной парень не стал, повел в сторону женского корпуса.
— А Гаврюша где? — спросила я, чтобы нарушить молчание.
— Спит. Я ему вкусностей накупил, он объелся и идти в столовую отказался, — пояснил Изверг.

В комнату за мной пошла и Лола, пообещав Юргису, что она только на несколько минут и сразу выйдет.
— Ну? — сурово вопросила меня любимая соседка, когда дверь закрылась.
— Чего? — спросила я, сев на кровать и вываливая из сумки кучу бумажек — все, что осталось от зачарованных в пещере дракона цепочек.
— Ты любишь Ивара? — сдвинув брови, спросила она.
— Н-ну… Он мне нравится, скажем так, — нашла я компромиссный ответ.
— И все? — возмутилась Лола.
Я недовольно дернула плечом и ничего не ответила. Ну что она от меня хочет? Я вообще в шоке от сегодняшнего дня и от действий Изверга.
— Ты же целовалась с ним!
— А вот целоваться мне очень понравилось, — мечтательно улыбнулась я и покраснела.
— А Ривалис? — продолжала она допрос.
— А что — Ривалис? Он мой друг.
— Ну да, ну да. А Карел?
— А вот Карела не впутывай. Карел — больше чем друг. И это не обсуждается.
— То есть его ты любишь?
— Лол, что ты ко мне привязалась?! — вспылила я. — Карел — моя пара! Я тебе миллион раз об этом говорила! И да, его я люблю. Он мой напарник, друг и самый близкий человек. Но с ним я же не целуюсь!
— Вот интересно, все ведьмы такие или ты одна такая непроходимая наивная дура? — задала риторический вопрос Лолина и увернулась от полетевшей в нее пустой сумки.
— Отцепись!
— Не отцеплюсь! С Иваром будешь встречаться?
— Буду, — после небольшой заминки отозвалась я. А потом неожиданно для себя спрятала голову под подушкой и затаилась.
— Ну и то хорошо, — смягчилась Лола и присела рядом со мной на кровать. — Ивар очень тебя любит. Не обижай его.
Приподняв край подушки, я выглянула и вопросительно уставилась на подругу.
— Дурёха ты, Кирюш. Неужели не замечаешь, какими голодными глазами он на тебя смотрит? А хотя да, он же так смотрит, когда ты не видишь. В общем, имей в виду — обидишь Ивара: я сама лично тебе голову откручу.
— А если Изверг меня обидит? — рассмеялась я, выбираясь из-под своего пухового укрытия.
— А вот тогда я откручу голову ему, — прыснула от смеха Лолина. — Ладно, я побежала. Меня Юргис заждался. Ты отдыхать?
— Сейчас к ректору забегу, а потом сразу спать. Устала так, что сил нет.
Все цепочки и монеты, которые мы с Карелом столь старательно зачаровывали по указанию магистра Кариборо, испарились. Ничего не уцелело. Посему мы смогли предъявить магистру Новарду лишь записки с указанием сочетаний заклинаний, которые не сработали. Посмотрел маг на эту кипу бумажек, философски пожал плечами и сказал, что придется нам тренироваться дальше. Я даже содрогнулась от перспективы снова переноситься куда-то с Аннушкой для этих самых «тренировок». Уж больно у нее нетрадиционный подход к тому, что необходимо ее личным ученикам. Утешало только то, что она никогда не врала. Сказала «выживут» — значит, выживем. В конце концов, наложила же она на нас заклинание точечного портала на случай смертельной опасности.
Позднее друзья спрашивали нас с Карелом, как прошел первый практикум у Аннушки, но мы решили никаких подробностей не рассказывать. Были в горах, попали под ливень… А про дракона знать всем ни к чему. Да и о том, что мы у него стащили.

Так и потекли наши учебные будни. На втором курсе добавились новые предметы, требующие того, чтобы мы их познали. На начертательной магии мы ползали по полу с мелом, вычерчивая безумно сложные пентаграммы для… для всякого. Примитивные мы научились создавать еще в прошлом году. Но для того чтобы, например, вызвать демона или сущность, в пентаграмме нужны не только линии, а огромное количество «рунических иероглифов», как я их называла, выписанных строго в нужных местах. Да и многие другие заклятия требовали четко вычерченных рисунков и схем.
Овладевали мы и стихией огня в значительно большем объеме. Преподавал нам ее джинн, которого я случайно вызвала в прошлом году на уроке спиритизма. Хаким оказался учителем от бога! Студенты его обожали, настолько он интересно все рассказывал и показывал. На его уроках не было отстающих, так как даже самым глупым и ленивым он умудрялся разжевать материал так, что те, хлопнув себя по лбу, восклицали: «Так это же просто!» И создавали именно то, что требовалось. К тому же наш новый преподаватель имел поистине стальные нервы и ангельское терпение. Его невозможно было вывести из себя. Он мог скрупулезно объяснять материал столько времени, сколько нужно, не нервничая, не повышая голоса и продолжая быть непробиваемо спокойным и дружелюбным. Вероятно, он познал дзэн в высшей форме за те три тысячелетия, что провел в заточении в кувшине. Лично я некоторых из школяров уже прибила бы за тупость, а он ничего — повторял, и повторял, и повторял, пока до них не доходило.
Мне на его уроках поначалу было трудно, так как после летней практики и дара русалок по овладению стихией воды с огнем управляться было сложно. Я путалась, сбивалась и вместо огненного заклинания могла вызвать дождь или еще что похуже. Но ничего, благодаря терпению и мудрости джинна я стала получать пятерки по стихии огня, так же как и по всем прочим предметам.
Хаким уже полностью обжился и освоился в школе и в Межреальности, которую он за летние месяцы успел осмотреть. Мы с ним как-то имели беседу: я интересовалась, не пожалел ли он о том, что попал в мои загребущие ручки, а потом сюда, в ВШБ. Джинн лукаво улыбнулся, потрепал меня по голове и сказал, что он впервые за многие столетия счастлив и чувствует себя на своем месте. Кстати, в плане одежды он остался верен себе. Нет, климат диктовал свои условия, так же как и новая должность. Но сохранились неизменными широкие шаровары, кушак на талии и туфли с загнутыми вверх мысами. Только парчовая жилетка теперь надевалась на шелковую тунику, а не на голое тело. А когда похолодало, Хаким стал надевать толстые стеганые восточные халаты из дорогих парчовых тканей, а на ноги — сапоги с кисточкой на голенище и острыми, задранными вверх мысами. Халаты эти мне очень нравились. Каюсь, я даже подумывала о том, чтобы подбить Карела навестить какую-нибудь восточную нереальность и притащить себе парочку «гаремных» одежек и вот такой чудесный стеганый халат. Красотища же!

Появились у нас на втором курсе и новые сугубо теоретические предметы: психология рас, теория бытовых обычаев различных обществ, языки. Так, кроме рунного алфавита в этом году мы учили древний язык эльфов, который уже давно вышел из употребления и сохранился лишь в некоторых нереальностях да в старинных книгах. Даже Ривалис и Тельтина, которые вообще-то эльфы, выли, заучивая склонения и времена древнего языка своего народа. Вместо спиритизма у нас теперь было предвиденье, которое вела та же преподавательница. Впрочем, уроки предвиденья мало чем отличались от прошлогодних: парни традиционно дремали на подушках, магистр Сесилия Фелир абсолютно индифферентно к этому относилась, понимая, что такая дисциплина дается не всем, так же как и гадание, и вызов духов. Тут нужно иметь особые способности. А если их нет, то ничего и не получится. Максимум интуиция разовьется. У нас и не получалось ни у кого, кроме одной девчонки с ЖРФ, Ангелики Торн. Вот она и стала любимой ученицей магистра Фелир. А мы… ну, что могли мы, конечно, делали. Но предвидеть что-либо по-настоящему не получалось ни у одного адепта из нашей группы, кроме Ангелики.
Магистр Ксенофондир Дорингор в этом году дал нам доступ к новым гримуарам. Эти книги были еще похлеще тех, что мы изучали на первом курсе. Некоторые обладали зачатками интеллекта; другие были магическими, в том смысле, что прочесть их могли только маги; третьи были не просто разумными, но и могли общаться. Так, читаешь себе спокойно текст, отвлечешься или задумаешься, и вдруг посреди страницы могла возникнуть надпись огромными буквами: «А ну смотри сюда, бестолочь! Читай и запоминай!» А если ей в сердцах ответишь, то книга могла захлопнуться — тут главное было успеть отдернуть пальцы — и потом ее не открыть никакими силами. Она просто отказывалась сотрудничать.
Обучали нас и построению более сложных книжных порталов. Если в прошлом году нам их программировали преподаватели, с тем чтобы книгоходцы вываливались максимально близко к большому скоплению книг, то сейчас нас учили самих наколдовывать эти «программы». Предполагалось, что по окончании второго курса мы сможем выходить из книжных порталов не возле библиотек, а там, где нам нужно. В выбранном мире, разумеется, и пока только в нереальном. Привязка к реальностям, особенно к техническим, являлась гораздо более сложной и должна была учитывать слишком много факторов. Так что эту науку книгоходцы постигали лишь к окончанию школы, а до того продолжали выходить у библиотек.
Жирафам давались сугубо «женские» предметы. На стилистике изучали костюмы разных реальностей и нереальностей, прически, макияж, украшения. И танцы… Вот это был сущий кошмар для меня. Все эти странные «средневековые» танцы с кучей па, поклонов, приседаний, невероятным количеством фигур, сменой партнеров, когда медленно движешься по залу… Даже местный вальс, и тот состоял из кучи фигур, а не просто «раз-два-три, раз-два-три». Я откровенно ненавидела данный предмет и посещала только из необходимости. Лучше уж очередного зомби упокоить, ей-богу!
Никуда не делись и прошлогодние бестиология, фейриведенье, некромантия, боевая магия, верховая езда, фехтование и физическая подготовка. Но это был привычный ужас, так что его воспринимали как само собой разумеющееся.
Я делала успехи в общении со стихией воды. Учила все новые и новые заклинания, которые мне давались легко, и мечтала, когда же дойду до формулы вызова элементалей. Я теперь могла…

Ну и занятия с Аннушкой. Вот это словами не передать… Темная фея измывалась надо мной и Карелом с особым извращением. Нет, лекции были нормальными. По пятницам мы дисциплинированно записывали теорию в теплой уютной аудитории, а вот раз в неделю (или в субботу, или в воскресенье — тут уж как левая нога феи решит) магистр вышвыривала нас на практические занятия.
Пещеру дракона мы знали уже как родную. Все облазили, изучили и, каюсь, немало стащили. Ну а что делать? Нам ведь деньги нужны. Я из-за этих практических занятий не имела возможности работать с клиентами в том объеме, как в прошлом году, а Карел не мог пока пойти на службу в Патруль, следовательно, у него дополнительного дохода вообще не было. Кроме того, я беспокоилась о будущем, ведь оно совсем неясно. Раньше я думала, что отработаю стоимость учебы и вернусь домой. Но теперь маячила перспектива стать хозяйкой одного из дракончиков, а я видела в «кино» на Хрустальном озере, какого размера они могут вырасти. И прокормить такое немаленькое существо — это, я вам скажу, не лемуру морковку купить. Его ведь нужно будет содержать, кормить, поить, лечить (не дай бог, но мало ли) и где-то поселить. Бросить его, пока не вырастет, — не вариант. Значит, мне понадобится как минимум собственный домик за городом. И где взять на все это денег бедной ведьмочке, пусть даже она и маг?
Так что, зачаровав энное количество монет (а мы перешли исключительно на них, чтобы не изводить добро, которое исчезнет при возвращении в Межреальность), я отыскивала что-нибудь максимально дорогостоящее, и мы на пару зачаровывали добычу по отработанной схеме. Оружие сплавляли на продажу мастеру Офуромалтадиону, драгоценности — мастеру Дабуру. Оба гнома уже неплохо заработали на комиссионных, но и мы не жаловались: свою выгоду торговцы отрабатывали и обдирали покупателей по максимуму. Так, например, то самое бриллиантово-сапфировое колье, что я умыкнула из сокровищницы дракона самым первым, уехало в южный край одной из соседних реальностей. Досталось оно любимой жене шаха с именем, состоящим из пятнадцати слогов. Повторить я его не смогу даже под угрозой смерти.
Аннушка о наших выходках знала, так как замечала «утащенное», но игнорировала их. Фею не волновало, что мы там уволокли у книжного крылатого зубастого персонажа, ей было важно, чтобы мы знали предмет и выяснили, какое из сочетаний заклятий дает возможность перенести предметы из нереальностей. То, что накладывали мы, было слишком громоздко, она хотела найти более легкую схему. Мы искали…
А уж про то, как проходили наши практикумы… Да, собственно, почти так же, как самый первый. Сначала магистр заставляла нас тренироваться до седьмого пота где-нибудь на свежем воздухе, пока мы чуть ли не начинали валиться от упадка сил. Потом зашвыривала в пещеру и исчезала, дав наказ хотя бы сегодня попытаться пообщаться с драконом. Нам ведь нужно развивать дар…
К ночи возвращался хозяин сокровищницы, мы честно пытались мысленно докричаться до него и сообщить, что хотим поговорить. Ну или хотя бы просто приказать ему не есть нас. Мы даже драпали не сразу, как он атаковал, поскольку еще неизвестно, что хуже: нереальная рептилия или сердитая темная фея, недовольная очередной нашей неудачей. Дракон-то что максимум попытается убить, но мы твердо верили: в самую последнюю секунду нас перекинет точечным порталом к магистру Кариборо и мы непременно выживем. А вот сама магистр… Все неудачи приходилось потом отрабатывать. Поэтому мы старались. Честное слово, старались достучаться до зубастой зверюги.
Вся беда заключалась в том, что эта тупая чешуйчатая скотина не желала идти на контакт. Впрочем, я его понимаю. Если бы со мной попытались подружиться те, кто регулярно грабил мое жилище, я бы тоже не стала с ними разговаривать, а накостыляла в меру сил и возможностей. У огромной огнедышащей твари такие возможности были, что она нам неустанно демонстрировала. Возвращались мы в школу изрядно побитые, порой подкопченные, если не успевали накинуть щиты или же те не выдерживали, и почти всегда в рваной одежде. Пришлось даже купить запас рубашек и брюк, так как они погибали первыми. Зачарованные сапоги, купленные мной в прошлом году, вели себя хорошо, и мне порой казалось, что даже если дракон меня сожжет, то мой пепел ссыплется в целые и непострадавшие сапожки. Кожаная куртка, над которой тоже поработали с магией, вела себя вполне достойно, дырки на ней отсутствовали, хотя по одежде было видно, что у ее хозяйки весьма непростая жизнь.
Учитывая специфику нашего общения с драконом, мы теперь отправлялись к нему в гости с запасом зелья ночного виденья, обезболивающими амулетами, бинтами и мазями. Кроме того, щиты мы теперь освоили более высокого порядка, чем нас обучали на занятиях по боевой магии. Пришлось взять несколько уроков у Изверга, Юргиса и Эварта. А что делать? Жить захочешь — и не так раскорячишься. А уж как быстро мы научились бегать по горам и активировать левитацию… О-о-о! Аннушка устроила нам такую школу жизни, что порой хотелось убиться об стену.

Мы попытались роптать, куда же без этого. Но темная фея посмотрела на нас своими зелеными глазищами, ласково улыбнулась и произнесла:
— Адепты, я ведь, кажется, с самого начала предупредила, что сделаю из вас величайших магов. Вы будете у меня книгоходцами особого назначения. Говорящими с драконами, способными выносить предметы из нереальностей. Учитывая вышесказанное, вы полагаете, что я стану делать вам какие-либо поблажки? Серьезно?
— Но… — попыталась я что-то сказать.
— Золотова, а вы бы вообще помолчали. Вам предстоит еще и ведьминские способности развивать. Так что чем быстрее вы научитесь общаться с теми, с кем вы, собственно, должны говорить, тем лучше для вас.
Карел с веселым сочувствием на меня глянул, что было замечено преподавательницей.
— Вестов, я что-то не поняла, а вы чему радуетесь? Вы ее напарник.
— Э… — озадачился Карел. — Но я же не должен это с ней учить. Я-то не ведьма.
— Этого еще не хватало, — усмехнулась Аннушка. — Нет, адепт Вестов. Вы — не ведьма. Но вас выбрала ведьма. Так будьте этого достойны!
Карел обиженно поджал губы и насупился, а фея добила:
— Вестов, больше уверенности в себе. В конце-то концов! У вас твердый характер, светлая голова, вы обладаете спокойствием и трезвомыслием, коих Золотовой недостает. Так проявите их! Забудьте уже все, что вам внушали в детстве! Вас избрала в качестве единственного партнера сильная светлая ведьма, которая чувствует сердцем и душой, что правильно, к тому же она не менее сильный маг. Для нее были доступны все адепты ВШБ, но она выбрала вас, даже сама не понимая почему. Вы хотя бы примерно осознаете, какая ответственность на вас лежит? Она в вашей команде — движущая сила, чистая энергия, если хотите. Но вы — ее опора и поддержка, твердыня и цитадель, а если нужно — тормоз.
— Вот тормоз ей точно иногда не помешал бы, — пробормотал себе под нос Карел, но мы услышали.
Я тут же мстительно пнула его, а смех магистра Кариборо прозвенел серебряным колокольчиком. Но преподавательница тут же посерьезнела и поставила точку в разговоре:
— Адепты, пока вы не договоритесь с драконом хотя бы немного, я не прекращу эти тренировки. И будьте любезны, сделайте сие побыстрее. Вам ведь еще нужно будет общаться с настоящими реальными драконами.
Ы-ы-ы!
Она собирается бросить нас в пасть настоящим драконам!
Больше мы не пытались бороться с несправедливостью. И каждый наш практикум заканчивался примерно одинаково.

Учитывая специфику наших вылазок, я заставила Карела купить себе два накопителя огромной мощности вместо его простых и себе приобрела аналогичные. Стоили они о-хо-хонюшки сколько, и раньше на подобные артефакты у нас денег не было. Но тут цель оправдывала средства. Так как мой резерв после общения с морем в Лериграссе стал в два раза больше, чем у напарника, я заливала его накопители силой под завязку. И он тратил их на зачаровывание изъятых у дракона предметов, которые мы потом продавали.
Однажды у нас с Карелом произошел занятный диалог.
— Кир, слушай, а мы ведь с тобой воруем у дракона. Вот уж не думал, что я, потомственный аристократ в боги знают каком поколении, опущусь до воровства, — произнес напарник.
— Мы не воруем, а грабим, — флегматично отозвалась я, отвлекаясь от накладывания чар на очередную драгоценность, которую собиралась умыкнуть из сокровищницы. Сегодня это была тиара с жемчугом, бриллиантами и рубинами.
— В чем разница?
— Воровство — это когда по-тихому и никто не видел. А жертва потом страдает, и ей нанесен ущерб. А мы нагло и беспринципно грабим дракона, и он в курсе, кто это делает, только поймать не может.
— Ну, допустим, хотя твоя аргументация звучит бредово, — кивнул напарник, принимая объяснения. — Так я к чему… Тебя угрызения совести не мучают?
— Не-а, — хмыкнула я. — Я граблю награбленное. Считай, восстанавливаю справедливость. У дракона все это пылится в пещере, причем в безобразном виде, сваленное как попало. Смотри, вот тут даже помялось немного, — показала я другу тиару. — А могло бы приносить пользу людям. Вот того мастера, который делает оружие в замке Тьмы, я никогда не стала бы обворовывать. Он трудился, работал… А дракон все это сам у кого-то стащил и от того, что у него часть добычи изъяли, не страдает, а просто бесится от злости. Но я очень надеюсь, что мне никогда в жизни не придется воровать по-настоящему у реальных разумных существ.
— Знаешь, у тебя очень странная, я бы сказал — невообразимая логика. Вот сколько с тобой уже дружим, но иногда я тебя совершенно не понимаю.

Глава 13
О загадочной логике, открытой конфронтации со студентками и о том, как нужно пугать врагов

Я хихикнула и решила кое-что ему пояснить:
— Знаешь, дорогой мой напарник, в моем мире тоже существуют разные расы. Правда, все это не разные, гм, разумные виды жизни, а разные расы людей, схожие между собой генетически, но отличающиеся обликом и цветом кожи. Но кроме этого, в рамках этих видов-рас есть еще национальности со своими собственными этническими чертами и особенностями менталитета.
— И?
— Так вот, я родом из страны, которая называется Россия. У нас множество недостатков, например, мы в большинстве своем ужасные разгильдяи, но и огромное количество достоинств. Гениальнейшие ученые, исследователи, программисты — что это такое ты не знаешь, не спрашивай, — полководцы, писатели, художники и поэты… Это выходцы с моей родины. Что-то нас самих в себе дико бесит, чем-то мы заслуженно гордимся. Есть особенности характера и менталитета, которыми обладает только мой народ. Но я не к этому. Когда-то давно один наш поэт написал вот такое короткое четверостишье: «Умом Россию не понять…» — И я прочитала стих.
— То есть при том, что ты человек, ты еще и… Как жители твоей страны называются?
— Русские, россияне. Так вот, не стоит пытаться понять меня с точки зрения банальной логики. Я сама порой не знаю, что сделаю в той или иной ситуации. Такой уж у нас, россиян, характер, — хихикнув, развела я руками. — Ну да, звучит дико, согласна. А что поделаешь?
— А что еще свойственно твоему народу, кроме отсутствия логики? — улыбнулся напарник. Уж он-то как никто другой знал мои закидоны и смирился с ними.
— О! Ну, многое. Сложно сказать. Вот если, не дай бог, что-то случится и придется решать какую-то проблему, тогда и увидишь. Только ты не понял, логика у нас есть, просто она… ну вот такая логика! — Я с улыбкой развела руками, глядя на покачивающего головой друга.
— И все же? Хоть парочку примеров, — попросил он, посмеиваясь над моими словами.
— Н-ну… — задумалась я. — Мы никогда не бросаем своих. Под пули, в смысле, под стрелы, если брать местные реалии, полезем, но сделаем все, чтобы вытащить тех, кого считаем своими. Нам свойственны гостеприимство, душевная щедрость и сострадание. Еще у нас есть поговорка: «Кто к нам с мечом придет, тот от меча и погибнет». И поверь, это действительно так, история доказала. Это из положительного. Из отрицательного… беспечность, лень, надежда на «авось». Если гуляем, то так, что «гори все огнем». Мотовство опять-таки. А еще мы долго терпим, но если уж взрываемся, то все, спасайся кто может, пощады не будет. Про нас даже есть поговорка: «Русский терпелив до зачина». В общем, мы очень своеобразные.

И я расхохоталась от того, что наговорила. Картинка получалась так себе… Напарник посмотрел на веселящуюся меня и присоединился.

Так или иначе, но Карел смирился. Наши счета в банке начали приятно округляться, мы стали почетными клиентами. Но оплачивать учебу вперед за все годы я не спешила. Магистр Новард ведь оговорился, что если я натащу им оружия из лунного серебра, то вопрос с оплатой для меня больше стоять не будет. Так что денежки мы копили. Мало ли как жизнь повернется… Впрочем, своих клиентов я не забывала и по возможности изыскивала время, навещая мастерские и лавки и зачаровывая их. Никому не нужно знать, что у меня есть иной источник доходов.
А вот в личной жизни все было… практически никак. С моим безумным графиком, дополнительными предметами и лекциями, работой и изматывающими занятиями с Аннушкой мне было не до любви. Я мучилась от того, какая я неправильная, обнадежила Ивара, а сама… Но ничего изменить не могла. У меня просто не оставалось на него сил, ни моральных, ни физических. Порой я чувствовала свою ущербность от того, что мне нужно грезить о свиданиях, поцелуях и обнимашках, а я мечтаю лишь о том, чтобы упасть и отдохнуть. Но надо сказать, парень видел мое состояние полного «нестояния» и не форсировал события, за что я была ему благодарна. Мне было комфортно с ним, он не напрягал меня излишними эмоциональностью и напором. Просто… был рядом.
В основном наше общение сводилось к коротким встречам на переменах между лекциями и совместным посиделкам в школьной столовой. Утром это было на бегу (ради завтрака не все желали жертвовать ценными минутами сна), а вот обед и ужин являлись полноценными трапезами, когда вся наша компания собиралась за одним столиком, и Ивар садился рядом со мной. Еще он провожал и встречал меня в те дни, когда я все же ходила к клиентам. Мы разговаривали, шагая, взявшись за руки, но полноценными свиданиями это назвать было нельзя. Нет, мы, конечно же, целовались. Много, с удовольствием, каждую минуту, когда появлялась возможность. Но таковых возможностей у нас было немного.
С одной стороны, я уже воспринимала Изверга своим бойфрендом, а себя — его девушкой. С другой — понимала, что до тех отношений, какие у Лолины с Юргисом и Тельтины с Эвартом, нам еще как до Китая ползком. Иногда, сидя у Ивара на коленях и перебирая его густые черные волосы, думала о том, что я — ненормальная. Мне пока не хотелось чего-то большего. То ли я и правда так медленно взрослела, хотя в этом году мне исполнится уже девятнадцать лет, то ли со мной в принципе что-то не то… Но меня устраивало все в таком виде, как сейчас. Для души, общения, занятий и тренировок у меня был Карел. С ним мне было весело, интересно, нам всегда находилось о чем поговорить и помолчать. И мы становились все ближе и ближе, хотя куда уж еще, и так знали друг друга как облупленных. Но сказывались совместные практикумы и слияние разумами и эмоциями на выездах с Аннушкой. Для шуток, смеха и «подурачиться» — Ривалис. Для поцелуев и объятий — Ивар. Для девичьих посиделок — Лола и Тина. А все остальные ребята — для компании. И я не хотела ничего менять.
Нравился ли мне Ивар? Да! Очень нравился, я таяла в его руках, млела от его губ. Но когда Лола в очередной раз спросила, люблю ли я его уже, — я не смогла ответить «да». Но я была влюблена, и мне нравилось это легкое чувство, дающее эйфорию.

Впрочем, это я знала, как у нас с Иваром. Для всей школы мы были парой после того памятного поцелуя в столовой. И получала я от студенток ВШБ именно как его девушка, перебежавшая им всем дорогу. Случайно опрокинутый на меня стакан с компотом, тычок в плечо при переходе из одной аудитории в другую, подкинутое на порог комнаты письмо, явно написанное левой рукой и обещающее мне мучительную смерть в ближайшую неделю. Ну и прочее. Как обычно девушки мстят?
И все бы ничего, но дней через десять травли я разозлилась. Сильно разозлилась. Очень-очень сильно разозлилась. И тогда очередной стакан чая в столовой, упавший на меня с подноса проходившей мимо девицы, взлетел вверх и огрел эту нахалку по голове, а чай моментально испарился с моего платья, оставив после себя лишь темное пятно, разбавился водой, конденсированной из воздуха, и вылился за шиворот глупой девчонке. Как же она верещала, прямо бальзам на сердце!
С того раза все, кто пытался меня толкнуть, отлетали, наткнувшись на мой усовершенствованный щит. Я три ночи не спала, вместе с Карелом разрабатывая защиту «с последствиями». Так вот, тот, кто пихал меня специально, получал ощутимый разряд тока и отлетал в сторону. Не знаю, как мы это сделали. Какой-то мутированный щит получился, но действовал он отменно! Даже наши все оценили и попросили их научить. Если же кто-то, проходя мимо, выбивал у меня из рук сумку или тетради, то под его ногами тут же возникал гололед. Падений было много…
Авторше того письма, которую мне помог вычислить по остаткам ауры и запаху Эварт, я отправила ответное послание. Только не материальное, а иллюзорное. Прямо перед неосторожной девицей, посмевшей угрожать ведьме, возник черный квадрат, на нем проступил багряный пылающий череп, клацающий зубами и издающий демонический смех. А потом этот череп сообщил, что получательница сего письма скончается сегодня в полночь. И, мол, нужно бы заранее помыться, обуться в белые тапочки и приготовиться. Он за ней придет…
Ох и визга было! Мы с друзьями в это время прятались за углом, подглядывая. А в полночь Лолина с невинным видом пошла к нужной комнате и постучалась. Боже! Как же там внутри орали… Дерхана аж присела от звуковой волны, а мы едва не рыдали от смеха, прячась в нашей с Лолой комнате. Парни ради этого даже прокрались к нам и спрятались в ожидании.
Лолина рывком распахнула дверь в комнату получательницы моего ответного послания и возмутилась:
— Вы спятили?! Напугали до смерти своими воплями.
— Л-л-о-ола? — заикаясь, спросил ее дрожащий девичий голос.
— А вы кого ждали? У вас сахар есть? А то я чая хотела попить, а сахар закончился. Все спят, а у вас свет из-под двери выбивается, ну я к вам и постучалась.
Больше я писем не получала…

С Иолой Дексовой все было немного иначе. У нас велась своего рода позиционная война. Прямых активных действий она не предпринимала, только подзуживала и науськивала остальных. Но зато грязи с ее языка лилось невероятное количество, причем делала она это, встав так, чтобы до меня все отчетливо доносилось. Выслушав в очередной раз все те помои в свой адрес, что она считала возможным произносить, я обиделась. А ведьму не стоит обижать. Так как воздействовать заклинаниями напрямую друг на друга нам запрещалось, если это не тренировка навыков, то… Я говорила, что в совершенстве овладела искусством иллюзий? И вот каждый раз, когда мерзкая эльфийка начинала громко говорить всякие пакости, с ее губ прыгали иллюзорные жабы. Слово — жаба, следующее слово — и новая жаба. Земноводные спрыгивали к ее ногам и начинали противно квакать, раздувая шеи. Разумеется, слушательницы тут же с визгом шарахались в стороны.
Но в целом ее поведение напоминало мне затишье перед грозой. То ли она что-то задумала и выжидала удобный момент, то ли наблюдала, провоцируя меня и ожидая, когда у нас с Иваром что-то изменится в какую-либо сторону.
Сорвалась она только один раз, но зато ощущений от этого получила сполна. Так как я ожидала нападения в любой момент, а бить ее или других девушек мне не хотелось, то я подготовилась иначе. И вот как-то Иола впала в истерику от очередной порции жаб, слетающих с ее губ. Она с воплями и проклятиями подлетела ко мне, собираясь вцепиться в мои волосы. И тут… Я в детстве очень любила мультик про Персея, особенно мне нравился момент, где он сражался с Медузой Горгоной. Кстати, я болела за Горгону. Ну а чего, напали на тетку, голову ей отрубили! Мне отчего-то было ее жалко, ведь она не виновата в том, как выглядит. Но я отвлеклась. Так вот, когда Дексова протянула руки к моей шевелюре, то навстречу ее скрюченным пальцам потянулись черные гадюки, разевающие пасти. Мои волосы шевелились и жили своей собственной жизнью, превратившись в клубок змей. Не настоящих, само собой, а иллюзорных.
Иола буквально остолбенела… Она даже не завизжала, а издала какое-то невнятное сипение и начала сереть от ужаса, а я… Да-да, я знаю, я злая, нехорошая ведьма. Я улыбнулась и показала ей язык. Длинный, черный, с раздвоенным кончиком. И вот тут эльфийка закатила глаза и хлопнулась в обморок. А вокруг нас стояла мертвая тишина…
— Кто-нибудь еще хочет вцепиться мне в волосы? — мило спросила, оглядывая замерших девиц, мечтающих меня прибить, так как я увела у них Ивара Стенси.
Отчаянно замотав головами, студентки замерли на месте, не пытаясь бежать, но и не торопясь поднимать с пола обморочную подружку.
— Точно? — снова вопросила я и облизнулась все тем же длинным раздвоенным языком.
Девушки бодрее замотали головами, но по-прежнему не убегали. И тут, сама не знаю, кой черт меня дернул, но я скопировала еще одного любимого героя, тигрового питона Каа из мультика про Маугли.
— Подойди-ите ближ-ж-же, бандер-рло-оги, — старательно копируя интонации Каа, пропела я.
А потом с чувством удовлетворения наблюдала за паническим бегством адепток. Они даже Иолу забыли, та так и валялась на полу. К слову, Дексова уже пришла в себя, я видела, как она вздрагивает, но предпочитает притворяться потерявшей сознание.
Сняв с себя иллюзии, я повернулась к ребятам и предложила:
— Пойдемте, что ли? А то обед пропустим. Да и Ивар нас должен там ждать.
У Юргиса дернулся кадык, он попытался что-то сказать, но у него не получилось. Эварт тоже молчал, а вот Рив, Гастон и Мальдин переглянулись, и их общее мнение озвучил Мальдин:
— Жутко, Кир. Реально жутко. У меня самого волосы от ужаса шевелиться начали.
— Да-а, — поддержал его Гастон. — Злая Кира — это страшно. Но что-то в этом определенно есть.
— И ты еще будешь мне говорить, что я страхолюдина? — задала риторический вопрос Лола. — Да я с тобой в одной комнате теперь буду бояться спать. Бр-р-р! А уж кошмарами ты меня обеспечила минимум на неделю.
Я покосилась на Дексову, все еще лежащую на полу, улыбнулась и пошла в сторону столовой. Кушать очень хотелось. Меня догнал Карел, приобнял за плечи и шепнул:
— Теперь я знаю, как нам договориться с драконом. Главное, чтобы он не умер от разрыва сердца, когда увидит тебя. Ты, кстати, еще хвост сможешь себе начаровать? Такой длинный, чешуйчатый, чтобы в кольца мог свиваться.
— Запросто! — прыснула я от смеха.
В столовой от меня шарахались в стороны, так как очевидцы уже успели разболтать остальным, но мне было все равно. Устала я как-то… Изверг же спросил, когда поприветствовал поцелуем и усадил рядом с собой за столик.
— А мне потом покажешь? Я пропустил все самое интересное.
— Просто при тебе они на меня не нападают. И нет, не покажу. Быть жутким монстром — это твоя прерогатива. А я умница и красавица.

Кстати, история со змеиной прической имела продолжение. На следующем же уроке бестиологии, когда все начали расходиться, Аннушка произнесла:
— Адептка Золотова, задержитесь.
Я послушно осталась в аудитории, и как только последний студент ее покинул, магистр Кариборо спросила:
— Золотова, что за история со змеями на вашей голове?
— О! — смутилась я. — Это исключительно в качестве самообороны и отпугивающего элемента.
— Продемонстрируйте мне, пожалуйста, — жестом предложила она.
Ну ладно, мне не жалко, и я активировала иллюзии. Магистр Кариборо долго с интересом рассматривала шевелящихся черных блестящих гадюк, потом перевела взгляд на мое лицо, и я высунула изо рта длинный раздвоенный язык.
— Какая прелесть! — отреагировала преподавательница. — Это существо обитает в вашей реальности?
— Не совсем. Это героиня мифов и сказаний одной из стран моего мира, — пояснила я, убирая чары.
— Замечательный экземпляр представителей народа нагов. Я встречала похожих существ, только у них были змеиные хвосты, а волосы оставались обычными.
Магистр отпустила меня, и я тут же попала в руки умирающих от любопытства друзей.
— Ну, что она хотела? — спросил Карел.
— Попросила продемонстрировать ей моих змей, — ткнула я пальцем в волосы. — До нее уже сплетни дошли.
Парней передернуло, и тема была закрыта.

Из-за сумасшедшей нагрузки и я, и напарник стали много есть, так как энергии уходило чудовищное количество. Мы исправно завтракали, обедали и ужинали в школьной столовой, но этого катастрофически не хватало. Первое время я подъедала то, что успевала купить Лола. Потом, смирившись с ситуацией, договорилась в нашем любимом трактире, чтобы раз в день отправляли посыльного с готовой едой к воротам школы, а оттуда пакеты для меня забирали Лола или Тина, если я сама не успевала. Я оплачивала трактирщику вперед за месяц, и теперь, когда я голодная как волк возвращалась в свою комнату или просыпалась среди ночи от того, что свело желудок, у меня всегда имелось копченое мясо, жареная курица, сыры, пироги или что-нибудь в этом роде. Карел последовал моему примеру. Его поначалу объедали ребята, но потом поняли, что это чревато. Голодный Карел превращался в нервного злобного зверя, начинал шуровать в их запасах и сметал все подчистую. А если ничего не находил, начинал выносить парням мозг с требованием дать ему хоть что-то съесть или он сейчас сожрет их. Так что, во избежание, и мои, и его стратегические запасы были неприкосновенны. Ибо…
Впрочем, за всеми учебными хлопотами я не забыла о данном Мырьке обещании найти домового для преподавательского корпуса общежития. Правда, пришлось призвать на помощь остальных членов нашей группы. Мальдин, Гастон и Ривалис, преисполненные чувством важности и собственной значимости, потратили несколько вечеров на исследование окраин Межгорода. Просканировали все найденные развалины и заброшенные дома на наличие в них нечисти, после чего записали два адреса, по которым обнаружили нечто подходящее по восприятию, и выдали их мне. Ну а потом, разумеется, напросились в компанию, посмотреть, как я буду договариваться с мелким домашним духом, если это окажется он. По одному из адресов нам попался злобный, вредный, вздорный домовой. Общаться отказался наотрез, блюдце с хлебом и кружка с молоком полетели в меня, я едва успела увернуться. Пожав плечами, я сказала ему, что он дурак и пусть сидит здесь и дальше в одиночестве, раз такой противный. И ушла вместе с ребятами, не обращая внимания на разбушевавшегося духа. А вот по второму адресу нам повезло. Там обнаружилась домовушка, которая с удовольствием поболтала со мной, представилась Тасей, приняла угощение, даже моим спутникам кокетливо поулыбалась. А потом с радостью приняла приглашение переехать в ВШБ.
Мырька была на седьмом небе от счастья! Она наконец-то избавилась от лишней работы, которую ей приходилось тащить, и приобрела приятельницу из своего народца. Ректор тоже был доволен. Соскучившаяся по нормальному жилью и его обитателям новая сотрудница школы рьяно взялась за дело и в считаные дни привела преподавательское общежитие в идеальный порядок. Тася наслаждалась новым домом, большим объемом работы и тем, что ей нужно приглядывать не за оболтусами-студиозами, а за серьезными и степенными преподавателями, которые имущества не портят, не мусорят, не… В общем, все были счастливы и довольны, а я избавилась от обязательств.
Заколки, добытые нами в нереальности, магистр Бонефур уже давно вернул и мне, и Карелу. Он снял с них все заклинания классической магии, оставив лишь по одному для подстраховки. Стилеты не исчезли, но понятнее ситуация с их материализацией не стала. Решили, что будем продолжать искать способ с Аннушкой методом проб и ошибок, а нашу первую добычу оставим в покое. Карел под чутким руководством учителя наложил свои заклинания заново, но более сложные и высокоуровневые. Так что мы ничего не потеряли, наоборот, наши украшения для волос стали еще более мощными в плане магии. А мой напарник потренировался лишний раз и приобрел дополнительные навыки. Гастон и Мальдин успели обзавестись аналогами, выполненными мастером Офуромалтадионом, правда, совсем простыми: из добротной стали, но без украшений, камней и дорогих металлов. Сказывалось отсутствие богатых родителей. Лолина все никак не могла определиться с окончательным дизайном и поэтому не заказывала, Ривалис собирался привезти с зимних каникул драгоценные камни из семейной сокровищницы, у Эварта не было денег, а Юргис решил подождать из солидарности с другом. Тельтина же вообще не знала, нужно ли ей метательное оружие, мол, она лекарь, а не воин.

Глава 14
О праздновании Хэллоуина, последующем наказании и раскаянии и о сессии

Утром одного выходного дня я направлялась к очередному клиенту. А по пути, практически не глядя по сторонам, мрачно размышляла, когда же меня оставят в покое и о том, как мне все это надоело. Я безумно устала от завистливой ненависти студенток. Невыносимо каждую секунду ждать нападения или очередных гадких слов. И вдруг мой блуждающий взгляд зацепился за что-то оранжевое. Большие круглобокие нарядные тыквы были выставлены у овощной лавки, и меня вдруг озарило, что прошло уже больше половины осени. Сделав мысленные расчеты, я вдруг поняла, что на Земле наступает Хэллоуин. Я еще раз покосилась на оранжевые «солнышки» и хищно улыбнулась. Ну держитесь, гадины зловредные. Я вам устрою… На всю жизнь запомните!
— Кир, ты чего? — спросил провожавший меня Изверг.
— Слушай, а сможете с ребятами купить несколько тыкв, пока я буду работать?
— Зачем? — удивился парень. — Их невозможно приготовить в комнате. Нужна нормальная плита.
— Ты неправ, их можно приготовить, да еще как. Только не для еды. Давай я тебе все расскажу, вы к вечеру все подготовите, а потом я устрою для школы праздник всех святых.
— Мне уже страшно! — засмеялся парень. — Зная твою фантазию, даже представить не берусь, что ты собралась делать.
— Вам понравится! — пообещала я. — Про праздник расскажу потом всем сразу, чтобы не повторяться. А вам нужно сделать к вечеру с тыквами следующее…
Когда я вечером вернулась в общежитие, меня уже ждали умирающие от любопытства друзья. Я, загадочно улыбаясь, рассказала им все, что сама знала о празднике Хэллоуин и о том, как его отмечают. Полые тыквы с вырезанными рожами и свечками внутри, маскарадные костюмы самых жутких видов, соответствующая атрибутика…
— И что ты задумала? — едва не подпрыгивая от распирающих его эмоций, спросил Рив.
— А вот что…
М-да, у меня все-таки больное воображение. Мы прошлись по всем этажам обоих общежитий, развешивая заготовки иллюзий и фантомов. Активироваться они должны будут одновременно по моей команде. Ну и конечно, мы не поскупились на то, чтобы «улучшить» свой облик.
Наконец настал час X, и оба общежития превратились в декорации к фильму ужасов. Свисающие с потолка полотна паутины с большими мерзкими пауками на них. На дверях — светящиеся черепа, клацающие зубами и оглашающие коридоры замогильным хохотом. На стенах — закованные в кандалы скелеты, кости которых тускло светились. Бредущие в никуда фигуры, изображающие не то призраков, не то монстров. Их дырявые ветхие балахоны развевались, демонстрируя полуразложившиеся тела. На пороге каждой комнаты красовались отрубленные окровавленные руки, сжимающие черную розу. В общем, жуть-кошмар. Причем далеко не все являлось моих рук делом. Когда парни поняли, что требуется, то разошлись на полную катушку. Даже меня пробирало от некоторых их шедевров. В наших комнатах мы погасили свет, выставили на подоконники тыквы с вырезанными жуткими лицами и зажгли внутри по свечке.
Апофеозом всего явились фантомные зомби, которые брели по коридору, завывая:
— Мозг-и-и… Мозг-и-и…
— Кишки-и-и… Кишки-и-и…
— Я съем твое-е се-ердце-е… Я съем твою-ю пе-ечень…
Неоригинально, конечно, но ведь это были простенькие фантомчики, не рассчитанные на долговременное существование.
Сами мы поступили проще. Парней отправили к себе, чтобы им не попало, если их застукают в женском общежитии, а вот я, Тина и Лола… Давясь от смеха, мы нанесли на лица обычные косметические маски. А что? Девушки занимаются уходом за кожей, не запрещено. Только вот выглядели мы теперь, как Смерть. Балахоны нацепить было нельзя, это прямая улика. Так что — длинные расклешенные белые ночные сорочки. Волосы распустили и взъерошили. Нам бы еще косы в руки, чтобы выглядеть точно как классическая Смерть с картинок, но где бы их взять?
Хихикая, Тина прошептала, глядя на меня:
— Кир, ты — это что-то невероятное! Когда я ехала сюда учиться, думала, что умру от скуки.
— Это точно, — прыснула от смеха Лола. — Мне и брат, и сестры завидовали, когда я им рассказывала о прошлогодних проделках Киры. Ну что? Идем?
И мы отправились на дело. Я постучалась к соседям, Тина ушла в центр коридора и стукнула в дверь там, а Лолине достались самые последние комнаты.
А дальше был трэш и бедлам. Мне открыли, увидели, заорали. Тут же донеслись вопли от тех, кого навестили Лолина и Тельтина. Потом стали открываться остальные комнаты, и высовывались девчонки, услышавшие крики. Кто-то выскочил в коридор, снеся меня с пути…
Паника нарастала. Захлопали двери на других этажах, и понеслись вопли уже оттуда. В общем, все вышло из-под контроля. Как потом рассказывали ребята, у них все было еще хлеще. Боевики тут же начали атаковать нежить заклинаниями. Фантбои и детекты выхватывали оружие и кидались на скелетов и упырей, пытаясь отрубить фантомам головы и покрошить их в капусту.
А потом к нам прибежали Мырька и госпожа Каруда. Вызвали магистра Даяну Лайвас, та впечатлилась и пригласила магистра Закариуса. Преподаватель некромантии сразу понял, что никакая это не нежить, и в свою очередь попросил зайти магистра Летурна Огинхельма и… магистра Кариборо. И вот пока преподаватель иллюзий развеивал наше творчество, которое уже само начало потихоньку исчезать, ведь мы заложили короткий срок существования, Аннушка с любопытством прогуливалась по этажам и все изучала.
А после вся наша команда оказалась у ректора в кабинете. Мы с девчонками в ночных рубашках, с жуткими рожами и всклокоченными волосами, а парни в одних штанах и тоже босиком. Их торсы были покрыты белой массой, на которой потом затемнили ребра, а лица — также белые — демонстрировали зачерненные страшные глаза, полосы на переносицах и провалы на щеках.
— И? — мрачно вопросил глава школы, рассматривая нашу компанию.
Мы дружно промолчали.
— Девушки, что с вашими лицами? В чем они? — Маг строго глянул на Тину.
— Косметические маски, магистр Новард. Мы ведь девушки, нам необходимо следить за собой, — скромно отозвалась эльфиечка и потупилась.
— А у вас, адепты, тоже косметические маски? — Суровый взгляд ректора переместился на парней.
— Никак нет, магистр Новард, — отрапортовал Юргис. — Это мазь, снимающая болевые последствия с мышц после физических тренировок.
— А не одеты почему? — Этот вопрос адресовался уже нам всем.
— Так ведь ночь, — отозвался Ривалис.
— Вот именно, адепты! — едва сдерживаясь, чтобы не прибить нас, проговорил ректор. — В коридорах что? А тыквы? Почему в ваших комнатах стоят тыквы со свечками внутри?
— Фонарики, магистр Новард, — пробасил Карел.
— Фонарики?! — взрыкнул глава школы. — А в коридорах?! Тоже фонарики?!
— Никак нет, магистр Новард, — взял слово Изверг. — Мы сегодня отмечали праздник Хэллоуин. Ночь всех святых.
— Ах Хэллоуин… — Взгляд мага переместился на меня. — Золотова, и что же, в вашем мире его отмечают именно так?
Я скромно пожала плечиками и робко улыбнулась. И вообще, как он догадался?
— Наказание отработаете в архиве. Обратитесь к магистру Ририну, он вам скажет что делать. А сейчас вон с глаз моих! И чтобы я вас не видел, иначе за последствия не отвечаю.
Упрашивать нас не надо было, мы опрометью припустили к дверям. Возникла давка, первыми вывалились девчонки, потом ребята просочились, а я слегка приотстала.
— Магистр Новард, я так больше не буду, — тихонько позвала я мага.
— Во-о-он! — рявкнул он, и я куда-то провалилась.
Бедолага ректор так хотел от меня избавиться, чтобы не брать грех на душу и не оторвать мне дурную голову, что выкинул меня порталом в мою комнату. А что, удобненько. Не пришлось топать в ночной рубашке от главного корпуса до общежития. Я выглянула в коридор, убедилась, что все иллюзии уже развеялись, и отправилась в душ. А потом прошлась по комнатам и занесла девушкам успокоительную настойку. Что ж я, зверь какой? А вот Иоле и ее подружкам ничего не отнесла. Может, они заикаться начнут? Было бы здорово!

Отрабатывали мы наказание в течение двух недель. Библиотекарь был уже в курсе нашей выходки, и единственное, что жаждал услышать, — это детали. И не он один: Рид тоже умирал от любопытства. И когда мы, вздыхая на десять голосов, рассказывали пикантные подробности, магистр Ририн и бывший дворецкий Чокнутого Марвела хохотали в голос. А вот разбирали архив и приводили его в порядок мы не все одновременно. Сверившись с нашим расписанием, библиотекарь сам разбил нас на пары. Причем не все были согласны. Так, Лола и Тина хотели быть со своими парнями, но им было сказано, что они пойдут работать, а не обжиматься в темных углах. Посему… А меня отправили с Карелом, что очень обидело остальных. На это им было невозмутимо сказано, что мы напарники, а не любовники и работаем мы хорошо исключительно вдвоем. Потому как за Золотовой нужно приглядывать, и никто лучше Вестова этого сделать не сможет.
В архиве было ужасно пыльно и грязно, бумаги, свитки, папки и книги хранились черт-те как. И нам предстояло все это разобрать, рассортировать, систематизировать и по возможности составить опись. Вот этим мы и занимались две недели в пять смен. А магистр Ририн радовался и предлагал еще что-нибудь учинить, чтобы ему отдали нас в качестве рабочей силы, потому как у него руки не доходили до архива уже несколько лет, а помощников не было.
Мы кисло улыбались, вытирая тряпками пыль, ведь магически делать уборку в библиотеке нельзя, и думали, что «Больше — никогда!». Правда, в архиве мы нашли много интересного. Карел откопал старинную книгу по артефакторике, а я — древний полурассыпавшийся сборник заклинаний боевой магии. Магистр Ририн понятия не имел, сколько лет этим талмудам и как давно они валяются в архиве, но по нашей просьбе выдал их для ознакомления. Артефакты меня не интересовали, а вот боевые заклинания мы с другом начали осваивать вдвоем. Не знаю, отчего нам их не давали на занятиях. Там и щиты были высокого порядка, намного круче, чем те, которые нам уже показывали. Хотя, возможно, мы просто еще не доучились до нужного курса. Но заклинания нам однозначно пригодятся, учитывая личность и методы нашего личного учителя. Аннушке ведь наплевать, что мы всего лишь второкурсники, требует она с нас так, словно мы уже дипломированные маги.
Кстати, об Аннушке. Разумеется, она вызвала нас к себе и потребовала полного и подробного рассказа о Хэллоуине, почему его празднуют именно так и прочее…

В общем, во время отработки наказания мне было о чем подумать. И выводы оказались неутешительными. Меня так замучили нападками, что я стала по-настоящему злой. Ведь раньше я никогда не позволяла себе столь глобальных недобрых шалостей. Всегда все тщательно планировала и продумывала так, чтобы последствия от них не были столь разрушительными. А тут… мало того что сама потеряла чувство меры, так еще допустила к процессу парней. А у них тормозов в принципе не оказалось. Это мы еще легким наказанием отделались, я бы на месте ректора вообще нас прибила. Мысли свои я, конечно же, не озвучивала вслух даже Карелу, но про себя решила, что хватит. Учеба, учеба и еще раз учеба! И больше ни-ни! Захочется мне что-то приукрасить — наша с Лолой комната в моем распоряжении, а все общежитие я больше трогать не стану.
Правда, некий положительный эффект от кошмарного Хэллоуина все же имелся — меня оставили в покое. Когда мы отбыли срок в архиве и снова стали появляться в обществе, я вдруг поняла, что меня больше не трогают. Никто не толкает, не пихает, не пытается выбить у меня из рук книги, не старается вылить на меня суп или чай. Поначалу я была настороже и щит с себя не снимала, готовясь в любую секунду дать отпор. Но постепенно успокоилась, перестала дергаться и быть на взводе. Не знаю, что так повлияло на девиц. То ли то, что Ивар участвовал вместе со мной в глобальной шкоде и нас всех вместе наказали. То ли они просто смирились с ситуацией и тем, что он свой выбор сделал. Либо поняли, что я так просто не сдамся и пытаться меня обидеть чревато. Но как бы то ни было, меня перестали задирать, и я тоже прекратила напоминать морского ежа с растопыренными в стороны иглами. Я ведь не железная, у меня тоже нервы, и я переживала.

Я вновь погрузилась с головой в занятия, изучение новых заклинаний, а если выдавалась минутка, встречалась с Иваром или экспериментировала с зельями. У меня ведь имелся запас разных трав из двух миров и мешок ракушек. Их пришлось измельчать парням. Они сильные, им не трудно, так что каждый, кто приходил к нам в комнату, получал в руки ступку и горстку ракушек. Аннушка со своей стороны тоже нагружала нас все больше и требовала результатов. Так что я вообще потеряла счет времени.
Как-то так пролетела осень. Просто однажды утром я проснулась, и стоявшая у окна Лола задумчиво обронила:
— Уже зима…
— Как зима? — растерялась я. Нет, я видела, что уже холодно и снег, но почему-то упорно считала, что все еще осень, хоть и поздняя.
— Кир, ты вообще со своей учебой мозгами двинулась, — покачала головой девушка. — На тебя же смотреть страшно: тощая, бледная, вечно вымотанная. И Карел такой же, только мужская версия тебя.
Лолина поплотнее закуталась в шаль из козьего пуха. Это я ее и Тину подбила на такие вещи, которые хоть и немодные, но безумно уютные и теплые. Так что теперь и зазнайка-дерхана, и трепетная эльфийка в своих комнатах щеголяли в теплых пуховых гольфах, жилетках или шалях. Мягко, приятно, тепло… Началось все с Лолы. Она посмеивалась надо мной, когда я натягивала на ноги теплющие пушистые носки, устраиваясь делать уроки на кровати, или ходила в них по комнате. А я уговорила ее примерить и даже выдала для этих целей запасную пару, которую мне совсем недавно связала госпожа Дината. Красавица аристократка, сморщив носик с выражением безумного скепсиса, натянула носки на ножки, полежала, читая книгу, после чего заявила, что эту пару назад не отдаст. А потом через меня передала заказ на жилет и шаль. Тина подумала-подумала, да и присоединилась к заказу. Так что у бабули появился приработок, а девчонки перестали мерзнуть. Мне вещи бабушка Дината вязала уже просто так, не указывая стоимости одежек. Но и я ее не забывала, навещала по мере сил и периодически подкидывала денег, пряча их под скатерть или так, чтобы в глаза сразу не бросались. А то она стала бы отказываться, а я видела, что ей тяжело и помощи ждать не от кого. Она ворчала, но перестала пытаться мне их вернуть, потому что я уходила в несознанку и утверждала, что понятия не имею, о каких таких деньгах она говорит. А ее домовой посмеивался, подглядывая за мной из-за печки, и одобрительно кивал, здороваясь и прощаясь. Кстати, ребята из нашей тесной компании, глядя на нас, спустя время тоже обзавелись неказистыми, но теплыми пуховыми свитерами, варежками, шарфами, носками… Холод, он никого не щадит, эльф ты или дерхан, человек или гоблин. Отморозишь пальцы — ни одно боевое заклинание сотворить не сможешь. А зомби нет дела до того, модный на тебе эльфийский костюмчик или свитер из козьей шерсти.
— Да, Аннушка что-то совсем нас загоняла. Последний месяц как с цепи сорвалась, — вздохнула я, отвечая Лоле. — Столько задает, что мы света белого не видим. А еще ведь практические занятия.
— Какое счастье, что я не ты. Точнее, что мне не светит такая «удача», как темная фея в качестве личного учителя, — язвительно отозвалась дерхана. — А вообще так хочется, чтобы у вас было хоть немного свободного времени. Скучно без тебя и твоих проказ. Я уже и не помню, когда мы так веселились, как раньше. Кроме Хэллоуина и поздравления Ивара и вспомнить-то нечего. Тебя нет, Карела тоже, Ивар на сходках сидит совсем невеселый. И нам тоскливо без вас, даже пить и то не в радость.
— Ну, Ло-ол, — развела я руками. — Вы же понимаете…
— Да, конечно, мы понимаем, но все равно. Неприятно было выяснить, что все держится на тебе. Нет тебя, нет веселья. Едим, пьем, разговариваем, но как-то все это без огонька проходит.
— Ну, вот доживем до каникул, там и повеселимся, — обнадежила я подругу.

Приближающаяся сессия отняла у всех остатки сил. Ивар стал реже навещать меня, потому что ему тоже было необходимо подготовиться к сдаче зачетов и экзаменов. Как ни странно, сдали мы все достаточно легко. Даже Ривалис, который обычно страдал на занятиях некромантии, приятно удивил мучителя Закариуса. Ушастик просто заранее попросил меня приготовить для него мою успокоительную настойку и принимал ее на всех практикумах. Последний экзамен по некромантии, который мы традиционно сдавали в одной из нереальностей в окружении столь любимых Закариусом мертвяков, показал, что Рив не безнадежен и все прекрасно умеет и знает. Впрочем, есть тут и моя заслуга. Помня о словах леди Лариэль, как трудно светлым эльфам дается магия смерти, я подговорила Карела, чтобы все домашние задания и отработку заклинаний по этому предмету мы делали вместе с Ривом. А взамен попросила Зайчика тренировать меня в метании оружия. Он-то это хорошо делает, а мне до его навыков еще ох как далеко.
Хуже было на боевой магии. Лукас Аррон люто зверствовал! Вся группа после сдачи боевки оказалась в лазарете. Не давала пощады и Аннушка. Но с ней это было само собой разумеющимся, так что никто не удивлялся. А вот стихию огня все сдали блестяще! Я уже говорила, что из джинна вышел первоклассный преподаватель, и все поголовно сдали на четверки и пятерки. Даже те, кто по другим предметам еле-еле вытягивал на троечку, в стихии огня разбирались превосходно, настолько блестяще вкладывал знания и умения в наши головы Хаким.
В общем, сессия шла как-то обыденно. Мы уже знали, что и как будет. Умели зубрить, приучились отрабатывать заклинания до автоматизма. Это на первом курсе для нас все было в новинку и воспринималось как нечто странное и дикое. У нас с Карелом из страшного оставался еще экзамен у Аннушки по нашим индивидуальным занятиям. И вот это было реально жутко! Я даже предположить не бралась, что темная фея придумает для своих личных учеников. Но мы с напарником гнали панические мысли подальше, сосредоточившись на обычных предметах.

Наконец экзаменационная пора практически закончилась, осталось досдать всего ничего — и можно отдыхать. Получив выстраданную пятерку по древнеэльфийскому, я направилась на первый этаж, чтобы там одеться и уйти в общежитие. Карел убежал раньше, а ребятам еще только предстояло сдавать, так что я была в одиночестве. По дороге столкнулась с девушками с четвертого курса. С некоторыми я была хорошо знакома, они покупали у меня зелья, кого-то только видела, но ни разу не общалась. А некоторые пытались выместить на мне свою злобу за выбор Ивара и лишь после Хэллоуина оставили в покое. Но в этой толпе стояла и моя «врагиня» — Иола Дексова со своими подружками.
Сделав вид, что не заметила ее, я поспешно прошла мимо, а когда уже начала отходить от толпы, мне в ладошку ткнулся крохотный клочок бумаги. Удивившись, я сжала кулак, пряча послание от посторонних глаз, и прочла его, только спустившись на первый этаж, укрывшись предварительно за колонной.

«Надо поговорить. Важно! В библиотеке через час».

О как! И кто же, интересно, играет в конспираторов? Было искушение уйти отдыхать, но любопытство победило. Поэтому я решила, что побуду в библиотеке, заодно поболтаю с Ридом, вдруг он нашел что-нибудь интересное для меня? Я просила его сообщать, если ему попадутся какие-то книги, связанные с ведьмами и их магией. Мало ли, ведь магистр Ририн мог о чем-то забыть.
Интересующей меня литературы не оказалось, но Рид откопал какой-то ветхий свиток с легендами о драконах и всучил мне его. Так что час для меня пролетел незаметно. Я дочитала легенды, свернула свиток и только тогда почувствовала, что на меня кто-то требовательно смотрит. Я оглянулась и встретилась взглядом с сидящей через стол подругой Иолы. Эта эльфийка сама никогда мне ничего плохого не делала и не говорила, но и не шла на контакт, ненавязчиво поддерживая Дексову.
И? Я подняла брови, пристально глядя на Неллину. Не она ли назначила встречу? Поняв, что я жду ее действий, девушка встала, многозначительно стрельнула в меня глазками, потом посмотрела на дверь и отправилась к выходу. Та-а-ак! Это ловушка? Но зачем так странно? Не проще ли было подкараулить, не давая мне в руки такую улику, как записка? Ведь по ней легко выяснить, кто писал. Ладно, рискнем! Я подхватила сумку, на всякий случай активировала свои щиты и невозмутимо побрела следом, не подавая вида, что иду именно за Неллиной.
Эльфийка тем временем уже заворачивала за угол коридора, ведущего к одной из башен. Я направилась за ней, озадаченно проследила взглядом, как девушка вошла в дверь и начала подниматься наверх. Хм! Не ждет ли меня там Иола с кинжалом? А что? Нет соперницы — нет проблем! Впрочем, буду надеяться на лучшее.
Неллина ждала меня наверху. Как только я вошла и принялась осматриваться, ожидая подвоха, она сразу же заперла дверь на засов и поманила меня к дальней стене.
— Золотова, — тихо обратилась она, когда я встала рядом.
— Ну?
— У меня есть важная информация, — серьезно начала она, и вдруг в ее голосе послышалась неуверенность, с которой девушка и закончила: — Ты готова меняться?

Глава 15
О предупреждении об опасности и неожиданной просьбе, а также о спасении чужой жизни и ценном подарке

Начало разговора откровенно озадачивало.
— Неллина, ты меня пугаешь, — покачала я головой. — Давай ближе к делу. Что ты желаешь сообщить и что хочешь взамен?
— У меня есть сведения об Иоле, касающиеся тебя. Взамен я хочу кое-что попросить.
— Давай! — Я привалилась плечом к стене, поняв, что нападения ждать не стоит.
— Кира, ты ведь встречаешься с Иваром Стенси, — начала девушка издалека. — У вас… действительно все серьезно и по-настоящему?
— Сложно сказать, — после паузы ответила я. — Мы действительно встречаемся, но, думаю, ни для кого не секрет, как меня и моего напарника загоняла Аннушка. На Ивара практически не остается времени и сил.
— Но скажи, ты ведь хочешь и дальше быть именно с ним? — с непонятным напором уточнила эльфийка.
— Хочу, — не стала я отрицать и очень удивилась тому, как разгладилось до того напряженное лицо Неллины. — Только я не очень понимаю твой интерес.
— О, поверь, у меня самый что ни на есть прямой интерес. Ты ведьма…
— И? — опешила я от такого заявления.
— Ты что, не видишь, как на тебя смотрят парни? — подняла она брови. Встретила мой недоуменный взгляд и продолжила: — Хм. Похоже, и правда ничего не замечаешь, я чувствую, что ты не врешь. Ладно, тогда давай начистоту. Пообещай мне, что ты не начнешь встречаться с Леоном Мариле, даже если расстанешься с Иваром Стенси. Неважно по какой причине: сама, или тебя вынудят, или он вдруг передумает…
— А Леон — это кто? Я его знаю? — озадачилась я, решив оставить без внимания вторую часть ее высказывания.
— Эльф, фэнтбой с четвертого. Ну же! Красивый такой блондин, он со мной часто гуляет.
Я честно напрягла память, пытаясь вспомнить, видела ли я Неллину хоть раз с парнем. Даже кончик носа почесала.
— Слушай, прости, но вообще не представляю, о ком ты говоришь. В школе много эльфов, я не особо обращаю внимание, — признала я наконец свой склероз. — Да и некогда мне, я порой в общежитие только что не ползком возвращаюсь. Но я поинтересуюсь у Ивара, Эварта или Юргиса и обещаю не встречаться с этим твоим Леоном.
— Договорились, — кивнула она и вдруг улыбнулась. — Ты забавная. Я думала, ты стерва первостатейная, приготовилась отчаянно торговаться, а ты ничего, вменяемая.
Я фыркнула:
— Неллина, если бы тебя так изводили, как меня, то и ты превратилась бы в злобную фурию.
Девушка усмехнулась и серьезно заговорила:
— Кира, Иола что-то задумала. Я не знаю, что именно, она не рассказывает подробности даже нам. Но явно нечто нехорошее. Ее буквально корежит от ненависти к тебе. Ивара она просто который год пытается приворожить, впрочем, безуспешно. А вот ты… Мой тебе совет, не расставайся с оружием, не ходи по возможности одна и не вздумай пить или есть что-нибудь из того, что побывало в руках у Иолы. В ее роду хорошо разбираются в ядах. Да и с запахами будь поаккуратнее, ты ведь знаешь, отравить можно и духами. Просто она как-то подозрительно стала вести себя последние дни, улыбается так хищно иногда и уходит в себя. Да и намеки странные… У нее точно появился какой-то план.
— Спасибо, я учту, — задумчиво кивнула я. — Прости, а почему ты решила… ну…?
— Предупредить? У меня нет причин любить тебя, Кира, но я не собираюсь становиться соучастницей убийства или наносить кому-то непоправимый вред. Я из старинного рода, в котором честь и порядочность — это не пустые слова. Кроме того, у меня свой интерес. Ты ведьма и уже начинаешь эманировать. Парни на тебя слюни пускают, а пока ты с Иваром, никто не сунется. Самоубийц в школе нет. Поэтому, пока ты несвободна, я могу быть спокойна за Леона, не боясь, что ты вдруг обратишь на него внимание и заберешь его у меня.
— О как! — только и нашлась я что сказать.
— И еще… У меня есть личная просьба. Я не думала, что ты нормальная, боялась к тебе обращаться. Не знаю, сможешь ли ты помочь, ведь никто другой не сумел. Но я обязана спросить.
Я взглядом предложила ей продолжать.
— Моя мама. Она… умирает. — Губы девушки дрогнули и скорбно скривились. — Никто из магов не смог ее вылечить. Все разводят руками, не помогают ни артефакты, ни сильнейшие лекарские чары, ни эликсиры, ни зелья. Мы уже все перепробовали. А она тихо угасает, и никто не знает причины.
— А при чем тут я? — тихо спросила ее. — Я ведь не лекарь. Чем я-то могу помочь?
— Не знаю, Кира. Но вдруг? Ты же ведьма! Вы совсем иные… Может, ты увидишь или почувствуешь что-то, чего маги и лекари не заметили? Попробуй, очень тебя прошу! У меня нет других знакомых ведьм, а папа вообще не верит в вашу магию. Да и я раньше не верила, но твои обереги и зелья каким-то немыслимым образом работают. Возможно, ты что-то заметишь или у тебя появятся идеи.
— Неллина, но как? Я ведь тут, а она…
— Мама приехала меня навестить, она сейчас здесь, в Межгороде. Говорит, что боится не дожить до моих каникул. Папа привез ее.
— Куда идти? — вздохнув, спросила я, понимая, что отказать не могу.
Запомнила адрес дорогого гостевого дома и сказала, что зайду завтра, сразу после экзамена по общению с гримуарами.
Уходили мы из башни по очереди. Сначала я, стараясь не показываться никому на глаза до самого первого этажа. Мне было о чем подумать. Быть отравленной злобной ревнивой ушастой мымрой — это не то, о чем я мечтала. А значит, нужен какой-то амулет, определяющий яды.
На следующий день, сдав экзамен, я отозвала в сторонку дожидающегося меня Карела и спросила, не составит ли он мне компанию. Он флегматично пожал плечами, спросил, что с собой брать и надолго ли мы идем, после чего отправился за оружием и сумкой. Ивара я звать не стала, так как была в курсе, что у него именно в это время идут собственные экзамены.
Мы с напарником отправились по указанному адресу, и по дороге я рассказала ему о вчерашнем разговоре с Неллиной. О том, что нужно ждать пакости от Иолы, и о том, что обещала посмотреть на маму эльфийки. Договорились, что Карел будет ждать меня внизу в зале ресторана, закажет что-нибудь поесть и почитает книгу, а я поднимусь в нужную комнату.
Собственно, так мы и сделали. Номер комнаты, в которой остановились ее родители, Неллина мне сказала, так что я сразу пошла к лестнице, а Карел уселся в уголок и подозвал подавальщицу.
На мой стук дверь распахнулась, и на меня уставился высокий эльф в дорогой одежде.
— Да? — вежливо спросил он.
— Простите, я… Меня Неллина просила зайти. Я Кира.
— Пап! Это ко мне! — раздался из комнаты голос, и к нам быстрым шагом подошла моя вчерашняя собеседница. — Кира, входи.
Пока она представляла меня своим родителям, я смотрела на полулежащую в постели некогда очень красивую женщину, от которой ныне осталась одна лишь тень. Черные круги под глазами, тусклые светлые волосы, ввалившиеся щеки с лихорадочным румянцем, иссохшие словно веточки длинные тонкие пальцы. Да, Неллина не врала, ее мать действительно выглядела очень и очень больной. Женщина смотрела на меня спокойно и доброжелательно, слушая то, что говорит ее дочь.
— Нелли, ну зачем? — вздохнул тем временем мужчина, когда девушка сообщила ему, что я ведьма и это она попросила меня зайти.
— Пап! — В голосе Неллины послышались слезы, и она отвернулась.
— Присаживайтесь, Кира, — тихо произнесла леди Анадора Куртайн и указала на кресло, стоящее неподалеку от кровати. После чего взглянула на мужа: — Джарол, не ругай Нелли. Она ведь хотела как лучше.
У лорда Джарола Куртайна скорбно дрогнули губы, он замолчал и сел в другое кресло. А я все смотрела на больную.
— Вы не хотите узнать о симптомах? — спросила она, рассматривая меня.
— Нет, леди, — покачала я головой. — Я ведь не лекарь. Всего лишь необученная ведьмочка. Способности есть, а знания — только те, что сама нашла и выучила по книгам.
— Вы самокритичны, Кира, — улыбнулась леди.
— Просто говорю правду. Вы отдыхайте или, если хотите, беседуйте с дочерью. А я посижу тихонечко и посмотрю. Если что-то увижу, то я обращусь к вам с вопросом. Хорошо?
Так и поступили. Минут через пять про меня забыли, а я все сидела и смотрела. Сначала обычным зрением, потом перешла на магическое, затем на ведьминское. И то, что я видела, меня пугало. Кое-чем я могла помочь несчастной женщине, но не спасти ее. У меня просто не хватало знаний для этого.
— Леди Анадора, — позвала я где-то через полчаса, — у меня есть что сказать. Нам лучше побеседовать наедине или?..
— Говорите, Кира! — подобрался лорд Куртайн.
— Кира! Ну что? Что?! Говори же скорее! — воскликнула Неллина и подскочила с кресла.
— Леди, как уже говорила, я необученная ведьмочка. Могу увидеть что-то, но исправить — нет. Просто не знаю как, извините, — развела я руками. — На вас проклятие. Сильное черное ведьминское проклятие. В моем мире черных ведьм называют колдуньями. То, что я вижу на вас, — это… Я даже не знаю, с какой стороны можно подступиться к такому проклятию, чтобы снять его или распутать. Вам нужно поговорить с кем-то опытным. Где-то в Межреальности есть Академия ведьм, может, магистры, ну или как их там называют, смогут вам помочь.
— Кира, ты уверена? — нервно спросила Неллина.
— Я вижу черное ведьминское проклятие. Как его наложили, когда, какое у него условие для снятия — это мне неведомо, — пояснила я. — Оно очень хитро закамуфлировано под обычный примитивный сглаз, но это все же другое. Если знать, где искать, и тщательно присмотреться, то в двух местах можно заметить тонюсенькие кончики ниточек плетения проклятия. Я бы очень хотела вам помочь, леди, честно. Но боюсь, что если полезу как слон в посудную лавку, то сделаю только хуже. Тут нужны знания и опыт, которых у меня нет.
— Но это уже хоть что-то, — твердо произнес лорд. — Анадора, я найду тебе самую сильную ведьму и договорюсь с ней. Ты только не сдавайся!
— Лорд, но уточняю, вам нужно найти светлую  ведьму, — с нажимом произнесла я. — Понимаете? Заклинание, наложенное колдуньей, должна снимать светлая ведьма, такая как я, только опытная.
— Я понял, Кира! Спасибо! Вы можете идти, а я немедленно займусь…
— Погодите… Леди, можно мне взглянуть на вашу кровь? Совсем чуть-чуть, достаточно уколоть палец и выдавить крохотную каплю.

После моих слов все трое эльфов ощутимо напряглись и начали переглядываться.
— Клянусь своей магией, что не собираюсь причинять вам вред. Наоборот, хочу помочь, — поторопилась я дать слово. В магическом мире этого достаточно, чтобы обозначить свои намерения и не иметь возможности их нарушить.
Кивнув, леди протянула мне руку, и я кончиком кинжала, который мне подал лорд, кольнула подушечку на мизинчике женщины. Все в ожидании уставились на крохотную каплю крови, которая выступила. Потом перевели взгляды на меня, а я смотрела на густую субстанцию, которая на воздухе мгновенно потемнела и превратилась в нечто, похожее на черную смолу.
— У вас так всегда? — спросила я леди.
— Да, с тех пор как я заболела, — печально ответила она.
— Кир?! — требовательно позвала меня Неллина.
Но ответила я не ей, а ее матери:
— Я могу помочь и облегчить ваше состояние. Вам станет намного лучше, так вы сможете выиграть время на поиски сильной ведьмы. Только… это будет очень неприятный и неприглядный процесс.
— Как? Говорите же! — приказал лорд Куртайн.
— Я сильный маг воды. У меня есть способности… Не знаю, как объяснить, это сложно. В общем, я могу сделать так, что вот эта больная черная кровь выйдет из тела, а ее место займет новая, молодая. Но если не снять проклятие, то все повторится и… — пояснила я. — Только, леди, у вас будут сильная кровопотеря и соответствующие ощущения.
Лорд начал отказываться, но мама Неллины подняла руку, останавливая его.
— Делайте все, что в ваших силах, Кира. Я все равно умираю, может статься, что это случится сегодня вечером, или ночью, или завтра утром… Если вы даете мне надежду прожить еще хоть немного… Говорите, что вам для этого нужно. Я согласна!
Я принялась давать распоряжения. Неллину отправила вниз, чтобы она взяла у Карела два накопителя (боялась, что моего резерва и накопителей окажется недостаточно), и велела принести много чистой питьевой воды.
На нашу удачу, так как это был очень дорогой гостевой дом, то ванные здесь примыкали к комнатам. Не пришлось тащить наверх лохани. Лорд Куртайн по моей просьбе наполнил ванну водой нужной температуры, перенес туда свою жену и аккуратно опустил в теплую жидкость. Я тем временем зачаровала воду в нескольких кувшинах, которые принесли слуги. Этот волшебный аналог физраствора должен будет максимально быстро усваиваться и заменять кровь. Собственно, я планировала сделать промывание и переливание крови, только роль донорской плазмы сыграет заговоренная вода. Магия — это странная, нелогичная вещь, которую умом не понять. Но отчего-то она работает.
— Пейте, леди, — протянула я женщине первый стакан. — Вам придется очень много пить. Все, что я буду давать. И не пугайтесь, сейчас через поры у вас начнет сочиться больная кровь. Так и должно быть. Я буду сидеть рядом с вами, мне нужен прямой контакт, чтобы вытягивать наружу эту зараженную кровь. Если станет совсем плохо или почувствуете, что близится обморок, предупредите меня.
Эльфийка кивнула, и мы начали.

Мне было очень страшно. Безумно! Это ведь такая ответственность… А вдруг я сделаю что-то не то? А если не выдержу? И хотя я легко договорилась и с кровью, и с жидкостью в кувшинах, используя дарованные мне русалками силы управления стихией воды, но все равно было жутко.
Это были очень долгие и тяжелые часы. Вода в ванне стала совершенно черной, с маслянистым оттенком, ее спустили и наполнили емкость заново. Я снова стала медленно вытягивать зараженную кровь леди, и все повторилось. Возможно, было бы проще и быстрее сделать надрез на венах и так заменить жидкость в организме женщины, но я боялась. Ведь залечить потом надрезы не сумею, я не лекарь. А вот так, потихоньку вытаскивая заразу наружу не только из вен, артерий и сосудов, но и из внутренних органов… Закончилась заговоренная мной вода в кувшинах, и Неллина сбегала за служанкой, чтобы снова их наполнить. У меня давно опустел резерв, накопители и мои, и Карела, а я все общалась и общалась со стихией воды и в ванне, и в кувшинах, и в теле эльфийки. Неллина отдала мне свой накопитель, не такой мощный, как наши с напарником, но хоть что-то, а лорд слил в мой пустой браслет сколько сумел. Магом он был слабеньким, но отдал все что мог. И вот, когда я уже думала, что ситуация швах и нужно срочно звать кого-то из ребят, чтобы они несли нам свои запасы энергии, кровь, выступающая из пор на теле леди Анадоры, перестала быть черной.
— Все! — отпустила я руку эльфийки, отвалилась от края ванны и обессиленно прислонилась к ней спиной. — Теперь — все!
— Мама, как ты? — взволнованно спросила Неллина.
— Так хорошо, как я не чувствовала себя уже очень-очень давно, — отозвалась женщина. — Мне бы теперь помыться и поспать…
— Мне бы тоже, — пробормотала я и с кряхтением поднялась с пола. — Леди Анадора, пейте как можно больше жидкости. Любой: вода, сладкий чай, соки, бульон… Что угодно, лишь бы оно разбавляло вашу кровь. И отвары трав! Нелли знает какие, нам на алхимии давали рецепт очищающего состава, который выводит токсины и слабые яды.
— Поняла! Очищающий отвар! — Девушка отчаянно закивала, подтверждая, что приготовит все требуемое.
— Если станет хуже, вы знаете, где меня найти. Хотя я совершенно пустая, придется тогда побираться по всему общежитию и выпрашивать накопители. Лорд Куртайн, ищите сильную опытную ведьму как можно скорее. Я сделала все что смогла, но этого надолго не хватит. Я ведь не господь бог.
— Благодарю вас, Кира! — Мужчина взял мою руку со сморщившимися от долгого пребывания в воде пальчиками и поцеловал.
— Нелли, я чего-нибудь поем внизу с Карелом. Если что, подходи. Поправляйтесь, леди. Лорд… — Кивнув на прощание, я покинула комнату.

Примерно через полчаса, когда я под оценивающим взглядом напарника уминала третью по счету порцию жаркого, к нам за столик присели Неллина и ее отец.
Лорд стал распинаться в благодарности и спрашивать, чем он может мне отплатить за помощь и консультацию. Я устало отказывалась, так как брать денег не собиралась. Лорд настаивал, я тоже… Карел посмеивался, но в разговор не лез. Потом я не выдержала и глянула на эльфиечку:
— Нелли, ну скажи же ему!
— Пап, а давай ты подаришь Кире вот это кольцо? — Она прикоснулась пальчиком к одному из перстней на руке своего отца. — Ты знаешь, у кого можно заказать нечто аналогичное по свойствам, а Кире оно очень пригодится. Она ведь боевик, у них жизнь нелегкая.
— Хорошо! — легко согласился мужчина. — Я бы и больше заплатил, но если девушка не хочет брать деньги…
Он снял перстень и сам нацепил мне его на руку. Я даже вякнуть не успела. Кольцо же плотно обхватило мой палец, уменьшившись до нужного размера. Я уже открыла рот, чтобы снова начать отказываться, но первые же слова мужчины заставили меня передумать. Выяснилось, это не просто драгоценность, а мощный артефакт, предупреждающий о наличии ядов, определяющий их, а некоторые он даже мог нейтрализовать. Украсть его нельзя, отобрать нельзя, продать тоже нельзя, можно только подарить, что сейчас и сделал лорд Куртайн. Ну и какой дурак на моем месте отказался бы? К тому же перстень оказался красивым. На крупной мужской руке с длинными пальцами, украшенными многочисленными кольцами, он смотрелся довольно обыденно, а вот на моей маленькой лапке артефакт выглядел дорогим необычным украшением. Огромный кабошон в форме слегка приплющенного с одного края неправильного овала глубокого сине-фиолетового цвета в замысловатой оправе из золота, в которую вкраплены небольшие бриллианты, рубины и сапфиры. Если не знать о магических свойствах перстня, то можно подумать, что это ювелирное украшение, весьма и весьма недешевое, учитывая, что кабошон, наверное, под сто карат. Только вот не уверена, что это: аметрин, аметист или же какой-то местный магический драгоценный камень. Спрашивать я постеснялась, чтобы не выглядеть дурочкой необразованной. Лучше потом спрошу у знакомого ювелира.
Еще раз поблагодарив меня за помощь, эльфы ушли, а Карел задумчиво произнес:
— Хорошую награду ты получила. Крайне ценный артефакт. А ты сейчас лопнешь!
— Не-а! — промычала я и с новыми силами принялась за еду.
— Расскажешь?
— Знаешь, — не донесла я до рта вилку с куском мяса, — эта женщина умерла бы сегодня ночью. Мне ее кровь сказала. Но я не сообщила об этом ее близким, не захотела пугать и огорчать.
— И как все закончилось?
— Ну… Если они поторопятся и найдут помощь быстро, то спасут ее. Я дала отсрочку примерно на неделю. А вообще ужасно все это! — Уткнувшись взглядом в тарелку, я снова принялась жадно заглатывать еду. Я просто умирала от голода, хотя это была уже третья большая порция.
— Трудно было? Почему понадобилось столько сил? — снова спросил Карел.
— Очень! Вся проблема была в том, чтобы заставить порченую кровь выступать малыми дозами и не допустить полной кровопотери. Заговоренная вода должна была успевать заменить то, что выходило. А еще, Карел, — задумчиво посмотрела я в глаза другу, — я поняла кое-что… Очень легко убить. Я теперь в курсе, как так получилось, что от Марвела Гринга осталась одна лишь сухая мумия. Это… просто и быстро. Я теперь смогу сделать так. А вот дозировать, удерживать, следить, чтобы не переступить грань и не дать воде уйти из тела быстро… Я совершенно вымоталась за эти часы. Надеюсь, мне никогда не придется повторять что-то подобное.
— Бедная ты моя, — ласково произнес напарник, погладил меня по плечу и притянул к себе.

Глава 16
О прорыве в способностях, окончании сессии и начале каникул

Мы с минуту посидели так, в обнимку, и мне стало легче. Вот это простое дружеское участие и поддержка, которые мне давал Карел, значили для меня очень много. Права была Аннушка. Он действительно моя опора и поддержка во всем: и в шалостях, и в учебе, и в тренировках, и в жизненных сложных ситуациях. Только ему я рассказывала обо всем, только от него не имела секретов. Лишь ему доверяла безоговорочно как тайны, так и свою жизнь и безопасность. Уж сколько раз мы прикрывали друг другу спины и бинтовали потом раны!
Когда я вернулась в общежитие, Лола сразу же заметила на моей руке крупное дорогое украшение и прицепилась с вопросами, откуда оно у меня и где я целый день пропадала. Я не стала рассказывать всю правду, сказала, что была у клиента, а кольцо — оплата за услуги вместо денег. Лолину такой ответ вполне удовлетворил. То же самое я отвечала и остальным ребятам. Не хотелось болтать, да и раскрывать карты, сообщая, что за артефакт у меня на пальце, тоже не стоило. Мало ли кто случайно обмолвится о нем при посторонних? Карел знает, но в нем я уверена, мой напарник — кремень. Конечно же, друзья почувствовали наложенные на кольцо магические чары, но это было обычным явлением, и никто даже не стал спрашивать о других свойствах перстня, кроме как что его нельзя украсть и продать.
А вообще при взгляде на перстень у меня появлялось странное чувство дежавю. Казалось, что где-то я его уже видела… Но ведь такого не могло быть? Я бы запомнила, если бы держала его в руках или общалась с кем-то, у кого на пальце такое необычное украшение. Но как бы то ни было, кольцо я решила не снимать, даже когда буду принимать душ и ложиться спать. Пора привыкать к тому, что маги с ног до головы увешаны магическими амулетами и артефактами.
Неллина нашла меня через четыре дня. Сообщила, что они отыскали в Академии ведьм ту, которая смогла помочь. И вот как раз эта женщина им сообщила то, о чем я умолчала: времени уже не было и леди Анадора должна была умереть еще трое суток назад. Эту сильную ведьму очень интересовало, кто же сумел заставить «Черную смерть», а именно так называлось проклятие, чуть-чуть отступить. Лорд Куртайн не назвал мое имя, так как не был уверен, что я этого хочу. Сказал только, что это молоденькая необученная ведьмочка, обладающая к тому же сильным магическим даром. Но согласился передать той, которая увидела наложенное черное проклятие и смогла поработать с кровью умирающей, небольшое послание. Именно его мне и передала Неллина.
В записке было приглашение обращаться в любое время дня и ночи по указанному адресу для личной беседы, а также то, что мне готовы помочь в обучении. И подпись: ректор Академии ведьм госпожа Альбертина Делайн.
— Кира, спасибо! Если бы не ты… — с чувством произнесла Неллина. — Ты спасла мою маму. Не спорь! Госпожа Делайн нам все объяснила! В общем… Если вдруг когда-нибудь судьба занесет тебя в реальность Лассиль, город Терисель — знай, ты всегда желанная гостья! Мы поможем всем, что будет в наших силах! Спросишь у любого, где особняк семейства Куртайн. — Она неловко обняла меня, похоже, стесняясь своих эмоций.
Я смущенно похлопала ее по плечу и задала вопрос, который меня мучил:
— Нелли, а удалось выяснить, кто наложил проклятие? Это ведь не шуточки.
— Папа займется этим вопросом, как только они вернутся домой. У родителей есть предположения, но мне они ничего не рассказывают, — отозвалась девушка, кивнула и ушла.
А я какое-то время размышляла над запиской. Искушение научиться чему-то еще было велико, не стану врать. Но потом, вздохнув, я спрятала послание до лучших времен. Не потяну!

На последнем практикуме в сокровищнице дракона у нас с Карелом случился прорыв. Иначе это и не назовешь. Отчаявшись пообщаться с рептилией нормально, я решила последовать шуточному совету Карела и наложила на себя иллюзию с прической-змеями и длинным хвостом. И вот, когда хозяин пещеры прилетел, его встретила у порога… модифицированная Медуза Горгона, что ли. Не знаю, как обозвать то недоразумение, коим я выглядела. Блестящие черные гадюки, шевелящиеся вокруг головы, длинный нервный хвост, свивающийся в кольца и сразу же раскручивающийся. Я стояла подбоченившись, обмирая от страха (у меня трясся от ужаса даже кончик иллюзорного хвоста, а змеи на голове трепетали), но при этом с вызовом смотрела на приближающегося ящера.
Увидев меня издалека, он приготовился атаковать, но по мере приближения на жуткой бронированной морде проступало изумление. Карел до времени спрятался в углу и страховал меня, поддерживая щиты, а я… Грудью на амбразуру, что называется.
Дракон спустился, сел, подняв пыль, и уставился на меня. Долго рассматривал, после чего склонил огромную башку набок и неуверенно пыхнул дымком из ноздрей. Я хранила молчание, только демонстративно поигрывала своим иллюзорным хвостом.
«Кхе-кхе…» — раздалось в моей голове густое покашливание.
«Не так громко!» — мысленно возопила я.
«А… сегодня грабить не будешь, что ли?» — задал странный вопрос дракон.
«А я… уже». — Я смущенно потупилась, приподняла свой хвост, якобы взяла его в руки и спрятала за ним лицо.
«Что на этот раз?» — почему-то не рассердился мой собеседник.
«Бусики». — Удивляясь абсурдности разговора, я нервно хихикнула и показала на свою шею.
Бусиками я деликатно обозвала роскошное ожерелье с розовыми бриллиантами.
«А ты меня есть не станешь?» — спросила зачем-то, глядя в большие как блюдца глаза с вытянутыми зрачками.
«Фу! Я не питаюсь разумными!» — возмутился бронированный крылатый динозавр.
«А догонял нас зачем? Мы с другом боялись», — пожаловалась я, сама не зная с какой целью.
«Вы так смешно бегали и кричали. Это весело!» — заухал-захохотал дракон и выпустил из ноздрей две струи пара.
А у меня чуть мозг не взорвался от этой ментальной какофонии.
«А сегодня снова бегать придется?» — напряглась я и украдкой глянула в тот угол, где прятался Карел.
«Не-е-е, я только что объелся. Лень мне за вами сегодня носиться. Да и вы много не таскаете, мелочь какую-то в основном. Мне не жалко», — во всю пасть улыбнулся сказочный динозавр.
Я икнула от этого оскала и поежилась, но мысленно произнесла совсем другое:
«А меня Кира зовут. А моего друга — Карел».
«Пусть выходит человечек, не стану я его зажаривать», — снова оскалился в улыбке дракон.
Карел выступил из угла и вежливо поклонился хозяину сокровищницы.
«Мое имя Дандрохоревисантор».
«Очень приятно, Дандро… реви…», — попыталась я повторить эту жуть, вытаращив глаза.
«Сантор, — благосклонно разрешила мне рептилия. После чего задала вовсе уж странный вопрос: — Поболтаем?»
И мы долго беседовали со сказочным драконом из нереальности. Я на всякий случай иллюзию не снимала, так и сидела, отмахиваясь от черных гадюк, которые шевелились вокруг лица и периодически заслоняли мне обзор. Карел тоже быстро втянулся в разговор. И что странно… Я мысленно слышала не только рептилию, но и напарника. Мы с ним озадаченно вытаращились, когда услышали в голове друг друга, но найти объяснение этому феномену не сумели. Раньше мы не могли общаться ментально.
Вот такую идиллическую картинку и застала магистр Кариборо, которая не дождалась нас в трактире и явилась в пещеру сама. Хмыкнув, она оглядела мой облик, зыркнула на дракона, отчего тот подавился струей пламени. Мы представили нашу преподавательницу Сантору, после чего принялись прощаться. Сказали, что рады знакомству, но, скорее всего, больше не появимся, так как наша задача была побеседовать с ним.
Рептилия расстроилась и произнесла:
«Эх! Надо было мне вас и дальше пугать и гонять. Вы так смешно верещали от страха и скакали по горам. Мне даже не жалко было заплатить вам за такое веселье. А теперь опять скучать придется».
«Ну прости! — развела я руками. — Это не от нас зависит. Мы же студенты. Вот нас и учили разговаривать с драконами. А раз у нас все получилось, то теперь что-то другое придется делать».
«Да я понимаю, — грустно отозвался дракон. — С другой стороны, теперь никто не станет меня обворовывать». — На меня лукаво взглянули желтые блюдца-глазища.
Сантор вообще больше со мной предпочитал разговаривать. Наверное, потому, что я девушка, да еще с таким невероятным обликом и хвостом.
«Мне тоже жалко, — хихикнула я и пошутила: — У тебя еще столько красивого тут остается. Если бы продали, то точно всю учебу оплатили бы до пятого курса и еще домик купили с землей для наших драконят».
Ящер снова оглушительно захохотал мысленно. Я скривилась от этого грохота, а Карел даже за голову схватился.
«Выбери себе на память подарок от меня, Змейка, — ухмыляясь во всю сотню зубов, предложил хозяин пещеры. — Во-о-он в том сундуке, до которого вы еще не добрались, есть очень красивые побрякушки. Девочки такое любят».
В сундуке оказалось столько всего… Я выбрала пару сережек с огромными, прозрачными как слеза бриллиантами. И плевать, что мне некуда носить такое сокровище. Пусть будет! А к ним в комплект изумительное колье-ошейник с таким же камнем спереди. Правда, хранить все это придется в банке, в общежитии такие драгоценности оставлять без присмотра страшно.
Думала, дракон пожадничает и разрешит взять лишь что-то одно. Но он отреагировал на редкость флегматично. Просто кивнул и мысленно пробасил:
«Носи, Змейка!»
А мне так стыдно стало. Закручинилась я, нос повесила… На вопрос рептилии, чего это я, честно призналась, что мне ужасно не по себе. Ведь мы столько всего у него уже утащили, а он, оказывается, хороший и не жадный. Я аж чуть не расплакалась, так погано стало на душе и такой гадиной себя почувствовала.
«Пф-ф-ф-а! — выдохнул ящер. — Настоящие сокровища всегда воруются! Иначе им грош цена. Я вот все это честно похитил! И горжусь этим».
«Э-э-э…» — зависла я от такой логики и глянула на напарника.
«Ох, ну что непонятного? — хохотнул дракон. — Подарок — это когда носить. А сокровище, которые ты сам честно похитил, — это то, что греет душу. Трофеи! Так понятно? И если бы я хотел помешать вам таскать отсюда всякую мелочь, то и помешал бы. А так вы исполняли роль похитителей и моей добычи. Я за вами охотился и получал удовольствие. Смогли удрать и уцелеть, молодцы. Поймал бы вас — отобрал и наказал. Все по-честному».
Мне после все равно было ужасно тошно, и я решила, что больше так поступать не буду. Ну их, все эти сказки про Иванов, которые грабили царей и Кощеев Бессмертных в компании Серого волка или в одиночку. Только если у сокровищ нет хозяев…

А Карелу, кстати, Сантор ничего не подарил. Зачаровывала я драгоценности уже в таверне, куда нас перенесла невозмутимая Аннушка. Мы ужинали, я параллельно, прикрыв шарфом от посторонних глаз украшения, накладывала ведьминские заклятия, а Карел тихонько рассказывал о сегодняшнем дне магистру. Именно она и объяснила нам, отчего мы могли беседовать втроем и слышали с напарником не только рептилию, но и друг друга. Оказывается, драконы в некотором роде тоже волшебные существа, и если они хотят беседовать одновременно с несколькими собеседниками, то включается «конференц-связь», как я это назвала.
Но как бы то ни было, на этом наш затянувшийся практикум в пещере с сокровищами закончился. Во-первых, мы наконец сделали то, что от нас требовалось. Пусть и не с реальным драконом, а вымышленным. Но сам факт! А во-вторых, из этой последней вылазки у нас уцелела одна монета, на которую был наложен не весь «букет» ведьминских чар, а всего четыре, если судить по записке. А из классической магии там присутствовало всего два заклинания, которые накладывал Карел. Одно, про которое уже было известно, так как оно сохранилось на заколках после манипуляций магистра Бонефура, а значит, удерживало мои чары на предмете в реальном мире, и второе, найденное опытным путем, действующее при переносе. И это давало понять, что скоро нам предстоит отправиться в замок Тьмы за оружием из лунного серебра.
Ректор тоже был доволен и даже перестал смотреть на меня как на врага народа. Очень уж он разозлился на нас после выходки с Хэллоуином.
Экзамен же нам Аннушка зачла по итогам общения с драконом, сказав, что именно этого от нас и хотела. В общем, зря мы боялись, что она придумает нам что-нибудь еще более страшное.

Утро первого дня каникул наступило как-то неожиданно. Еще вчера вечером мы дружненько отлеживались в лазарете после общения с милой, милой Аннушкой на экзамене по бестиологии, сегодня же проснулись, а за окном снегопад, в общежитии — тишина. Все отсыпались и приходили в себя.
— Проснулась? — прошамкала набитым ртом Лола. Дерхана сидела на кровати с любовным романом в одной руке и ягодным пирожком из моих запасов — в другой.
— Угу, — лениво промычала я, рассматривая соседку.
— И не смотри так! Я всего лишь один пирожок взяла. Завтрак в столовой проспали, а есть жутко хотелось. Но там у тебя еще много еды.
Я улыбнулась, слушая ее оправдание. Лолине как никому другому было известно про мой зверский аппетит. Она сначала ужасалась, глядя на то, сколько я ем в последнее время, и никак не могла поверить, что я не растолстею. Но время шло, я оставалась худой, хотя ела в таких объемах, которые не каждый мужик осилит, а все съеденное сгорало от практических занятий магией.
— Как завтра будем отмечать твой день рождения? — поинтересовалась соседка. — Здесь посидим или в кабак пойдем?
— Не знаю. — Подтащив подушку к спинке кровати, я уселась. — А вы как хотите?
— Можем начать тут, а потом пойти… Но решать тебе, праздник ведь твой.
Я кивнула, давая понять, что приняла к сведению разговор. И вдруг в дверь для проформы постучались и, не дожидаясь разрешения, вломились.
— Кирюша! Лола! — жизнерадостно воскликнуло ушастое чудовище, по недоразумению называемое представителем дивного народа. — Здравствуйте, девчонки!
— И тебе не хворать, — отозвалась я, подтягивая одеяло повыше.
— Кирюш, угощение. Я свое слово держу! — Ривалис плюхнулся на мою кровать, протянув мне очередную коробку с обещанными летом в качестве откупного конфетами с ягодами внутри. — Какие планы на каникулы?
— А ты с какой целью интересуешься? — спросила вместо меня Лола.
— Хочу Кирюшу утащить в Светлый лес. Чего ей в школе сидеть? — отозвался Рив, шаря взглядом по комнате. Тут он увидел блюдо с пирожками и явно собрался стащить один.
— Рив, тебе жить надоело? — остановил его возглас Лолины. — Тебе же Ивар кишки вырвет и на шею их намотает.
— Чего это? — обиделся эльф и забыл про пирожки.
— Того, что он Киру сам почти не видел все эти месяцы, а ты собираешься ее на каникулы украсть. Дерзай, но тогда ты покойник.
Я посмеивалась, слушая их разговор, но сама не вмешивалась. На Ривалиса у меня были другие планы. Я давно знала, что эти каникулы он собирается провести дома, а потому…
— Зайка мой, — вкрадчиво обратилась я к парню, который сразу же напрягся. — Тебе ведь будет очень скучно без друзей, правда?
— Ну… — не понял он, к чему я веду.
— А твои родители рады познакомиться не только с твоими однокурсницами, так?
— Ну да.
— А еще ты хотел во дворе дома установить дуб с котом на цепи, как тот, что я поставила на лужайке у главного корпуса. Да?
— Кир, так я потому тебя и зову, и…
— Рив, а кто из всей нашей компании лучше всех знает всю специфику моих фантомов и помогает мне в отработке всех навыков? Кому я легко могу передать плетение любого своего заклинания?
— Карелу, само собой. Он же твоя пара. А что? — моргнул непонятливый эльф.
— А кто был со мной в замке Тьмы и пострадал так же, как и я?
— Ага-а-а! — дошло до него. Он подумал немного и спросил: — А кота сделаешь?
— Сделаю! Только немного уменьшенный вариант и без русалки.
— Годится! Русалку и правда не надо, а то начнут соседские парни лазить, ограду поломают, траву потопчут. Мама будет расстраиваться. Ну, я тогда побежал, нужно с Карелом договориться! Девчонки, я вас люблю! — Ушастый баламут послал нам воздушные поцелуи и ускакал.
Только стихли его шаги, как в дверь снова стукнули, и всунулись две мордашки: Гастона и Мальдина.
— Кирюша, Лола! — поприветствовали нас парни, увидели, что мы прикрыты одеялами, и вошли.
— Чего надо? — нелюбезно спросила Лолина. — Мы же еще в постели!
— Да мы на минутку, — ответил за двоих Мальдин. — Кир, мы сегодня уезжаем на все каникулы до самого Багонга. Не сможем завтра побыть на твоем дне рождения. Ты не обижайся, ладно?
— О! — огорчилась я.
— Очень надо, Кирюш. Прости! — сказал Гастон и протянул мне пухлый сверток. — Это тебе от нас двоих. С наступающим. Но открой завтра, хорошо? Раньше времени нельзя поздравлять, но мы уже сейчас убегаем. Вещи в коридоре, и мы прямо отсюда в башню…
Ребята помахали нам и умчались. Я посмотрела на Лолу и открыла рот, чтобы сказать, что жаль, что они уезжают, но тут дверь распахнулась в третий раз, и вошла Тельтина.
Разговор повторился практически дословно. Эльфиечка извинилась, что не может остаться до завтра, ее очень ждут дома именно сегодня на какое-то семейное торжество. И она забирает с собой Эварта, чтобы представить родителям. Вручила мне подарок, завернутый в красную бумагу, поцеловала в щечку и ушла.
— Лола, если ты мне сейчас скажешь, что хочешь тоже сегодня уехать, я тебе голову откушу, — сообщила я соседке.
— Не-е-ет, Кир! — открестилась она. — Я отмечу твой день рождения, а потом мы с Юргисом отправимся к нему. Он меня с родителями хочет познакомить. Но к Багонгу вернемся!
— И ты молчала?! — воскликнула я, забыв про все. — Он сделал тебе предложение?
— Пока нет. Но… мне кажется, он об этом подумывает. Он ведь раньше меня школу окончит. Мне еще два года учиться после его выпуска.
В общем, мой личный праздник на следующий день мы планировали отмечать в усеченном составе. Так как Лолина и Юргис планировали отбыть вечером, сразу как только мы посидим, то решили никуда не идти, а отметить, как и в прошлом году, тут, в комнате. Мы с соседкой сбегали заранее за тортом и напитками, заказали еды и все оставшееся время потратили на прогулки по магазинам. Лоле нужно было купить подарки родным, а я болталась с ней за компанию.

Глава 17
О девятнадцатом дне рождения, отъезде друзей, поломанных романтических планах и неожиданной выходке Аннушки

Утром следующего дня я вскрыла оставленные мне подарки от Тины и Эварта, Гастона и Мальдина. Потом получила сверток от Лолы и Юргиса. Затем пришел Карел и вручил мне цветы и тетрадь, размером и толщиной с Большую Советскую Энциклопедию, в кожаной обложке.
— Ого! — крякнула я, принимая весьма нелегкий подарок. — Ничего себе размерчик.
— Кирюш, я над ней сам поработал. Теперь это не просто тетрадь. Капнешь на первую страничку несколько капель крови — и никто кроме тебя не сможет прочитать, что в этой тетради написано, кроме того, ее можно уменьшить до приемлемого размера.
— Хм. А давай прямо сейчас, чтобы ты проконтролировал?
Я отнесла подарок на стол и открыла. Потом кольнула палец и накапала немного крови на первый лист. Алая жидкость тут же впиталась в бумагу, не оставив после себя даже следа, а мой напарник продолжил:
— С активацией на твою кровь все. Теперь дальше. Закрой, положи ладонь на обложку и произнеси заклинание…
Друг продиктовал мне слова, я их повторила, и огромная тетрадь уменьшилась до размеров карманного словаря, как их делают на Земле. У меня по английскому языку был такой: толстый-претолстый, но при этом размером с ладонь.
— Вау! Кру-уто! — впечатлялась я. — Это ты сам придумал и зачаровал? А нас ведь не учили такому?
— Случайно нашел заклинания, когда в архиве копались. А потом вместе с магистром Бонефуром разобрался в них. Ну и он проконтролировал, когда я сказал, что это для тебя, — смущенно улыбнулся Карел.
— Ты ж мой медвежоночек! — расчувствовалась я и от души расцеловала напарника в щеки.

Вскоре явился Ривалис, с хитрым взглядом всучил мне огромный сверток и уселся наблюдать, как я буду его вскрывать.
— Рив! — воскликнула я, разорвав бумагу и вынув кожаную сумку. Ту, которую я видела на летней ярмарке у торговца кожаными вещами.
— Ага! — отозвался эльф, улыбаясь до ушей.
— Ну ты даешь! — рассмеялась я, вытаскивая куртку, кожаные штанишки и все остальное, в чем летом устраивала рекламный показ для торговца-полукровки. — Когда успел-то?
— В наш трактир доставил посыльный, а я припрятал. Мне ведь что-то нужно было бы тебе дарить на день рождения. А тут я точно знал, что все подойдет. Я ведь молодец? — лучась от довольства, спросил ушастик.
— Ты умничка! — послала я ему воздушный поцелуй.
Ребята принялись подшучивать надо мной и ушлым ушастым хитрюгой, и тут пришли последние гости, Ивар и Юргис.
— Кира, с днем рождения, — сказал Изверг и протянул мне… кинжал.
Красивый, старинный… К тому же явно парный к мечу, который он мне презентовал летом. Только вот брать клинок я не торопилась.
— Ивар, прости, я на одну секундочку Лолу украду. Я быстро! — схватив соседку по комнате за руку, я выволокла ее в коридор, закрыла за нами дверь и уставилась на девушку.
— Ты чего? — спросила она, подняв одну бровь.
— Лола, колись! Насчет первых двух преподнесенных мне клинков я уже в курсе. Третье подаренное оружие — что означает?
— Н-ну… — закатила глаза вредная брюнетка.
— Лол, рассказывай. А то ведь я не приму кинжал от Ивара, если не буду уверена в последствиях. Он обидится, и это будет на твоей совести.
— Тьфу на тебя, — надула она губы. — Уж и пошутить не дала. Было так весело наблюдать за вами.
— Ло-ла! — по слогам произнесла я.
— Третье и последующие ничего не означают. Главное уже сказано, теперь это просто подарки. Так что не бойся, это не предложение руки и сердца.
— Фух! — выдохнула я. Распахнула дверь, стремительно вошла в комнату и протянула руки за подарком: — Ивар, спасибо! Это ведь парный кинжал к мечу, да? Ты мне расскажешь про них то, чего я еще не знаю?
— Кирюш, с днем рождения! — Ивар шагнул ко мне, вложил в мои руки кинжал в ножнах, наклонился, поцеловал и, отстранившись, с интересом взглянул на гору остальных подарков.
— Кстати, а ты куда Гаврюшу дел? — только дошло до меня, что дерхан явился без своего фамильяра.
— Он спит. Объелся тушеной капусты, опять свил себе гнездо из одеяла и отказался двигаться, — с улыбкой пояснил Изверг. — Его даже твой именинный торт не соблазнил.

Посидели мы отлично, хоть и не в кабаке, так как ребята подготовились и притащили выпивки. Наоборот, так даже уютнее оказалось, опять же, никуда не пришлось тащиться под снегом в темноте. А ближе к ночи все внезапно засобирались. Рив и Карел сказали, что отбывают прямо сейчас, чтобы родители их сразу же не взяли в оборот и не засыпали вопросами. Вот отоспятся, а с утра… Парни расцеловали меня в щечки, пообещали передать мой привет князю и княгине Клайтонам и покинули нас. Карел только на прощание шепнул:
— Будь хорошей девочкой, напарница. Без меня ни в какие интересные приключения не ввязывайся. А то обижусь!
Лолина и Юргис тоже извинились и… ушли в комнату Рыжика, в которой он сейчас ночевал один, так как Эварт уже уехал вместе с Тиной.
В итоге мы с Иваром остались вдвоем. Чтобы замять неловкость, я принялась собирать пустые бутылки и грязную посуду. Дерхан тут же подскочил и принялся мне помогать. Вот так молчаливо мы и занимались уборкой. Наконец все было сделано, а как вести себя дальше, я не знала. Не выгонять же гостя, а сам он уходить не торопился.
Смущенно кашлянув, я присела на кровать и взяла в руки «амбарную книгу», подаренную Карелом. Неловко перелистнула несколько страниц, погладила кончиками пальцев плотную кожаную обложку. Замечательная вещь. Надо за каникулы перенести сюда все свои ведьминские рецепты и заклятия. А то у меня сущий бардак в нескольких тонких тетрадках.
Ивар, не дождавшись приглашения, присел рядом со мной и словно невзначай обнял одной рукой за талию.
Чувствовала я себя ужасно глупо… Словно школьники какие-то, ей-богу. Я украдкой бросила на парня взгляд искоса и встретилась с ним глазами. Упс! Попалась!
Ивар чуть улыбнулся и стал наклоняться…
Отчего-то поначалу его губы действовали не так, как всегда, а нежно, осторожно. Словно мы делаем это впервые или он не хочет меня спугнуть.
Но очень скоро мы оба перестали чувствовать себя смущенно и скованно. Губы Ивара сминали мои, а его руки прижимали к себе все сильнее. Он усыпал поцелуями мое лицо, шею, снова лицо… А спустя совсем недолгое время я поняла, что… Боже, какие же мы дураки! Столько времени потеряли впустую! Не хочу больше думать, медлить и оттягивать, не желаю забивать себе голову всякими комплексами и ненужными мыслями «а что если». Мне нужен вот этот загадочный иномирянин. С его совершенно паранормальной способностью менять свое тело в нечто невероятное и жуткое. С дурацким характером и невозможной отрешенностью. Который заботится обо мне (пусть странно, но уж как умеет) с самых первых месяцев моего пребывания в этом чужом мне мире… Делающий подарки, которые не принято преподносить девушкам на моей родине, но так много говорящие на его… Который ничего не требует и не просит, но все время рядом и поддерживает как может. И пусть он меня бесит порой, но я хочу быть именно с ним и ни с кем другим. Не знаю, сколько продлятся наши отношения. Полгода, год… Может, он закончит ВШБ, уедет домой и думать забудет про взбалмошную сумасбродную ведьмочку. Но до тех пор у нас есть время, и я хочу провести его рядом с ним. А там — будь что будет. Жизнь все расставит на свои места.
И я чуть отодвинулась, позволяя нетерпеливым пальцам дерхана расстегнуть мою блузку, а сама принялась воевать с пуговицами на его рубашке.
— Кха-кха! — Деликатное покашливание мелодичного женского голоса заставило нас с Иваром буквально отлететь друг от друга. Я вообще шарахнулась в сторону так, что едва не упала на пол.
Судорожно вцепившись в полочки блузы, я оглянулась и оторопело уставилась на… Аннушку, которая неведомо как очутилась в моей комнате.
— Магистр Кариборо?! — обалдело спросила я, не веря своим глазам. Даже потереть их захотелось.
— А вы ожидали кого-то другого, адептка? — невозмутимо задала вопрос темная фея, под нашими изумленными взглядами прошла к столу Лолы, уселась на стул и положила ногу на ногу.
— Да я, собственно, вообще никого не ждала, — пролепетала я и бросила взгляд на Ивара. Парень торопливо застегивал рубашку, не глядя ни на меня, ни на преподавательницу.
— Видите ли, Золотова, — как ни в чем не бывало заговорила Аннушка, — я повесила на вас маячок. Нет, ваши приключения, шалости и работа меня ничуть не интересовали. Но вот… мм-м… скажем так, ваша инициация меня в некотором роде волновала.
— Что? — Я села на кровать, продолжая сжимать ткань блузки. Застегивать пуговицы под взглядом Аннушки было стыдно, так что я предпочла пока просто прикрыться.
— Да-да. Не знаю, осознаете ли вы, адептка, все последствия ваших поступков… Впрочем, я думала, что это случится раньше. Стенси, должна заметить, у вас поразительная выдержка. Столько времени ухаживать за девушкой и дать ей возможность не торопиться… Определенно вы заслужили мое уважение.
Ивар чуть нахмурился, но не проронил ни слова.
— Но, магистр Кариборо, я… — попыталась я что-нибудь сказать, пламенея от смущения и не зная, как себя вести. На редкость глупая ситуация!
— Одевайтесь, Золотова. Мы сейчас перенесемся в одно место. Как ваш личный учитель, я вынуждена была позаботиться даже о таких щепетильных вещах, коли уж по моему запрету у вас отсутствует куратор из ведьм. Своего напарника брать не нужно. А хотя, — она прислушалась к чему-то, ведомому только ей одной, — Вестова уже нет в Межреальности. А вот вы, Стенси, сходите в свою комнату и переоденьтесь во что-то походное, но не зимнее. И не забудьте оружие, флягу с водой и что-нибудь из еды.
— Магистр Кариборо, — чуть склонил голову дерхан, — могу я спросить, куда и зачем мы планируем отправиться?
— Можете, Стенси, можете. Только я вам пока не отвечу. Все узнаете на месте. — Она мило улыбнулась, и в комнате сразу стало холодно. — Поторопитесь!
Изверг, кивнув, послал мне взглядом поддержку и ободрение и быстрым шагом покинул комнату.
— Золотова, а вы чего ждете? — переключила свое внимание на меня Аннушка. — Я же сказала: одевайтесь в походную одежду. Что-то удобное, но не слишком теплое. Можете взять сумку. Вы ведь девушка, вам понадобится смена белья, ну и еще что-нибудь… И непременно воду и еду.
Ничего не понимая, но не решаясь спорить, я встала и прошла к шкафу. Сменила наряд на походный: брюки, рубашка, верные зачарованные сапоги. Натянула старую кожаную куртку, прошедшую нелегкие испытания в горах, воткнула в волосы заколки. Подумав, обмотала шею тонким шарфиком, который мне летом купил Ривалио. Потом набросала в сумку свертки с едой, положила на дно флягу с чистой водой, несколько запасных вещей и прочие необходимые в вылазках мелочи. Знаю я уже, как проходят «выгулы» Аннушки. После них что-то из одежды приходится просто выбрасывать.
— Меч! — указала мне взглядом на оружие фея. — И вот этот кинжал. Что-то новенькое… Стенси подарил?
— Д-да, — отозвалась я и пояснила: — У меня сегодня день рождения. Ивар подарил мне парный кинжал к мечу.
— Хорошее оружие, — одобрительно склонила голову магистр и грациозно встала. — А вот и адепт Стенси.
Не успело еще отзвучать последнее слово, как дверь открылась, и в комнату стремительно вошел запыхавшийся Ивар. Он успел сбегать в мужской корпус, моментально подготовиться к вылазке и примчаться обратно за какие-то несколько минут.
Магистр Кариборо шевельнула пальцами и вынула прямо из воздуха толстый талмуд в перламутрово-белой обложке. Ивар хотел ей помочь и даже шагнул вперед, чтобы взять из ее рук книгу, но преподавательница отрицательно качнула головой и сама аккуратно положила ее на пол. Открылся портал, в который мы, повинуясь ее жесту, шагнули, держась за руки.
«Загрузка новой реальности», — сообщил нам женский голос.
О как! Что-то новенькое. До того Аннушка таскала нас с Карелом исключительно в нереальность.

В ином мире ярко светило полуденное солнце, впереди расстилался лесок. Хотела бы я сказать, что он выглядел гостеприимным и светлым, но — увы! Кривые больные деревья, чавкающая под ногами почва и явно болото, расстилающееся впереди.
— Магистр? — спросил Ивар, придерживая меня рукой, чтобы я не вздумала шагнуть вперед.
— Итак, адепты, — спокойным лекторским тоном начала говорить Аннушка, сидящая прямо в воздухе на невидимом кресле, — перед вами Роща единорога.
Я бросила озадаченный взгляд на болото с убогими деревцами. Это  — Роща единорога? Да ну?!
— Выглядит она сейчас весьма непрезентабельно, согласна. Но что уж поделаешь, — поняла мои мысли преподавательница.
— Простите, магистр Кариборо, а для чего мы здесь? — задала я вопрос.
— О, адептка, все просто. Ваша задача: пробраться через болото, уничтожить по пути разную нечисть, которая попадется, добраться до сердца Рощи и вызвать единорога.
— Э-э-э… — глубокомысленно отозвалась я.
— Что-то непонятно? — ласково улыбнулась фея.
Она еще спрашивает?! Да я вообще в культурном шоке!
— Все непонятно, — честно призналась я. — А зачем?
— Потому что, если вы не проберетесь через болото, то не сможете его вызвать, — терпеливо «пояснила» Аннушка.
Ага! И до меня прямо так сразу все дошло! Ивар, наверное, тоже все осознал и во всем разобрался! Ведь такая простая задача! И главное, цели всего этого так ясны! Я покосилась на дерхана, хмуро рассматривающего редкий лесок с искореженными деревьями.
— Магистр, я все же не понимаю… Для чего это нужно? Ну, зачем мне вызывать единорога? И почему я?
— Какая же вы непонятливая, Золотова, — тяжко вздохнула преподавательница. — Единорога вызвать сможете только вы. Во-первых, вы светлая. Во-вторых, вы девственница. Мне туда дороги нет. Даже в таком больном виде Роща единорога меня не пустит, так как я — темная  фея, если вдруг вы забыли. Сделаете все как надо — приманите этого удивительного зверя, пообщаетесь.
— И-и? — вопросительно протянула я, бросив украдкой взгляд на Ивара. Надеюсь, он не слышал про мою девственность? А вообще я действительно не понимала, на фига все это надо.
— Ну, во-первых, единорог проведет вашу инициацию.
— Чего-о-о?! — От подобного предположения я не просто обалдела, а… ошалела, наверное. — Я не буду с ним… Ничего не буду! Я не зоофилка!
Ивар с недоумением посмотрел на меня, явно ожидая пояснений. Но я стояла, вытаращившись на преподавательницу и гадая, в своем ли она уме.
— Золотова, зная вашу буйную, неуправляемую фантазию, я даже предположить не берусь, что вы сейчас себе навоображали, — чуть приподняв брови, проговорила Аннушка. — Единорог заменит Верховных ведьм и проведет вашу инициацию. Так понятнее?
— Мм-м… — Я судорожно пыталась сообразить, кто меня ввел в заблуждение. Сейчас магистр или ранее все остальные? Как-то не так мне описывали инициацию, и я предполагала, что она случится сама собой, когда мы с Иваром станем близки. А тут Верховные ведьмы, единороги… Получается, что… Нет, ну с ведьмами я в одной постели точно никогда не оказалась бы. Значит?..
— Далее, — приняв мое молчание за согласие, продолжила фея, — если единорог сочтет вас достойной, он вам что-нибудь подарит. И поверьте, Золотова, вам  это очень пригодится! — выделила она интонацией местоимение. — Ну а после делайте с адептом Стенси то, что вы планировали.
— Здесь?! — Я так опешила, что даже забыла смутиться и посмотреть на застывшего соляным столбом дерхана.
— Да, — просто ответила Аннушка.
— Магистр, при всем уважении… — отмер Изверг и попытался высказаться. Причем его голос… Вот именно так, по моему мнению, разговаривают потомственные аристократы бог знает в каком поколении, когда хотят показать собеседнику, что они оскорблены предположениями.
— Адепт Стенси, вы, кажется, не осознаете кое-чего. Ваша девушка — очень сильная неинициированная светлая ведьма. К тому же не менее сильный маг. Если вы не в курсе, ее резерв почти в два раза больше вашего. И она абсолютно не умеет себя контролировать. А неуправляемая сила ведьмы… Хоть примерно представляете, какой мощный выброс энергии может случиться? Нет? А я вам скажу! Этого будет достаточно, чтобы вылечить от заразы всю эту территорию, — обвела рукой пространство вокруг Аннушка. — А также чтобы… Впрочем, это уже не важно. Я успела вовремя и предотвратила все неприятности для школы и Межгорода. Ну и заодно помогу немного этой реальности и редкому магическому животному.
— Вы хотите сказать, — неверяще сглотнула я, — что нам нужно… тут… ну…
— Золотова, вы ведь не думаете, что меня интересовали бы ваши забавы при других обстоятельствах? Но коли уж я взяла вас под свою опеку и не позволила магистру Новарду пригласить к вам одну из Верховных ведьм, то мне и отслеживать вашу личную жизнь. Сначала инициация! Потом делайте что хотите. Сама я инициировать вас не могу. Я — темная. Вы ведь не хотите стать темной колдуньей? — Я помотала головой, и она продолжила: — Поверьте, мне есть чем заняться, кроме как держать свечки над учениками. Вот пообщаетесь с единорогом, пройдете с его помощью инициацию — и можете наконец исполнить мечты этого замечательного юноши, который полтора года сходит по вам с ума.
«Замечательный юноша» сначала побледнел, затем покраснел, потом сжал зубы, чтобы чего-нибудь не ляпнуть. При этом смотрел он старательно куда угодно, только не на меня. А я умирала от стыда и готова была провалиться сквозь землю. Боже, позор-то какой! Поцеловалась с парнем на день рождения, называется. Очутилась черт-те где, выслушала шокирующие откровения. Теперь же придется переться к мифическому единорогу, биться с нечистью и пачкаться в болоте. А потом… Ы-ы-ы.
Ни за что!
— Ступайте, адепты, — величаво послала нас подальше фея. — Ах да! Стенси, возьмите книгу. Активируете портал для переноса в школу сами. А у меня много других дел, некогда мне тут за вами приглядывать.
Отдав талмуд Ивару, фея просто исчезла. Только что была и уже нет…
— Ивар, прости, я… — вымученно промямлила я, когда пауза стала затягиваться. Смотреть на парня мне было неловко, а потому я разглядывала мыски своих сапог, которые уже успели завязнуть в грязи.
Раздались чавкающие звуки, я увидела ноги боевика, подошедшего вплотную ко мне. Но поднять голову и посмотреть ему в лицо я не решалась. Господи, какая же срамота!
— Я люблю тебя! — просто сказал он и обнял меня, позволив спрятать лицо на его плече.

Глава 18
О тяжелом походе и битве с нечистью, встрече с единорогом и инициации

— Ивар, — спустя некоторое время начала я сбивчиво говорить, — ты не сильно обидишься, если… Я не могу так. Это ведь ненормально! Нет, я хотела, правда! Ты не думай, но не так же… Когда Аннушка отправляет нас сюда для того, чтобы… Давай мы сделаем все, что она хотела, ну, болото, единорог, инициация под его контролем, а остальное… Я не могу! Честное слово!
Блин, еще немного, и у меня начнется истерика.
— Хорошо, — спокойно ответил дерхан. — Я не стану тебя торопить.
— Правда? — Я вскинула голову, чтобы заглянуть в серые глаза. — И ты не обидишься?
— Нет, Кирюш. Если ты не хочешь, значит, ничего не будет, — погладил он меня по щеке.
— Я хочу, но… — Прикрыв глаза, я сделала три глубоких вдоха, чтобы хоть немного успокоить расшалившиеся нервы.
И Карела, как назло, нет. Он бы меня понял и успокоил. Он всегда знает, что надо сделать, чтобы я перестала паниковать или истерить. Но Ивар не мой напарник и как поступать с такими ненормальными, как я, похоже, не в курсе.
— Идем, Кирюш. Быстрее пройдем болото и вызовем единорога, быстрее сможем вернуться обратно в школу.
— Идем, — снова вздохнула я, беря себя в руки и отгоняя рефлексию.
По-дурацки как-то все вышло, как и все в моей жизни в последнее время. Но что уж теперь…
Где ты там, нечисть? Выползай! Я сейчас буду вымещать на тебе свое дурное настроение, а еще мстить за испорченный вечер дня рождения и несостоявшуюся первую ночь с парнем. А ведь так хорошо все начиналось… Вот уж Лола надо мной будет смеяться. Не-е-ет, не смеяться, а гоготать как сумасшедшая. И причитать что-нибудь типа: «Все у тебя не как у нормальных девушек». Таки да! В этот раз я с ней соглашусь.

Идти было трудно. Влажная почва проседала под ногами, и сапоги выныривали из нее с противным чпокающим звуком. И чем дальше мы уходили от места «высадки», тем глубже становилось болото. И к тому же мошкара… Тучи мелкой, противной, кровожадной мошкары, из-за которой приходилось постоянно поддерживать щит.
А спустя некоторое время мой амулет, предупреждающий о присутствии нечисти и нежити, начал нагреваться. Я сказала об этом Ивару, но он только кивнул и ткнул себя в грудь, давая понять, что у него имеется подобный амулет.
Первой на нас напала небольшая стая болотных ухрястиков. Некрупная кровососущая нечисть, внешним обликом напоминающая бобров-мутантов с жуткой зубастой пастью. Ухрястики, пожалуй, самые безобидные существа из тех, что водятся в подобных местах, и мы быстро с ними расправились. Мне так вообще не пришлось напрягаться. Просто заморозила влажную жижу, заставив уродцев застрять на месте, а дерхан прошелся и мечом поотрубал им всем головы. Выглядело омерзительно. Я сглотнула подкативший к горлу ком и отвернулась от этой кровавой каши. Ничего не могу поделать с собой, хотя и понимаю, что этим тварям нельзя сохранять жизнь, ведь, будь на нашем месте простые люди, не маги, от них уже остались бы лишь обглоданные скелеты. И все равно противно так, что ужин наружу рвется.
Дальше стало хуже… Ума не приложу, что случилось с этим местом, но виды обитающей здесь нечисти просто поражали воображение. Интересно, знала ли Аннушка, когда отправляла нас сюда? Или это своего рода проверка? Я бы не удивилась. Она нам с Карелом устроила такую муштру, что с нее сталось бы взять и полюбопытствовать, как я выпутаюсь без напарника. Жаль, здесь со мной не он. С Карелом мы привыкли работать в тандеме, не было нужды что-то объяснять и доказывать, никто из нас не пытался командовать. Мы работали в связке. С Иваром так не выходило. Дерхан четко дал мне понять, что здесь главный — он, а я должна оставаться на подхвате и слушаться его команд. Не знаю, наверное, это нормально. Он мужчина, он старше и опытнее, он другой, более мощной расы, в конце концов, но мне это было непривычно и напрягало.
Примерно через час мы были в грязи по уши! Мечи уже даже не убирали в ножны, так как нечисть лезла и лезла. Мы этих чудищ жгли, замораживали, рубили, взрывали, топили, а они все откуда-то выползали. Я уже даже сбилась со счета, сколько из изученных на бестиологии видов мы встретили.
Все непроходимее становилось и болото. А потом я почуяла впереди очередную нечисть, но иную.
— Ивар, погоди! — остановила я дерхана, сформировавшего огненный шар. — Тут что-то не то.
— Что?
— Подожди…
Я опустилась на корточки и приложила раскрытую ладонь к грязной воде, пытаясь через нее прослушать, что там впереди. А когда с трудом уловила ответ, то вскочила на ноги и прошипела:
— Ивар! Быстро назад! Гидра!
Увы, мы не успели. В нескольких шагах перед нами из ямы выметнулись вверх зубастые пасти. Одна, вторая, третья… Семь очень голодных и злых голов болотной гидры. И опять… в связке с Иваром было очень тяжело работать. Он не ждал моей помощи, не говорил мне, что делать, просто сам начал атаковать, а я как дура стояла и не знала, что предпринять. Пришлось действовать на свой страх и риск. Опять заморозила воду вокруг чудовища. Выпустила в него несколько ледяных стрел — этому я уже научилась на дополнительных занятиях по управлению стихией воды. Только вот ничего больше я не могла, так как боялась попасть смертельным заклинанием в боевика. Он, конечно, справлялся, и очень хорошо. Уже три из семи голов гидры валялись отрубленными, только вот беда: эта тварь имела фантастическую регенерацию и из окровавленных срезов прямо на наших глазах начали расти новые головы.
— Ивар! — наконец рявкнула я, не выдержав бездействия. — В сторону!
Дерхан весьма неохотно, но послушался и отскочил вбок, открывая мне обзор на болотного монстра, а я… Когда-то Лидия сказала, что я научусь управлять стихией так, что мне ничего не будет стоить приказать воде покинуть тело. И если с мамой Неллины работа была безумно тяжелая и филигранная, так как я хотела спасти женщину, то сейчас…
Я посмотрела на огромное, лоснящееся чешуйчатое существо, мечтающее нас сожрать, и отдала приказ воде в его теле. А потом отстраненно наблюдала за происходящим. Не прошло и пяти минут, как перед нами лежала семиглавая мумия.
— Кира, это сделала ты? — неверяще спросил Изверг и, хлюпая по грязи, подошел ко мне.
— Нет, — сухо солгала я, не глядя на него.
— Кира, у тебя светятся глаза. Что происходит? — вкрадчиво поинтересовался он.
— Я устала, Ивар. Не хочу даже знать, сколько тут еще подобных существ… Давай просто быстрее доберемся до сердца Рощи и попробуем позвать единорога, — безэмоционально ответила я, бросила поисковое заклинание широкого действия и пошла вперед.
— Кира!
— Не сейчас, Ивар!

К концу нашего путешествия я устала, озверела, полностью опустошила свой резерв и накопители. Ивару было еще хуже. Во-первых, его резерв меньше моего нынешнего, во-вторых, у него не было таких мощных накопителей, как у меня. Я-то жадный предусмотрительный хомяк, заплатила страшенную сумму за них и Карела заставила, благо у нас сейчас были деньги. Спасибо тебе, дракон из безымянной нереальности, твоя сокровищница очень нас поддержала финансово.
Когда мы с Извергом оба лишились магических сил, а конечной точки маршрута еще не достигли, ему пришлось раздеться до пояса и принять боевую трансформацию. Я видела, что он этого не хотел. Дерхан понимал, что мне его облик, мягко говоря, не нравится, но…
Наконец я попросила остановиться. Присела на какую-то относительно сухую кочку и принялась качать энергию из окружающей среды. Болото — это вода вперемешку с землей и флорой. Со стихией земли у меня отношения пока не складывались. В школе нам еще не успели преподать это отдельной дисциплиной. А магия жизни — это вотчина лекарей и светлых эльфов, то есть мне также не подходила. Вода же, «обитающая» тут… Грязная, больная, почти не дающая такой нужной мне энергии. Я просидела, наверное, с целый час, по крупинкам вытягивая силу, фильтруя ее и заполняя резерв. А Ивар…
Когда я открыла глаза, покачнувшись от внезапно накатившего головокружения, вокруг меня шла бойня. Трупы, трупы, трупы, отдельно ноги, лапы, головы и разрубленные пополам тела. И это была уже не нечисть, прибежавшая на запах пищи, а нежить. Поднялись останки различных болотных обитателей. И все это нужно не просто разрубить, а упокоить и сжечь.
И между мной и этой полуразложившейся неживой стаей метался черный чешуйчатый монстр с жуткой пастью и мечом в руке. Я с трудом встала, так как тело закоченело и затекло, повела рукой, и толпа нежити увязла во льду.
— Ивар, возьми накопитель! — протянула я дерхану браслет. — У меня некоторые сложности со стихией огня, лучше ты сам… А я разомнусь, а то одеревенела, пока силы накапливала.
Я вынула из ножен меч, а во вторую руку взяла парный к нему кинжал. И тот и другой нестерпимо сияли, давая надежду, что управимся мы быстро.
Изверг оставался верен себе. Немногословен, хладнокровен, сдержан, нелюбопытен. Порой его характер бесил до невозможности, так как эта его нарочитая отстраненность меня останавливала и тоже не давала проявить свой нрав. С Карелом было легче, с ним я могла не сдерживаться и быть собой. Ругалась, ворчала, буянила, эмоционально реагировала на то, что меня задевало. А мой напарник меня уравновешивал, но не подавлял. С Иваром так не получалось, он не был моей боевой и дружеской парой. Увы! Нравился, манил как мужчина, заставлял мое сердце биться чаще, но…
После сегодняшнего приключения (еще не закончившегося, кстати) я сделала для себя выводы. Мы с Иваром можем встречаться, быть любовниками, возможно, в будущем и кем-то более близким, ведь чем черт не шутит, рано или поздно и я захочу замуж. Но мой напарник — Карел, и этого не изменить. Он словно моя половинка, а я, хотелось бы верить, — его.
С нежитью Ивар управился быстро. Спалил все эти смердящие трупы к чертовой бабушке и устало присел на кочку, на которой до того медитировала я.
— Кира, у вас с Карелом всегда так? — неопределенно повел он вокруг рукой.
Слышать голос красавца боевика от этой чешуйчатой страхолюдины мне каждый раз было странно, но как-то привыкла уже и перестала заморачиваться. Поэтому подошла, плюхнулась рядом и пожала плечами.
— Почти. Аннушка весьма изощренно над нами издевается. У нее очень своеобразный подход к обучению. — Я нервно хохотнула, вспомнив наш самый первый панический побег от дракона. — Ты же видел, в каком состоянии мы возвращаемся после вылазок с ней. Первое время думали, что сдохнем. Потом, конечно, втянулись. Но все же…
— Знаешь, я поначалу жутко завидовал вам. Попасть в личные ученики к магистру Кариборо — это нечто нереальное, феноменальная удача. Но чем дольше смотрю на вас с Карелом, тем больше понимаю, как мне повезло. Меня возьмет магистр Аррон, мы уже договорились на следующий год.
— Понятно, — лаконично отозвалась я. — Ну что, идем? Я попробую по пути набрать еще сил из воды. А накопитель опустошай, у тебя-то вообще энергии не осталось.

Когда мы наконец дошли до обширной поляны, если можно так назвать это притопленное пространство, окруженное кривыми уродливыми деревцами, то оба были без сил. Ни магических, ни физических у нас не осталось. Нет, Изверг однозначно держался лучше. Он вообще крутой дерхан в боевой ипостаси и все такое. И именно он защищал меня последние два часа пути. Я была простым балластом и переставляла ноги больше по инерции и из упрямства, коего мне не занимать.
Посредине этого места, на которое мы выбрались, высилась некогда белая каменная беседка с колоннами, а рядом с ней располагался гнилой заболоченный прудик.
— Оно? Сердце Рощи? — спросила я, осматриваясь.
— Похоже на то. Что будем делать? — Ивар пошел вперед, держа в руке меч.
— Ты хотел спросить, что я  буду делать? — выделила я местоимение. — Понятия не имею. Приманивать единорога каким-то образом, но сначала давай чуток отдохнем.
В беседке сохранились потрескавшиеся каменные скамейки, на которые мы и попадали. Я лежала на спине, глядя сквозь дырки в своде на голубое небо, на бегущие пушистые облака. Сама не заметила, как начала искать сходство в этих пушистых комках белого пара с разными животными. Вот слон с тремя ногами, длинным хоботом и огромными ушами. Вот собака. А это лев с лохматой гривой. Вот это похоже на пони с рогом на лбу, как из детского мультика. Улыбнувшись, я принялась мысленно вытягивать облачко, чтобы ноги стали длиннее, тело — пропорциональнее, рог — мощнее. На небе ничего не менялось, так как у меня не осталось энергии на управление стихией воды, но в своем воображении я уже нарисовала прекрасного белоснежного скакуна с длинным витым сверкающим рогом.
— Что это? — вдруг вскинулся Ивар, выдергивая меня из грез.
Я тоже села и прислушалась. Рядом чудилось чье-то присутствие. Но в этот раз ощущения от него были светлыми, да и мой амулет оставался холодным. Неужели?..
— Жди! — велела я дерхану, соскользнула со скамьи и вышла из беседки. Покрутилась на месте, пытаясь понять, где находится то существо, чье присутствие я чувствую.
А потом услышала шепот в своей голове:
«Иди! Иди! Я жду!»
И я пошла… И лишь отойдя от беседки, в которой остался Ивар, наблюдающий за мной наготове, я увидела его …
Именно такого, как я придумала. Тонконогий, идеальный, с умными фиолетовыми глазами, ниспадающей до самых копыт гривой, роскошным хвостом и сверкающим, будто хрустальным, витым рогом на лбу.
— Ну, здравствуй, — прошептала я, осторожно приблизившись к нему.
Единорог переступил ногами, нервно вдохнув, взмахнул длиннющими ресницами и потянулся ко мне. Я аккуратно погладила грязными пальцами его шею, но на белоснежной шкуре не осталось ни пятнышка.
«Ты пришла! Хорошо! — снова прозвучал в голове тот же шепот. — Ты поможешь?»
— Помогу, — согласилась я. — Ты только скажи как.
«Не знаю, — мотнул хвостом сказочный зверь. — Ты ведающая, ты маг, ты невинная. Ты поможешь».
Я только криво улыбнулась. Да уж! Высокая оценка, ничего не скажешь, только и я не знаю, что делать.
«А ты примешь мои дары? Согласишься?» — мысленно спросил мой собеседник, не дождавшись от меня реакции.
— Соглашусь, куда ж я денусь? — Мой вздох был слышен, наверное, на весь лес. Ох уж эти дары… Впрочем, Аннушка что-то говорила насчет того, что подарок единорога мне может пригодиться.
«Познай стихии!» — сообщило это коварное животное, не дав опомниться, и ткнуло меня своим рогом в область сердца.

Я в ужасе глянула на свою грудь, ожидая фонтана крови, но ничего не было. Хотя я же чувствовала, как кольнуло сердце. Я уже открыла рот, чтобы высказать все, что думаю о его выходке, но… Ругательством поперхнулась, так как на меня обрушился воздушный вихрь. Закружил, завертел, приподняв над землей, «протер», словно полотенцем, лицо и руки, снимая слой болотной грязи. Затем бережно поставил на ноги, ласково погладил по щеке и умчался. А у меня появилось ощущение, что стихия со мной познакомилась и решила, что мы вполне можем дружить.
Я еще стояла с открытым ртом, пытаясь прийти в себя, как вокруг меня вспыхнул огонь. Могла бы — завопила бы от ужаса, потому что стоять в центре бушующего пламени — это реально жутко. Паника захлестнула с головой, и лишь через несколько секунд я поняла, что этот огонь меня не обжигает. Греет, но не жжет. Я украдкой перевела дух, а алый «язык» лизнул меня в щеку, умыл все лицо, пробуя на вкус, после чего затрещал. И в этом треске я отчетливо услышала недовольное фырканье. Не понравился мой вкус стихии огня. Пламя взревело, взметнулось вверх и опало, оставив после себя понимание, что в определенных рамках слушаться меня стихия будет, но многого от нее ждать не стоит. Я ей «невкусна», так как во мне преобладает сила воды.
Следующим произошло общение со стихией земли. И скажу я вам, когда ты вдруг по пояс проваливаешься в почву, хотя до того стоял на вполне твердом месте, это… А земля стала «знакомиться». Сначала сжала как в тисках, но моментально отпустила. Мелкие крупинки чернозема поползли по коже, заставляя ежиться и хихикать. Длинная травинка заползла ко мне за шиворот и пощекотала там, а на уровне эмоций и ощущений почудилась улыбка кого-то бесконечно доброго, мудрого, вечного. Меня приняли как малого ребенка, у которого впереди вся жизнь, того, от кого не ждешь невозможного, но любишь уже за сам факт его существования. Меня приняли, дали знать, что послушаются, если понадобится, но опять же, это не дружба, не управление стихией в полном объеме, а мне просто помогут.
Почва под ногами дрогнула, меня вытолкнуло наверх, и вот я снова стою на том же самом месте, и ничто не напоминает о том, что секунду назад я была погружена до талии в яму.
И напоследок на меня обрушилась вода. Вот это уже было мое ! Водная стихия радовалась, играла, смеялась, как добрый друг. Не успела я опомниться, как меня «постирали» и «помыли», удаляя все последствия похода по болотам. Затем я получила нечто похожее на мокрый поцелуй в щеку, и вода схлынула, оставив меня взъерошенной и помятой, но чистой и сухой. А главное, мой резерв снова был полон.

— Вау! — только и нашлась я что сказать, когда буйство первозданных стихий вокруг меня прекратилось.
Рогатое непарнокопытное рассмеялось прямо в моей голове.
«Ведающая, ты познала все стихии», — констатировал единорог.
— Ну как бы да, — согласилась я, ожидая подвоха.
«Ну, тогда я пошел», — со смешком сообщил он мне.
— Э-э! Погоди! Это что сейчас было?
«Инициация», — как само собой разумеющееся пояснил он.
— Ага! Так вот ты какая — инициация! — Я почесала кончик носа и спросила: — А дальше что?
«А дальше сама. К тому же тебя ждет вон тот милый юноша. Как закончите помогать, развлекайтесь, дети мои!»
И рогатый скакун прыгнул и растворился в воздухе.
— Эй! — закричала я. — Стой! Что значит «развлекайтесь»?! А помогать тебе как? Что делать-то?
Никто мне не ответил, так что я развернулась и побрела обратно к беседке, где меня ждал встревоженный Ивар. Как только я подошла, парень набросился на меня с расспросами, а от него шла ощутимая волна паники.
— Что это было? Куда ты пропала? Шла, шла и вдруг исчезла в тумане. Я звал, подбежал, но тебя там не было! Что происходит?! Я вернулся сюда, тут тебя тоже не оказалось!
— Спокойствие! Это я общалась с единорогом. Он провел инициацию.
— И? — Поняв, что все нормально, Ивар мгновенно успокоился, убрал меч в ножны и даже присел на скамейку. — Какой он, единорог?
Я ожидала града вопросов о том, как все проходило, но нет. Изверг — это Изверг. Никаких лишних эмоций и неуместного любопытства.
— И — не знаю. Этот рогатый тип мне ничего не объяснил и исчез. Красивый он, кстати. Прямо как в сказке. Ладно, давай думать… Аннушка сказала, что мы должны очистить это место от скверны, скажем так. Есть идеи?
— Ни одной, — после долгой паузы признался Ивар.

Глава 19
О трудных задачах и поиске решений, деактивации магии смерти и активации источника

С одной стороны, меня это немного огорчило, ведь всегда приятнее, если кто-то уже имеет полезные мысли. С другой — ничего иного я и не ожидала. За проведенные в Межреальности полтора года я уже поняла, что отличаюсь от всех остальных своим… как бы это помягче выразиться… извращенным сознанием жителя крупного города технического мира. Там, где все прочие пребывали в статичности и существовали в неких рамках, я начинала искать лазейки, а то и пёрла напролом. И хочется верить, что это не моя личностная особенность, а специфика мировоззрения землянки.
Вот и сейчас, бросив недовольный взгляд на своего спутника, я покинула его и отправилась изучать лужайку и пруд. Если это сердце Рощи единорога, значит, тут должно быть что-то такое, что отличало бы это место от всей прочей территории.
— И что ты ищешь? — спросил догнавший меня дерхан.
— Мы  ищем! — исправила я его. — Понятия не имею. Какой-нибудь артефакт, или алтарь, или источник магии, или древние камни, стоящие в особом порядке, или еще что-то эдакое, отличающееся от болота и уродливых деревьев вокруг.
Ивар хмыкнул, покачал головой, но и в этот раз остался верен себе. Не высказав никаких едких замечаний в мой адрес, он отправился изучать окрестности. И именно он первым и нашел нечто, что, возможно, и требовалось.
— Кира! — позвал он меня минут через десять. — Вот это подходит?
Я рысью припустила к нему. Боевик стоял на берегу грязного мертвого прудика и разглядывал что-то у своих ног. Оказалось — небольшой валун, который когда-то был белым. Идеальная каменная полусфера, почти целиком вросшая в грязь.
— И что это может быть? — озадачилась я, попинав для профилактики верхушку валуна мыском сапога.
— Представления не имею. Ты же просила найти что-то особенное. На мой взгляд, этот полукруглый камень вполне подходит под твое описание, — улыбнулся Ивар.
— Ага! — согласилась я, присела на корточки и принялась отчищать камень от грязи, заодно частично откапывая его по периметру. А Изверга попросила: — Пройдись вокруг прудика, поищи что-нибудь похожее.
Таких камней нашлось семь. Все они располагались на равном расстоянии друг от друга и казались братьями-близнецами. От береговой кромки пруда они тоже были одинаково удалены. Мы их отчистили, частично откопали из земли, осталось решить, что делать дальше.
— Слушай, давай перерыв устроим. Надо подкрепиться, отдохнуть и подумать, — предложила я.
Пикник мы устроили в беседке, там все же чище, да и скамейки имеются. Покончив с едой, я облокотилась на каменный бортик и принялась сканировать пространство, благо стихия воды вернула мне запас сил. Лес с искореженными больными деревьями и болото были мертвыми. Совсем! Но на лужайке некие проблески жизни наблюдались, и больше всего их осталось непосредственно у пруда, за той невидимой линией, которую создавали белые камни, отделяя его от остальной территории.
— Ивар, ты ничего странного не чувствуешь? — поинтересовалась я. — Попробуй просканировать пространство и прислушаться к ощущениям.
— В пруду осталось небольшое количество магической энергии, в отличие от всего окружающего пространства, — сообщил он через некоторое время.
— Вот и мне так показалось. Ну что ж… Значит, пойдем разбираться, очищать водоем и смотреть, что там такое спрятано на дне. У тебя какие отношения со стихией земли? Мы пока еще не изучали этот предмет в школе, так что…
— Нормальные, — пожал плечами Ивар. — Мы ее уже проходили, так что в рамках школьного курса. Так же как с водой и огнем.
— Тогда так! — принялась я распоряжаться, встав со скамьи и убирая в сумку шарфик, который сняла, пока ела. — Я сейчас уберу из пруда всю воду. Мне с этой стихией легче всего работать. Потом ты выгребай грязь, ил и что там еще на дне скопилось и левитируй куда-нибудь в сторону. А там по ходу дела разберемся. Держи, я слила в накопитель немного силы. Делюсь!
Ивар смотрел на меня со странной улыбкой, но с места не трогался.
— Что? — в нетерпении переступила я на месте.
— Я люблю тебя, — просто сказал он. — Люблю твой характер, твою неуемную энергию. То, как ты себя ведешь в нестандартных ситуациях. Ты такая… другая …
— Чего это я «другая»? — смущенно проворчала я и отвернулась, чтобы скрыть предательский румянец.
— Идем? — Дерхан взял из моей руки накопитель, встал и пошел к выходу.
Мне не оставалось ничего, кроме как кивнуть и отправиться за ним, стараясь не показать, как меня тронули его слова.

Дальше мы работали. Я выпарила всю влагу из заболоченного пруда. Ивар возился дольше, но так и работа ему досталась более сложная. Кучи того, что раньше было перемешано с водой и покоилось на дне, комками поднималось и перелетало на несколько метров в сторону. Пока Ивар трудился, я тщательно сканировала эту грязь, чтобы не оказалось, что вместе с нею мы выгребли что-то важное.
— Кира, глянь-ка! — позвал меня парень, когда выполнил свою часть добровольно взятой на себя обязанности.
На дне высохшего пруда лежал еще один валун, только на этот раз черный, и от него разило магией смерти. Я даже присвистнула, когда почувствовала это.
— Сможешь его обезопасить и убрать? — спросила Изверга. Он ведь старше, значит, и на некромантии им дали больше знаний.
— Если ты мне поможешь. Нужно больше сил, а мой резерв еще не восстановился.
Я без слов забрала из его рук свой накопитель, слила туда еще энергии и вернула. Неприятно быть всего лишь батарейкой, но я понимала, что моих знаний недостаточно. Все же, как ни крути, я учусь на втором курсе, а Ивар — на четвертом. Кроме того, он говорил, что дерханы — сильные маги. А я по-настоящему сильный маг только в стихии воды, да и то благодаря подарку русалок. Во всем прочем я добиваюсь хороших результатов исключительно благодаря упорной учебе и бесконечным тренировкам. Ну, типичная такая заучка и трудоголик.
Дальше Изверг чертил кинжалом пентаграмму вокруг валуна, писал какие-то закорючки вдоль линий, окроплял ее кровью, после чего встал в центре и прочел заклинание, которого я также не знала. В магическом зрении я видела, как засветилась пентаграмма, от нее отделились лучи и понеслись к черному камню. Что-то происходило, но я могла лишь наблюдать за этим, не понимая смысла. Ивар же резко выкрикнул несколько гортанных слов, полоснул кинжалом по ладони, чтобы напитать ритуал кровью. А когда все закончилось, пропитанный магией смерти валун перестал испускать губительные волны. Ныне это был обычный камень необычно правильной формы.
— Все! — окликнул меня побледневший до синевы боевик. — Теперь его можно вытаскивать.
— Ты как? — встревожилась я.
— Нормально! — сжал он зубы и мотнул головой.
Ну чего он? Я же беспокоюсь… Вижу ведь, что у него резерв пуст, он сейчас магичил на моих запасах.
Зыркнув на меня, когда я хотела спуститься и помочь, боевик отрицательно покачал головой. Мне пришлось остаться наверху, чтобы не задевать его. Наверное, у дерханов не принято быть хоть в чем-то слабыми.
Остатки отданной ему силы Ивар потратил на то, чтобы отлевитировать обезвреженную нами каменюку в сторону. После чего развел руками и сообщил, что он пуст, так же как и отданный ему накопитель. На что я коварно улыбнулась, спустилась к нему на дно и предложила вместе поработать ручками. Эти маги… избалованные до неприличия, ничего не в состоянии делать сами. Та же Лола понятия не имеет, как стирать вещи или мыть пол, и, пока не выучила бытовые заклинания, была абсолютно беспомощной.
Усердно взрыхляя грунт кинжалами, мы откапывали то, что было спрятано и заблокировано магией смерти. А потом прямо между наших пальцев вверх брызнули яркие лучи, которые по мере увеличения ямы превратились в столб света, бьющий в небо.
— И что дальше? — озадачился Ивар, проведя грязной рукой по щеке, отчего на ней осталась черная полоса.
— Вот если бы я знала, — в тон ему отозвалась я. Встала и выглянула, чтобы осмотреться вокруг опустевшего водоема.
Ничего не изменилось. Как не пополнялись и наши силы. Если допустить, что мы откопали источник магии, то, по идее, наши резервы бы стремительно наполнились. Но этого не случилось.
— Все, я пас! — заявил Изверг. — Не знаю, во что нас впутала Аннушка, но какой-либо логики в ее поступке я не вижу. Закинула нас, точнее, тебя, а меня за компанию в мертвое болото. С единорогом ты поговорила, инициацию как ведьма прошла. Это хорошо. Не расскажешь, кстати? — Я покачала головой, и Изверг, флегматично пожав плечами, продолжил: — Далее! Мы откопали нечто, что было погребено силой магии смерти. Но далее ничего необычного-то не происходит.
Несколько минут мы, не говоря ни слова, сидели и гипнотизировали бьющий вверх свет. Будь я с Карелом, уже выдвинула бы с десяток различных гипотез и предложений. Мы с ним частенько устраивали такие мозговые штурмы, и самые бредовые идеи, естественно, рождались у меня. Но рядом с Иваром я стеснялась выглядеть глупо и потому отмалчивалась.
А спустя некоторое время я поняла, что испытываю практически непреодолимое желание войти в светящийся столб. Аж кончики пальцев зудеть начали, так мне хотелось прикоснуться к нему, а еще лучше — встать в его центр и посмотреть, что будет.
— Ивар, давай-ка я проверю кое-что, — смирившись, произнесла я. — Выбирайся и отойди за те круглые белые камни.
— А ты? — напрягся он. — Я не позволю тебе…
— Ивар, я ведьма, не забыл? Мне дано кое-что, чего маги не могут, не умеют и не понимают. Я хочу кое-что проверить, но твое присутствие мне мешает.
— Кира, я…
— Пожалуйста, — улыбнувшись, я погладила парня по руке. — Я не собираюсь рисковать. Ты же видишь, что в этом  нет ничего темного. Но понять ведь нужно?
Повинуясь какому-то внутреннему убеждению, я сняла с себя все оружие и вручила его Ивару, жестом велев ему удалиться. С огромной неохотой, упрекая меня в том, что я рискую, а он сам не понимает, почему потакает мне, парень все же выполнил мою просьбу. А я глубоко вдохнула для храбрости и шагнула точно в центр света. Секунда, на которую я ослепла, а потом мир взорвался красками и пришло ни с чем не сравнимое чувство эйфории. Это был восторг и экстаз в чистом виде. Нечто запредельное по остроте ощущений, безумное счастье и радость, всеобъемлющая любовь ко всему живому и миру в целом. Изумленно засмеявшись, я раскинула руки в стороны и закружилась на месте.
Что происходило за пределами яркого луча, в котором я стояла, неизвестно, но мне было и так хорошо. А когда все эти невероятные ощущения схлынули, свет угас. Остались только счастье и радость, переполнявшие душу, и еще уверенность, что все замечательно. У меня все получится! Жизнь прекрасна!
Чуть пошатываясь от ошеломления, я выбралась наверх и подошла к Ивару, стоявшему в стороне и смотревшему на меня с изумлением и восторгом.
— Что? — подняла я брови, требуя объяснения.
— Как ты это сделала? — прошептал он.
— Что — «это»?
А парень просто повел рукой вокруг, не отрывая от меня глаз.
Хо-хо! Нет, не так! Как Санта-Клаус говорит? Хо-хо-хо!
Сердце Рощи единорога преобразилось. Изумрудная шелковая травка под ногами, никакого намека на прежнюю болотистую местность и грязь, восстановившаяся белая мраморная беседка, увитая плющом. Исчезли в неизвестном направлении неопрятная влажная куча того, что мы вытащили со дна пруда, и черный камень, несший на себе смертельную магию. А белые полусферы, что окружали странный водоем, словно выбрались наружу из своего земляного плена, очистились и сейчас мягко светились.
Пока я зачарованно осматривалась, пытаясь понять, что произошло, Ивар рассказывал.
Оказалось, как только я вошла в луч света, мой силуэт вспыхнул ярче тысячи звезд. Это дерхан так поэтически выразился, не я. Так вот. Я стояла и сверкала, а потом раскинула руки и стала медленно кружиться, а с кончиков моих пальцев сорвались яркие длинные лучи, похожие на плети. И вот я кружилась, а эти «плети» становились все длиннее и длиннее, пока не достигли белых круглых камней по периметру пруда. Я продолжала вращаться, а лучи, бьющие из моих ладоней, перелетали с камня на камень и дальше, пока все вокруг меня и водоема не накрыла фантасмагорическая сияющая спираль. А в процессе этого светопреставления менялась близлежащая территория. Внезапно восстановилась беседка, и ее стены и крышу увил живой плющ. Словно стертые невидимым ластиком, исчезли грязь и мертвая трава, а на их месте появился новый живой зеленый густой «газон». Восстановилось полностью то, что можно было назвать лужайкой посреди болота, где мы находились. А вот далее по-прежнему стояли кривые уродливые деревца и виднелось черное болото.
— И что это было, Кира? — взволнованно, что на него вообще не похоже, спросил парень, глядя на меня как на чудо чудное.
— Ну-у… — озадаченно почесала я затылок, забыв, что у меня руки черные от грязи. — Могу только высказать предположение.
— И?
— Похоже, я выступила своего рода проводником энергии, бьющей из магического источника. Отчего-то она сама не могла рассеяться. Возможно, нарушились какие-то каналы за время блокировки магией смерти? А пройдя через меня… — Я прислушалась к своим ощущениям, проверила резерв и разочарованно хмыкнула: — Кстати, сил у меня не прибавилось, резерв пуст. Так вот, вероятно, я, как ведьма, послужила проводником чего-то  во что-то . И это что-то  заработало и реанимировало сердце Рощи единорога. Других гипотез у меня нет.
Ивар неверяще покачал головой, повернулся к странному пруду и издал сдавленный горловой звук. Я резко крутанулась, чтобы посмотреть и… Водоем теперь не был пуст. Как только я его покинула, он стал наполняться. Пока мы с Иваром беседовали и осматривались, пустующий котлован наполнился чистейшей прозрачной водой до самых берегов.
— М-да… — сообщила я неведомо кому, подошла и проверила рукой, насколько холодная вода. Она оказалась теплой, словно прогретой жарким солнцем.
Дерхан, наверное, тоже устал удивляться. Он только опять покачал головой и присел рядом со мной. Зачерпнул горсть воды и умылся. Да, помыться не помешало бы. Мы оба учуханные, как свиньи, до самых ушей. Да и запах болотной гнили… Будь со мной Карел, я бы, не раздумывая ни секунды, разделась и нырнула. Но Изверг… его я стеснялась.
— Посиди в беседке? — смущаясь, попросила я. — Хочу искупаться и смыть с одежды грязь. Сначала я, а потом ты.
В беседку Ивар возвращаться не захотел, аргументируя, что там все теперь чистое и белое, а он перепачканный. Поэтому лучше отойдет в сторону и отвернется, чтобы не мешать мне. Не могу сказать, что меня это устроило, но… Поминутно вздрагивая и оглядываясь, чтобы проверить, не подсматривает ли он за мной, я быстро разделась, сложила вещи стопкой у самой кромки воды, там же пристроила сумку и оружие и нырнула.
Ко мне потихоньку возвращались силы, хотя и медленнее, чем обычно, уж не знаю почему. Но их хватило, чтобы промыть заклинанием волосы и кожу. Ведь я не предполагала, что понадобятся мыло и шампунь, и не брала их. Потом, не выходя на сушу, сцапала свою одежду, прополоскала ее и тоже почистила бытовым заклинанием. Теперь останется все только высушить. Краем глаза следила за Извергом, но, к его чести, он ни разу не сделал попытку обернуться и подсмотреть. Какой молодец! Я бы точно не удержалась и хоть одним глазком, но взглянула бы.
Фи! Какая я аморальная, оказывается! Мысленно посмеявшись над собой, я выбралась на берег и обсушилась, после чего облачилась в чистые запасные вещи из сумки, которые неведомо почему не пострадали. А ведь у меня сумка самая простая, не зачарованная, и, по идее, все должно было промокнуть и пропитаться тухлой болотной жижей во время нашего похода. Уж не Аннушка ли постаралась? Хм! Размышляя, я высушила выстиранную одежду, свернула ее и спрятала.
— Ивар! Твоя очередь! — Помахав рукой своему спутнику, я отправилась в беседку.
А войдя, застыла на пороге и залилась удушливой жаркой волной. В центре просторного каменного помещения возвышалась большая двуспальная кровать. Рядом с ней — столик, уставленный блюдами, накрытыми серебряными крышками. Рядом — хрустальные кувшины с винами, соками и чистой водой. Ваза с фруктами. Бокалы и стаканы, тарелки и столовые приборы…
Кто-то основательно подготовился к приему гостей и постарался сделать все, чтобы они могли отдохнуть и насытиться.
— Ну… единорог, погоди! — пробормотала я и услышала где-то на грани восприятия тихое ржание, сильно похожее на смех.
От пруда доносились всплески. Ругая себя последними словами, я все же украдкой выглянула сквозь опутавший беседку плющ. Проводила взглядом обнажившегося Ивара, нырнувшего в воду и сразу же спряталась, пока он меня не застукал. Ну да, неприлично, я знаю, но любопытно же. И он ведь не девушка. Это за нами подсматривать нельзя! И потом, я и не обещала, что не стану подглядывать.
Вздохнув над своей кривой логикой, я прошла в глубь беседки и села на край кровати у столика. Сумку и оружие устало опустила на пол и принялась изучать угощения. Открыла одно блюдо, второе… и поняла, что если я вот прямо сейчас же, сию секунду, немедленно не поем, то умру от голода. Еще некоторое время я честно страдала, пожирая глазами все это гурманское великолепие и захлебываясь слюной. А Ивар, черти бы его побрали, устроил заплыв и не спешил. Наконец, плюнув на приличия, я отложила себе на тарелку разной снеди. Тут же закрыла основные блюда крышками (а то еще слопаю все и не замечу, вот тогда позор будет) и приступила к трапезе. Боже ж ты мой, как же я, оказывается, проголодалась! Умяв все, выпила немного сока и неловко прилегла на бочок прямо поверх одеяла. Даже не стала разуваться и поднимать ноги. Сейчас Ивар придет, я тогда с ним за компанию еще чего-нибудь попью и поем сладенького.
— Я только на минуточку, — пробормотала, положив голову на мягкую подушку, и… отрубилась.

Просыпаться было мягко, тепло, удобно и очень приятно. Голова покоилась на мягкой пуховой подушке, а сверху я до самого подбородка оказалась укрыта одеялом. О как!
Не открывая глаз, прислушалась к себе. Отдохнула я отлично, и похоже, проспала часов десять как минимум. Даже снова проголодаться успела. Просканировав свои ощущения в первую очередь на восполнившийся резерв, поняла, что и он уже далеко не пуст, хотя и не до конца восстановился. Что еще? Ага! Спиной я чувствую приятную ткань простыни… животом тоже…
Ох ты ж ёжики игольчатые! Да я же раздета!
В ужасе приподняла одеяло и заглянула под него. Точно! Я оказалась в одном белье. В очень красивом белье — эльфийском! А раздел мое спящее как бревно тело, значит, Изверг.
О боже!
Нет, не так! О боже мой, какой стыд!
Очень медленно я снова укрылась, повернула голову на подушке и… встретилась взглядом с Иваром, лежавшим на другом краю кровати, тоже под одеялом. Он, похоже, проснулся уже давно и сейчас, прикусив губу, чтобы не рассмеяться, смотрел на меня. И я бы почти поверила в его серьезность, если бы не прыгавшие в глазах смешинки.
— Ты-ы-ы? — протянула я, не очень понимая свою интонацию: то ли ужасаюсь, то ли ругаюсь, то ли обвиняю.
— Я, — спокойно отозвался дерхан и, не дав мне еще чего-нибудь сказать, продолжил: — Я пытался тебя разбудить, но ты так вымоталась, что вообще ни на что не реагировала. Поэтому я взял на себя смелость… Но я не смотрел!
Ага! И я прямо так и поверила! Вот я бы точно посмотрела, и не один раз. Еще и пальчиком потыкала бы в кубики на животе.
Оё-ёй! Какая я испорченная!
Я пыхтела словно злобный хомяк, краснела и не знала, как мне себя вести.
— Ты такая красивая, Кирюш, — подсластил мне пилюлю комплиментом Ивар.

Глава 20
О вступлении во взрослую жизнь, чудесах, подарках единорога и о неприятностях, поджидавших в школе

Я бросила на боевика взгляд, пытаясь понять, он шутит или это просто комплимент. Наткнулась на взгляд серых глаз и залилась краской так, что даже ушам жарко стало. А парень вдруг откинул одеяло, переместился поверх него и скользнул ко мне. Фух! Он тоже не голый, а то бы я от стыда провалилась под кровать! Эти их местные трусы — они вполне целомудренные.
— Выспалась? — ласково спросил Изверг и погладил меня по щеке, убирая с лица растрепавшиеся волосы.
— Да. А долго мы спали? — спросила, отводя глаза и размышляя, как бы мне зарыться в матрас поглубже.
— Сложно сказать точно, но по ощущениям более десяти часов, — подтвердил он мои мысли. — Я проснулся уже давно, а ты так сладко сопела, что я не шевелился. Боялся тебя разбудить.
— Я не сопела! — возмутилась я.
— Сопела, — издал смешок Изверг. — Очень тихо и очень заразительно.
— Ну, хоть не храпела, и то хорошо, — смутилась я и попыталась перевернуться на бок, чтобы спрятаться.
Кто бы мне еще позволил?
Чуть подавшись вперед, Ивар легонько поцеловал меня в щечку, потом в висок, скользнул на другую щеку, спустился ниже к губам…
— Ивар… я… умыться и… — попыталась я найти причины, по которым мы ну никак не можем сейчас поцеловаться.
Только вот стоило мне открыть рот, как им тут же завладели настойчивые губы. Я еще пару раз дернулась и даже что-то промычала, но… Как-то незаметно для себя обвила парня руками за шею и ответила на поцелуй. Ситуация была чертовски двусмысленной, но, так как Ивар ничего лишнего себе не позволял, я успокоилась и с головой отдалась своим ощущениям. И даже когда он оторвался от моих губ и принялся покрывать невесомыми поцелуями мое лицо, шею, плечи, я не испугалась. Ведь я по-прежнему оставалась укрытой, даже кружево бюстгальтера не выглядывало, если не считать бретелек.
Стало ужасно жарко, а в теле поселилось неведомое мне чувство томления. Одновременно хотелось чего-то большего, и вместе с тем было ужасно страшно. А вдруг?.. А как же тогда?..
— Кира… — хрипло прошептал Ивар, скользя губами по моей коже возле края одеяла, прикрывавшего мою грудь. — Кира…
И от этого срывающегося шепота что-то оборвалось внутри. Что-то, сдерживающее душевные преграды и не дающее мне расслабиться. И я зарыла пальцы в густые черные волосы…
— Я не сделаю ничего… такого… — не глядя мне в глаза и продолжая осыпать поцелуями мою кожу, прошептал парень и медленно потянул одеяло вниз.
И я не стала его удерживать, так как верила: пока я не буду готова, далеко он не зайдет.
Это было… умопомрачительно в прямом смысле слова. Горячие губы, которые скользили и ласкали невесомыми прикосновениями, прокладывая дорожки, обжигая и будоража. Руки, такие нежные, что невозможно дышать. Я сама не поняла, в какой момент оказалась полностью обнаженной. Осознав, пискнула, дернулась и попыталась стыдливо прикрыться, но, переплетя свои пальцы с моими, Ивар не позволил, мягко, но настойчиво отведя мои руки в стороны. И снова губы, плавящие кожу касаниями, не оставляя ни единого миллиметра без своего нежного прикосновения. И вновь его руки, ласкающие каждую клеточку моего тела.
Я даже не предполагала, что это… так . Что сводит с ума и заставляет забыть обо всем. И что я могу так стонать от прикосновений и поцелуев.
Когда унялась дрожь, дыхание восстановилось и я смогла сфокусировать взгляд на Иваре, то поняла, что я дурочка и зря так боялась. Пора повзрослеть, ведь мне уже девятнадцать лет, я больше не ребенок. И… я тоже хочу изучить его тело. Мне ведь интересно! И мои ладошки скользнули ему на грудь, легко толкнули, заставляя лечь на спину, а потом, не обращая внимания на выражение серых глаз и на сбитое тяжелое дыхание парня, я принялась исследовать свои новые владения. Или как это называется? Не владения? Территория? Короче, мое ! И я хочу изучить свое !
Это был странный день, полный неведомого. Поцелуи, объятия, прикосновения и дрожь. Мы изучали друг друга, пили дыхание с губ, не давая одуматься и успокоиться, не позволяя хоть на секунду пожалеть о происходящем. Совместное купание нагишом и снова поцелуи, но уже в воде, догонялки и брызги и соревнование — кто глубже нырнет. Мы даже кормили друг друга с рук, смеясь и смущаясь. Ну ладно, это я одна смущалась. Ивар — нет.
Уже стемнело, и когда я в очередной раз выгнулась дугой в сильных нежных руках, то пришло понимание, что больше не боюсь.
— Да! Ивар, да! — прошептала я.
Было немного больно, но совсем не так, как я ожидала. А потом мир отчего-то взорвался невероятным фейерверком. Или это у меня просто звездочки в глазах?
Ночь оказалась такой же сводящей с ума, как и день. И даже больше! Все же хорошо, что в мире магии существуют такие вещи, как амулеты от нежелательных последствий активной личной жизни. Мой был в виде тонкого, не бросающегося в глаза браслета и прятался среди фенечек. Лола заставила меня купить его уже давно, и я выбрала скромный и неприметный, который не будет виден.
Утром мы проснулись в обнимку. Чего уж теперь, если меня соблазнили и я сама охотно соблазнилась. А кто бы устоял?!
— Мм-м… — потянулась я, не открывая глаз, и туг же заработала поцелуй в висок.
— Доброе утро.
— Доброе… Слушай, — вдруг пришла в голову мысль, и я открыла глаза, — а Гаврюша? Он ведь один, а мы здесь и…
— В комнате много еды, он знает, где что лежит. Ему хватит на несколько дней, — спокойно ответил дерхан. — А ты хочешь есть? Нам опять накрыли стол.
Роща единорога нас баловала. Вчера в течение дня блюда несколько раз обновлялись и менялись, а грязная посуда сама собой становилась чистой. Волшебство!
— А вот хочу! — поджала я губы. — И не смейся! У меня растущий организм, тратящий много энергии, мне нужно хорошо питаться.
Накормив «растущий организм», мы еще раз поплавали и… не только поплавали и с сожалением начали собираться. Еще не хватало, чтобы Аннушка сюда явилась за нами, не дождавшись, пока мы вернемся сами.

Мы оделись, собрали свои вещи и оружие и вышли из беседки. Ну что ж… Этот поход оказался ну о-очень продуктивным. Во всех смыслах. И задание Аннушки выполнили, и с единорогом я пообщалась, и инициацию прошла и… ну и еще кое-что, о чем приличные девочки вслух не говорят. Сдерживая улыбку, я бросила быстрый взгляд на своего парня, потом посмотрела на то, что окружало сердце Рощи единорога, и открыла от изумления рот.
— Э-э… — глупо потыкала пальцем в том направлении, куда смотрела, не находя слов. То, что раньше было болотом, преобразилось. Высокие деревья с изумрудной листвой, кусты, цветы… — А как так?
— О-о! — протянул Изверг. Он, кстати, отреагировал сдержаннее меня. Лишь поднял брови и внимательнее присмотрелся. — Так вот что имела в виду Аннушка, говоря о…
— О..? — подтолкнула я его продолжить, так как он замолчал.
— О выбросе силы от тебя.
— Много нецензурных слов! — произнесла я после паузы.
— Кирюш! — укоризненно отозвался Ивар и издал смешок. — Но в целом поддержу.
— Ладно, нам пора. Где тут единорог? Попрощаться бы… — Я повертелась, разыскивая взглядом силуэт белого рогатого коня.
Ну и? Где его носит? Или даже «спасибо» не скажет?
«Ну почему же не скажу? Скажу», — раздался у меня в голове голос, и на границе с деревьями прямо из воздуха проявился сказочный зверь.
Рядом восхищенно выдохнул Ивар и уставился на хозяина рощи во все глаза, а я улыбнулась и тоже мысленно сказала:
«Сделали все, что смогли».
«И даже больше! — мотнул головой единорог, глядя на меня издалека. — Ох и сильна же ты, ведающая! Проси!»
«А что просить-то?»
«Что ты хочешь в подарок от меня, то и проси!» — До нас донеслось ржание, больше похожее на смех.
А я задумалась. Подарок я хочу. Но что можно попросить у сказочного рогатого коня? Драгоценности? Да ну их! Это я и сама потом добуду. Книгу? Ну-у-у… Скучно как-то. Надо нечто эдакое, но что?
«Лошадку?» — неуверенно подумала я.
«Лошадку!» — согласился единорог, и у меня в руке что-то появилось. А судя по тому, как вздрогнул Ивар, то и в его ладони возник некий предмет.
— Что это? — озадаченно спросил дерхан, разглядывая маленькую, размером с мизинец, свистульку в форме коня, выточенную из красного дерева.
А я уже изучала почти такую же, доставшуюся мне. Только моя была из серебристой древесины. Работа, с которой эти свистульки были вырезаны, оказалась поистине филигранной. Мы могли рассмотреть каждый волос в гриве и хвосте, тонкие стрелы ресниц над шальными глазами, рельеф мышц на изящных телах.
Изучив подношение, я вопросительно посмотрела на дарителя, ждавшего вдалеке моей реакции.
«Свистните, и к вам примчатся призрачные скакуны. Как активировать свистки, разберетесь сами. Лошадкам лично дадите имена, которые привяжут их к вам. После поездок будете отпускать их до следующего призыва».
«Вау! Спасибо!» — мысленно воскликнула я и повторила все это вслух для Ивара.
Парень внимательно меня выслушал, после чего без слов прижал правую руку к сердцу и благодарно склонил голову перед волшебным существом.
«Наслаждайтесь, дети, — тряхнул гривой единорог. На секунду задумался, и вдруг в моей руке появилась еще одна свистулька, на этот раз из черного дерева. — А это, ведьмочка, для твоей пары. Отдашь, когда сама сочтешь нужным».
«О! — сразу поняла я, о ком он говорит. — А почему ты…»
«Я же сказал, для твоей пары! Ему не угнаться за тобой на обычной лошади. А ведь он тебя хранит».
Единорог топнул ногой, взвился на дыбы и, не дожидаясь моей реакции, развернулся и исчез среди деревьев. А мы с Иваром переглянулись, убрали подарки в сумки и активировали книжный портал, оставленный Аннушкой.

Вышли из него, к моему удивлению, в аудитории, в которой обычно проходили наши с Карелом занятия у магистра Кариборо.
— Вернулись? — невозмутимо спросила сидевшая за столом фея и отложила ручку. Похоже, она проверяла чью-то работу и мы ей помешали. Но ответить ни я, ни Изверг не успели. — Книгу верните, адепт Стенси. Она вам больше не понадобится.
Ивар дернул бровью, подошел к столу и аккуратно водрузил на него книжный томик. Аннушка же рассматривала меня.
— Все даже лучше, чем я планировала, — наконец кивнула она своим мыслям. — Свободны, адепты, до конца каникул я не желаю вас видеть.
Повторять дважды нам не пришлось. Мы моментально припустили на свободу с чистой совестью. А когда уже спустились на первый этаж главного корпуса, Изверг неожиданно хохотнул и спросил:
— Она всегда такая любезная с тобой и Карелом?
— Не-е-е, обычно все гораздо хуже. Это она, наверное, из-за тебя сдерживалась.
Дерхан покачал головой, но развивать тему не стал. Только поинтересовался:
— Проверим подарки единорога?
— Давай попозже? Хочется привести себя в порядок и переодеться. У нас все каникулы впереди.
На улице царила зима, в отличие от реальности, в которой обитает единорог. Мы вышли на крыльцо и поежились. В тонких кожаных куртках, надетых на рубашки, было откровенно холодно. Вприпрыжку мы побежали от главного корпуса, держась за руки и взбивая снег сапогами, а изо рта вылетал пар. Блин, какой мороз-то! К тому моменту, когда мы домчались до корпусов общежития, меня уже колотило, так замерзла. Ивар держался лучше, но и у него покраснели нос и уши.
— Щ-щас в-в с-сос-сульку превр-ращусь, — клацая зубами, выдала я и громко чихнула.
— Беги скорее, а то простынешь, — шмыгнув носом, улыбнулся парень. На секунду сгреб меня в охапку, поцеловал и подтолкнул к крылечку. — Увидимся попозже, да?
— Ага! — Я несколько раз кивнула, снова оглушительно чихнула и, прыснув от смеха и смущения, нырнула в общежитие.
По ступенькам я взлетела на свой этаж, чтобы хоть немного согреться, и забежала в нашу с Лолой комнату. Там все было так же, как я оставила вечером своего дня рождения. Некоторое время у меня ушло на уборку последствий праздника, потом я отправилась в душ. А когда высушила волосы и переоделась, решила немного поваляться в постели с книжкой. После такой бурной и наполненной эмоциями и впечатлениями прогулки хотелось просто полежать с какой-то приятной выдуманной историей и немного отрешиться от реальности. Прихватив со стеллажа сборник сказок, я подошла к кровати, откинула одеяло и уже собралась лечь, как перстень, подаренный мне отцом Неллины, активировался.
Я замерла над постелью, пытаясь понять, что это значит. Медленно провела рукой над простыней и подушкой, после чего отошла подальше и позвала:
— Мырька! Ты мне срочно нужна.
— Ну? — Спустя несколько секунд передо мной появилась домовушка. — Чего надо, Золотова? Некогда мне!
— Мырька, взгляни на мою постель, пожалуйста. Ты ничего не замечаешь?
Недовольно нахмурившись, домовушка подошла к кровати и начала принюхиваться. И чем дальше, тем выше у нее поднимались брови.
— Я за Карудой! Ничего не трогай! Ни к чему не прикасайся, а лучше вообще выйди из комнаты! — резко приказала она мне и исчезла.
В итоге нашу с Лолой комнату осматривали и обыскивали госпожа Каруда, Мырька, спешно вызванные магистр Даяна Лайвас, Аннушка и ректор. Как оказалось, ядом были политы обе кровати: и моя, и Лолы. Подушки так даже оказались чуть влажноватыми, столько в них вбухали отравы.
Мрачные преподаватели перетрясли все вещи, проверили помещение, желая убедиться, что больше нигде не подсыпано нечто ядовитое. К счастью, все прочее злоумышленник тронуть не успел или не захотел. Меня потом долго допрашивали, кого подозреваю и с кем у нас вражда, но, кроме Иолы Дексовой, я никого назвать не смогла. В другой ситуации я бы не стала ее упоминать, но тут уже не шутки. Хорошо, что меня предупредил артефакт. А Лола? Ее-то за что? Или отравитель не знал, которая из двух кроватей принадлежит мне, и решил действовать наверняка? Чтобы уж точно не промахнуться?
К сожалению, моя гипотеза не подтвердилась. Дексова покинула школу в последний учебный день, сразу как окончились экзамены, и еще не вернулась. Возможно, это означало, что у нее есть помощница, но кто она — определить не удалось. С помощью какого-то амулета были затерты все остаточные следы, и найти отравителя магистры не смогли. Вторая версия — есть кто-то еще, не так явно выражающий свою ненависть ко мне, но желающий смерти.
И хотя доказательства, что это диверсия была организована мерзкой ревнивой захухрей, у меня отсутствовали, но я седалищным нервом чуяла: без нее тут не обошлось.

Обе кровати из комнаты Мырька изъяла и пообещала через час прислать новые вместе с постельными принадлежностями и бельем. Магистры тоже ушли все, кроме Аннушки. Темная фея прошлась по опустевшей комнате, подметая подолом бархатного черного платья пол, и лишь подойдя к окну, посмотрела на меня и заговорила:
— Золотова, почему у вас такая слабая защита на комнате?
— Но… — растерялась я. — Это же общежитие, как-то все нормально было всегда. У девчонок вообще никакой нет.
— Задание на каникулы, адептка: наложить на вашу комнату многоуровневую защиту. Допуск разрешить госпоже Каруде, Мырьке, мне, магистру Новарду, адептке Вархаб и остальным вашим близким друзьям. Вы уже инициированы, так что проблем не возникнет. Поверх наложите классические сторожевые и защитные чары. Сборник заклинаний возьмете в библиотеке, магистра Ририна я предупрежу, и он вам все выдаст.
— Хорошо, — кивнула я, и фея исчезла.
М-да. И кто же эта гадина, которая пыталась меня отравить, если не Иола?
Ивару я сообщила о произошедшем в тот же день. Высказала и то, что ждала пакости от его ненормальной поклонницы, но это оказалась не она.

Позднее мы отправились к конюшням и на манеж, взяв с собой и заскучавшего Гаврюшу. Пользуясь тем, что на время каникул школа почти опустела, можно было посмотреть на подаренных нам единорогом лошадок. Свистульки, кстати, пришлось активировать кровью.
Первым призвал призрачного скакуна Ивар. Перед ним прямо из воздуха соткался прозрачный, будто хрустальный, конь и нервно загарцевал. Но с каждой секундой его тело словно наливалось силой и жизнью, хрусталь темнел… И вот уже перед восхищенными Иваром и Гаврюшей стоит мощный кроваво-гнедой жеребец с черными гривой и хвостом. Гладкая блестящая коричневая с отливом в багрянец шкура и умные темно-карие глаза. Ух ты! Свисток из красного дерева призвал вот такое коричнево-красное чудо. А кто же прибежит ко мне, учитывая, что моя свистулька похожа на серебро?
О да! Та самая изумительная кобылка, словно отлитая из чистого серебра, с черными гривой и хвостом, которую мне показывало Хрустальное озеро. Правда, тогда я не видела, что это «девочка», но зато сейчас смотрела в хитрое голубое око, лукаво косящееся на меня, и млела от восторга. Надо же, не думала, что у лошадей бывают голубые глаза, но чего ждать от волшебных существ? Да чего угодно!
— Ты ж моя красавица! — прошептала я, погладив ее по шелковистой шкуре. — Ты невероятная!
Лошадка всхрапнула и приняла у меня из рук яблоко, которое я предусмотрительно захватила из комнаты.
— Диана! Я нарекаю тебя Дианой, как богиню природы и охоты из мифологии моего мира. Она являлась олицетворением луны, а ты такая же серебристая…
Оба призрачных скакуна были уже оседланы, что, на мой взгляд, странно. С другой стороны, если их рассматривать с точки зрения волшебства — то так и должно быть. Мало ли когда срочно понадобится лошадь. Седло ведь с собой таскать не будешь, а тут — опаньки! — и транспорт, уже полностью готовый к использованию. Хотя все равно странно, и никто меня не убедит в обратном.
Переглянувшись с Иваром, который что-то нашептывал на ухо своему жеребцу, мы отправились покататься по манежу. И это было… Ух! Просто слов нет! Диана оказалась игривой шалуньей, но слушалась моих команд беспрекословно. Что совсем не мешало ей хулиганить и задирать жеребца Ивара, которого тот назвал Бураном. На мой взгляд, это имя вообще не подходит коню такой масти, но хозяину виднее, так что от комментариев я воздержалась. Свистульку своего напарника я припрятала до его возвращения. Интересно, какой скакун призовется к нему после активации подарка единорога?

Глава 21
О найденной книге, возвращении друзей и изменениях в Кареле, а также о праздновании Багонга и о просьбе к Деду Морозу

Каникулы промчались, словно их и не бывало. Я скучала по Карелу и Лоле, посещала своих клиентов, заговаривая лавки и магазины, читала выданную Аннушкой литературу. Украсила всю комнату новогодними иллюзиями: венки, гирлянды, шары, снежинки и елочка на подоконнике. Даже с наружной стороны нашей двери подвесила иллюзорный хвойный венок с красными ягодами, золотистыми шариками и искусственным снегом.
Одним вечером случайно обнаружила на стеллаже книгу, с которой началось мое невероятное приключение и попадание в Межреальность — «Пособие для мечтателей и сказочников» с золотыми буквами на потертой черной обложке. Я ведь так и не успела ее прочитать… Сначала было некогда, а потом книга исчезла и я не смогла ее найти. Спрашивала Лолу, не видела ли она чего-то похожего, но соседка говорила, что нет. И вдруг — вот она, на самом видном месте. Конечно же, я вцепилась в нее и начала изучать.
Что самое странное, абзац, в котором писалось, как ловить чудо, исчез. Вообще! Теперь книга начиналась совершенно иначе. Первые ее строки гласили:

«Вы живете в окружении волшебства и магии. Вам открыты все миры, вы можете все! То, что для простых смертных является чудом, — для вас реальность и обыденность. Но помните ли вы о том, что и вы когда-то не были магом? Не забыли своего удивления и восхищения сказками? Нет? Это хорошо. Потому что сейчас я расскажу вам о том, что сказка и мечта суть одно и то же. Мечтатель придумывает сказку и записывает ее. И вот рождается новый мир, оживают герои… И лишь вам решать, какую сказку вы помечтаете. Создайте ее для себя и станьте в ней счастливыми».

О как! Я даже зависла над этими словами, пытаясь понять, что за странная книга. Задумчиво откусив большой кусок от пирожка с мясом, я посмотрела в окно. На Межгород опустилась ночь. Ивар еще был в Патруле, а я вот читала… Вздохнув, снова опустила глаза в книгу.

«Но прежде чем вы начнете строить свой мир, позаботьтесь о реальности, вас окружающей. Безопасность превыше всего! Для того чтобы никто не смог проникнуть в ваше жилище, наложите на его стены, окна и порог следующие заклинания…»

Ух ты! Это же именно то, что мне сейчас нужно! Вот так книжечка! Правда, пособие оказалось с норовом. Оно выдавало мне информацию порционно, руководствуясь лишь своими размышлениями. В прошлый раз я ловила чудо, в этот — накладывала на комнату защиту. Училась мечтать, воображая свой мир. А дальше страницы были пустыми. Но иногда вдруг появлялись один-два абзаца с каким-нибудь умным советом. И всегда вовремя!
С защитой я поступила как было велено. Сначала заговорила примерно так же, как делала это для своих клиентов, а поверх наложила заклинания, вычитанные в книге, полученной в библиотеке. Ну и, конечно же, использовала то, что предлагало «Пособие для мечтателей и сказочников». А потом книга снова куда-то исчезла. Я всю комнату перерыла, но она будто сквозь землю провалилась.
Ночи мы с Иваром проводили вместе. Он возвращался поздно, когда я уже спала. Оставив Гаврюшу отдыхать, парень тайком пробирался в женский корпус, крался по спящим коридорам и входил в мою комнату, пользуясь тем, что Лола отсутствует. Защита была настроена так, чтобы беспрепятственно его пропускать, и я просыпалась от нежных поцелуев и объятий. От Ивара пахло морозом и снегом, иногда он даже не успевал согреться с дежурства, и тогда я, тихо повизгивая, пыталась отпихнуть от себя его холодные руки.

А одним утром нас разбудил стук двери и обалдевший голос Лолины:
— Опа! И что я пропустила? Нет, ну это же надо?! Стоило ненадолго уехать, а вы… А вы давно, кстати? Ивар, прикрой зад! Это же девичья комната!
Изверг рассмеялся, прижал меня к себе и закутался в одеяло. А я просто смотрела на соседку и улыбалась. Ну а что тут скажешь? Спалились…
— Так, Ивар, проваливай! — принялась командовать Лола. — У меня куча новостей, и они не для твоих ушей. Так что одевайся и топай. Там Юргис уже вернулся, наверняка тебя ищет… Даю тебе пять минут! Кирюш, комната выглядит шикарно! Ты молодец, что все украсила к Багонгу! — И, не дав нам сказать и слова, девушка подмигнула и вышла из комнаты.
Когда она вернулась, то засыпала меня подробностями поездки и бурными впечатлениями. Я слушала ее и радовалась, что все снова как раньше и друзья вновь будут рядом. Ужасно соскучилась по напарнику! Кстати, о нем…
— Карел вернулся, — вдруг сказала я, перебив Лолу.
Соседка озадаченно нахмурилась и открыла рот, наверняка чтобы спросить, с чего вдруг я так решила, но я просто чувствовала. Не знаю как, но ощущала почти на физическом уровне, что мой напарник где-то неподалеку.
И точно! Буквально через пять минут к нам вломились Карел и Ривалис. Парни, согнувшись, втащили в комнату большую сумку, водрузили ее передо мной и выпрямились. Я с радостным визгом вскочила и бросилась к ним. Чмокнула в щечку румяного с мороза эльфа, повисла на шее у Карела, расцеловала его и только тогда поняла: что-то не так.
— А… как так? — растерянно спросила, глядя в улыбающиеся карие глаза. Он за каникулы умудрился стать выше меня сантиметров на десять.
— Ого, Карел! — воскликнула Лолина.
— А вот так! — поцеловал меня в нос друг.
— Но так ведь не бывает! Как ты умудрился вырасти так сильно за столь короткий срок? — Я обошла его вокруг и даже неверяще потыкала пальцем, не обращая внимания на давящегося смехом Рива. — Я тоже хочу!
— Это все лекарь, — наконец сжалился надо мной напарник и пояснил: — Тот эльф, который и тебя лечил. Он, кстати, нашел у меня немного остаточных явлений от взорвавшегося артефакта Исконной Тьмы и убрал их все. А это… Помнишь, я рассказывал, что когда-то столкнулся в горах с гардебрилом? Я хоть и выжил благодаря амулету от ядов, но потом несколько месяцев болел и меня выхаживали. Так вот, оказывается, тогда возникло осложнение, которое никто не заметил. Из-за яда гардебрила нарушились потоки энергии в организме, что-то там заблокировалось, и я перестал расти. Вот лекарь и исправил все. Так что, если я пошел в отца, то скоро, Кирюш, вырасту еще.
— А насколько? — оторопело спросила я, все еще не веря в происходящее. Нет, я была очень рада за парня, но так непривычно поднимать голову, чтобы заглянуть ему в глаза.
— Ну-у-у, — протянул он, размышляя. — Мои братья выше Ривалиса. Пусть не намного, но выше и крупнее. Рив ведь эльф и более изящного сложения. А отец примерно как Ивар. Так что не знаю, насколько я смогу вырасти и как много времени это займет. Мне теперь весь гардероб менять придется. Рукава коротки, брюки тоже, даже сапоги жмут, — смущенно хохотнул Карел.
— Круто! — цокнула языком Лола. — А что в сумке?
— Подарки и вкусности, — ответил Ривалис.
А я смотрела на Карела и вспоминала видение на Хрустальном озере. Что ж… все сбывается. И лошади, и возмужавший вытянувшийся напарник. И вырастет он еще прилично. Там парень сидел в седле, но даже тогда я понимала, что рост у него весьма высокий.
— Я очень рада за тебя. — Улыбнувшись, обняла друга за шею, чмокнув в щеку. — Очень!

Когда суета улеглась, подарки и гостинцы от княгини Клайтон разобрали и Рив ушел к себе, я утащила Карела к конюшням и вручила свистульку. Ничего не объясняя, велела активировать ее, сказав как, и потом с умилением наблюдала за остолбеневшим парнем. Призрачный скакун, доставшийся ему, оказался вороным, как я и предполагала. А глаза у него были золотисто-медового цвета.
— Кира, откуда? — осипшим от волнения голосом спросил друг, рассматривая черного как ночь жеребца.
— Подарок единорога. Я тебе все расскажу попозже, а пока дай имя своему призрачному скакуну и покатайся.
Жеребец приобрел неоригинальное, но невероятно подходящее ему имя — Мрак. А я вызвала свою Диану и тоже поездила по манежу. Устав, мы отпустили лошадей, ушли в наш любимый трактир, заняли дальний столик в пустующем пока заведении, и я долго, со вкусом и подробностями рассказывала напарнику обо всем произошедшем за каникулы.
Выслушав, он положил ладонь на мою руку, легонько сжал и спросил совсем не то, чего я ожидала:
— Кир, ты все же решилась?
— А?
— Ты приняла чувства Ивара?
— Ах это! Ну… да.
— Понятно. Он любит тебя, — задумчиво произнес Карел, глядя на меня. — Только, Кирюш, не торопись. Если он будет звать замуж — не спеши. Это ведь навсегда, обратного пути не будет. Он — любит! Но ты?
Я открыла рот, чтобы ответить. Закрыла. Подвигала бровями. Почесала кончик носа… Карел мне не мешал, лишь улыбался, наблюдая за моей мимикой.
— Ну, я влюблена в него, — выдала я наконец итог своих размышлений.
— А он — любит. Чувствуешь разницу?
— Да ну тебя! — фыркнула я. — Не собираюсь я замуж пока. Мне еще учиться и учиться. Куда спешить-то?
— Вот и не спеши, напарница! У нас с тобой еще столько дел и планов. Так что не вздумай меня бросить и выскочить замуж за Изверга, а то я буду являться тебе в кошмарах каждую ночь и отравлять жизнь.
— Дурачина ты, напарник! — прыснула я от смеха. — И вообще, ты ревнуешь, что ли? Не вижу радости от того, что я наконец-то поддалась вашим увещеваниям и обратила внимание на ухаживания Ивара.
— Кирюш, дурачина — это ты! Разумеется, я ревную. Так ты была только моя, а сейчас мне придется делить тебя с Извергом, — хохотнул Карел, но тут же посерьезнел. — Но дело не в этом… Кир, я ведь знаю тебя, знаю, что ты чувствуешь, на уровне эмпатии. Это и раньше было, но после тренировок с Аннушкой и наших слияний… Я просто не хочу, чтобы ты потом жалела. На тебя все давили, но ты долго держалась. И сейчас… Очень надеюсь, то, что между тобой и Иваром — это не потому, что ты согласилась, лишь бы от тебя все отстали. В его чувствах сомнений нет, но ты… С ним ведь не получится легких, ни к чему не обязывающих отношений, как было у меня с Селиной и Лаурой. Он ведь не сможет отпустить тебя, если ты передумаешь. И я боюсь, что ты опять смиришься с его напором, а потом пожалеешь и будешь несчастной.
— Ну-у… — протянула я, не зная, что сказать.
— Кир, ключевые слова: «поддалась нашим увещеваниям и обратила внимание на ухаживания Ивара». Понимаешь? Нашим! А ты? Я видел твою реакцию, когда он поцеловал тебя при всех в столовой. Счастливой ты не выглядела, скорее растерянной и озадаченной. И я переживаю за тебя, ведь ты мне самый близкий человек.
— Ну-у-у, — опять промямлила я, а потом спросила: — Но ты ведь меня не бросишь и поддержишь, если что?
— Могла бы и не спрашивать, — покачал он головой. — Мы с тобой связаны, Кирюш. Я всегда на твоей стороне, в любой ситуации. И всегда буду рядом, что бы ни произошло.

Мы вернулись в общежитие, и чуть позднее меня нашел Рив и позвал поболтать. Мы с ним устроились на подоконнике в переходе между корпусами, и эльф принялся рассказывать. О том, как была рада фантомным дубу и коту его мама. О том, как разозлился его старший брат, что я не приехала. О князе, который быстро поладил с Карелом, и они подолгу вдвоем о чем-то беседовали, а Риву в это время приходилось скучать. И о том, что почти каждый день приходило семейство Даэрини в полном составе.
— Знаешь, Эарда такая странная стала, — озадаченно произнес он.
— В смысле?
— Ну… Она прическу изменила. Челку себе отрезала, густую такую и длинную, до самых бровей. А еще косы заплетает вот так… — изобразил руками корону эльф. — И лицо как-то иначе выглядит. Вроде и не накрашена, а совсем другая.
Я хихикнула, так как поняла, что Эарда, похоже, последовала моему совету и покрасила брови и ресницы, а не только сменила прическу.
— Но она и ведет себя иначе. Смеется, слушает с интересом и даже шутит к месту. Перестала строить из себя чопорную сосульку. А еще — вот это вообще странно — она с нами убежала из-за стола и отправилась искать лисусика. Представляешь?!
— Не очень, — прыснула я от смеха. — Кто такой лисусик и почему странно, что она с вами за ним отправилась?
— Да ты что?! Лисусик — это же сказочный зверек. Его по-настоящему не существует, и никто даже не знает, как он выглядит. В него только дети верят и ищут зимой в сугробах. Ну ладно мы с Карелом! Просто ради шутки дурачились. Но Эарда?! Она же взрослая эльфийка и прекрасно знает, что никаких лисусиков в природе нет и никогда не было. А она пошла с нами! И в сугробах с нами копалась! И в снежки потом играла! И даже мне за шиворот напихала снега. Представляешь?!
— Хм. Это плохо?
— Нет. Это странно! — всплеснул руками Ривалис. — Кир, скажи честно, это ты ее заколдовала? Эарда сама на себя не похожа…
— Но это хорошо, что она теперь такая? — лукаво улыбнулась я, глядя на встрепанного приятеля.
— Конечно! Она более живая и вменяемая стала. Я раньше дольше пяти минут ее вынести не мог. А сейчас ничего… нормально. Только все равно странно, с чего вдруг такие перемены? Про тебя, кстати, спрашивала. Ты на нее произвела неизгладимое впечатление.
— Она вроде не такая уж плохая, — осторожно произнесла я.
— Матушка Эарды бесилась от злости и одергивала ее постоянно, — невпопад ответил Ривалис. — Мы потому и сбежали, что леди Даэрини замучила нотациями. А Эарда с нами увязалась.
В общем, преобразившаяся бывшая невеста озадачила Рива, и он не знал теперь, как относиться к этой изменившейся девушке. Вроде как он терпеть ее не может, но с ней новой вполне в состоянии общаться.

Багонг отмечали так же, как и было тут заведено. Сначала бал. Нарядные девушки с вечерними прическами, сверкающие драгоценностями и улыбками, прихорошившиеся парни, музыка, танцы, закуски, в полночь волшебный фейерверк. Только в этот раз от меня ни на шаг не отходил Ивар, оттеснив Ривалиса и Карела. Ушастик обозвал дерхана деспотом и тираном, собственником и ревнивцем, так как Ивар не позволял со мной никому потанцевать. Я щеголяла в новом бальном платье — подарке княгини Клайтон. Его привезли ребята вместе с кучей сладостей и милых мелочей, которые мама Ривалиса передала мне в подарок к Багонгу. Надела я и бриллиантовые украшения, которые мне презентовал дракон из нереальности. Лола аж задохнулась, когда увидела меня в них.
Загадала я и желание, выпив зачарованного игристого вина из ягод сребролиста. Прошлогоднее мое желание сбылось, как ни странно. Я тогда хотела, чтобы моя жизнь в новом мире наладилась и я перестала бедствовать. И это сбылось. Сейчас у меня имеется весьма кругленький счет в банке.
— Что ты загадала? — спросил меня Ивар, когда я допила.
— Не скажу. А ты? — улыбнулась я парню.
— И я не скажу, — прикусил он губу, глядя на меня. — Но мое прошлогоднее желание сбылось. Ты со мной…
— О! — смутилась я. Блин, это только я такая меркантильная особа, оказывается. Другие вон о чем думали.
После бала мы, как и в прошлом году, отмечали праздник тесным междусобойчиком в комнате у Изверга. Снова начаровали елочку, снова пили и дурачились. А потом кто-то предложил пойти и попросить подарки у «Кириного Деда Мороза». Учитывая, что к тому времени мы приняли на грудь уже немало, то пошли. Заливаясь смехом, начертили на снегу пентаграмму, уж как смогли. Опять зажгли веточки вместо свечей и фейерверков. Все расположились на тех же местах, что и в прошлом году. Правда, пришлось побегать, так как не сразу смогли вспомнить, кто где стоял, но таки заняли нужные позиции и велели мне читать свои стишки-нескладушки. Что я говорила в тот раз, память умалчивала, поэтому пришлось импровизировать.

Дед Мороз, Дед Мороз,
У тебя подарков воз!
Я прошу не для себя,
У меня вокруг друзья.
Я молю, им подари
Для сохранности души
Спутников волшебных!

Я договорила и… раздался взрыв. Нас всех раскидало в разные стороны так, что только пятки торчали из сугробов. А когда мы выбрались и отплевались…
— Это кто?! — обалдело спросил Ривалис, сидя в снегу и держа на руках белого пушистого зверька с розовым носом.
— А это… Ой, не могу! — захохотала я. — Рив, это тот самый северный пушной зверек, который подкрадывается незаметно. Примерно тот же, что и ррыгр косматый. Это — песец! Полярная лисичка, а ныне твой фамильяр. И зовут его Тимофей, сокращенно — Тим, Тимка. — Почему-то я была уверена, что это самец, и имя пришло само.
— Мой фамильяр? Тимка? — глупо переспросил парень, вглядываясь в глаза белоснежного пушистика. — Но я же эльф, у нас не бывает фамильяров. Я думал, ты ребятам собираешься призвать.
— Я тоже раньше думал, что у дерханов не бывает фамильяров, — хлопнул его по плечу подобравшийся поближе Изверг. — Да еще таких, как мой Гаврюша.
Лемур застрекотал, оживленно размахивая лапками.

Тут вдруг раздались голоса, хлопки дверей, и кто-то из парней крикнул:
— Валим!
Мы толпой рванули с места преступления, а когда забились в самый дальний угол территории ВШБ и немного отдышались, оказалось, что бежали не только мы. Рядом с Тельтиной стоял, высунув язык, симпатичный пес золотистого окраса. Эльфиечка, склонившись, погладила его по голове и вопросительно посмотрела на меня, ожидая пояснений.
— Служебная собака из моего мира — голденретривер, в смысле, золотистый ретривер, — отдышавшись, пояснила я. — Они часто используются как поводыри или спасатели. И нет, Тина, я не знаю, почему тебе достался он. Собаки ведь не бывают фамильярами. Может, оттого, что ты будущий лекарь и тебе не помешает трудолюбивый помощник? Ну и вообще, ты такая безобидная, тебе защитник нужен.
— Помощница и защитница, — мелодично поправила меня девушка. — Это девочка. Как ее зовут?
— Гм. Адель, что означает «благородная» и «добрая».
Имена сами ложились мне на язык. Не знаю, почему так, ведь, по идее, это хозяева должны бы называть своих фамильяров. Но ребята спрашивали меня, а я «видела», какое имя подходит данному конкретному существу.

Глава 22
О фамильярах, вылазках за оружием из лунного серебра и разговорах о будущем, которое весьма туманно

Я перевела взгляд и увидела ожидающих пояснений Юргиса и Эварта. Оборотни стояли в одинаковых позах, сложив руки на груди и расставив ноги на ширину плеч, и даже смотрели на меня одинаково хмуро. А на плече у каждого из них сидело по большому черному… ворону.
— Ой, мама! — обалдела я. — Это…
— Мы в курсе, кто это! — за двоих отрезал Эварт. — Кира, но почему нам достались вороны?
— Не воро  ны, а во  роны! — произнесла я с правильным ударением. — И я не знаю почему! Это ведь подарки от Деда Мороза, ему виднее. Вероятно, чтобы фамильяры могли лететь за вами следом, когда вы перекинетесь. И вообще, ворон — эта самая умная птица!
— Ведьма ты все-таки, Кирюш! — печально констатировал Юргис, повернул голову и заглянул в глаза своему подарку. Черная как смола крупная птица открыла клюв и глухо каркнула.
— Ну и подумаешь! — обиженно шмыгнула я носом. — Не нравится, отдавайте мне их назад. Я им новых хозяев найду. А то одному песец не по душе, вам, видите ли, мудрые птицы не приглянулись. Только Адельку оставлю Тине, она не такая вредина, как вы.
— С ума сошла?! — воскликнул Рив, прижав к себе своего питомца. — Даже не вздумай у меня северного пушного зверька забрать! Это ведь даже круче, чем лисусик. Тимка мой!
— Кир, ты это… — Юргис прикрыл рукой свою птицу и отодвинулся подальше. — Не отдам! Я же оборотень! У нас не бывает фамильяров! Поэтому и думать забудь, чтобы я вернул тебе своего ворона! Как звать-то его?
— Корвин, — буркнула я, взглянув в глаза птице.
— Кир, спасибо! — позвал меня Эварт и скупо улыбнулся.
Волк вообще был очень сдержанным на эмоции, почти как Изверг. Парень согнул руку в локте, и его ворон перелетел на предложенное место и немного потоптался. А затем оба, и пернатый фамильяр, и его хозяин, уставились на меня в ожидании.
— Чарльз, сокращенно — Чарли.
— А я? А мне? — чуть не подпрыгивая на месте, спросила Лола. — Кир, а где мне?
— И нам? — поддержали ее Мальдин и Гастон.
— Кирюш! — с укоризной произнес Карел.
— Не виноватая я! — дурашливо взвыла я. — Они сами пришли, а другие — не пришли.
— Вот же ты ведьма жаднючая! — воскликнула разочарованная Лолина, слепила снежок и запульнула в меня. — Вот чем я хуже?! А? Я ведь тоже хочу!
— Да! — поддержал ее Гастон. — Это как-то нечестно, Кир! Ты обоим эльфам подарила фамильяров, хотя Рив сказал, что у его народа не бывает волшебных спутников. И обоим оборотням! И дерхану! А мы? Мы с Мальдином и Карелом люди, а нам ты никого не вызвала! Несправедливо!
В общем, питомцы призвались не для всех. Лола и ребята на меня ужасно обиделись и никак не хотели принимать объяснение, что я не виновата. Так получилось, и я даже близко не предполагала, что воплотится сразу несколько существ. Соседка со мной потом два дня не разговаривала. Пришлось ей пообещать, что в следующем году мы обязательно снова попробуем пригласить кого-нибудь и для нее. Но это было позднее, а до того…

Магистр Новард был не то чтобы в ярости, скорее — в культурном шоке. Нас всех вызвали на ковер вместе с призванными мною животными и птицами и устроили допрос с пристрастием. Но я не могла объяснить «как», поскольку сама не знала, почему это сработало во второй раз. Только вздыхала, глядя в пол, держа одной рукой ладонь Карела, а второй — Ивара.
— И что же, Золотова, даже не скажете, как обычно, «я больше не буду»? — едко поинтересовался ректор.
Я, не отрывая глаз от ковра, помотала головой.
— Почему-то я так и думал, — тоскливо вздохнул маг. — Ведь еще не вся ваша банда обзавелась фамильярами.
Сзади сдавленно хрюкнул Ривалис, но тут же затих под взглядом главы школы.
— Идите, адепты. А с вами, Золотова и Вестов, потом проведет профилактическую беседу ваш личный учитель. Напарнички… — с ядовитым сарказмом едва слышно добавил он.
Но, кстати, Аннушка ругать нас не стала. Долго опрашивала и уточняла детали, это да, еще выпытывала, отчего такой странный выбор волшебных спутников. Почему, например, не какое-то животное из магических реальностей? А я-то откуда знаю? Аргументировала тем, что Дед Мороз — это сказочный персонаж из моего  мира, оттого и подарки он присылает исключительно земного происхождения.
Новые фамильяры нашей компании вызвали у школяров вполне закономерный ажиотаж. К оборотням приставали с вопросами, откуда они привезли таких крупных особей воронов. Ривалиса замучили вопросами, что это за странная белая лисичка. А Адель девчонки тискали и гладили. Дружелюбная интеллигентная собака с удовольствием общалась со всеми, но при этом всегда стояла так, чтобы Тина находилась под ее прикрытием. Даже на уроках укладывалась возле ног своей хрупкой нежной хозяйки. Учителям пришлось смириться, потому что выгнать Адель из аудитории не получалось: милая, покладистая и веселая псинка превращалась в рычащий зубастый комок мышц и категорически отказывалась отходить от Тельтины. Мне же было интересно другое: как ретривер отреагирует на волчью ипостась Эварта? Волк и собака рядом с одной милой златокудрой девушкой… Ох и затейник этот Дед Мороз!

На первом же занятии по бестиологии магистр Кариборо попросила нас с Карелом задержаться и огорошила, что в субботу вместо практикума мы отправимся за оружием из лунного серебра. Велела взять с собой только самое необходимое и книгу-портал и явиться к ней.
— Магистр, а деньги? — спросила я.
— На покупки для школы выдал магистр Новард, — сухо ответила она. — Если вы желаете приобрести что-то для себя, то за ваш счет. Ах да, возьмите с собой одежду, которую вам не жалко. Я изменю наряды на такие, как носят в той нереальности, чтобы мы не выделялись.
Я боялась. Не стану врать, что отнеслась спокойно к известию об отправке в место, где нас едва не убили. Было откровенно страшно и угнетало то, что я не могла ни с кем поговорить об этом, кроме Карела. Ведь даже Ивару я не рассказывала о своих внезапных способностях вытаскивать предметы из нереальностей. Не то чтобы я не доверяла ему, это другое, но…
К указанному времени мы явились в кабинет магистра Кариборо. Прихватили с собой комплекты одежды, изрядно пострадавшие в попытках наладить общение с драконом в нереальности, деньги, оружие и сумки с необходимыми мелочами и едой. Аннушка скептически осмотрела потрепанные одежки, потом оценивающе глянула на Карела и повела рукой над разложенными вещами.
— Вестов, вам не мешало бы сменить гардероб. Эти вещи вам явно не подходят по росту, — прохладно высказала она то, что Карел и сам знал.
Потом мы переодевались тут же в наколдованные наряды. Аннушка равнодушно отвернулась, а мы с напарником быстро разоблачились и натянули на себя то, что получилось в результате колдовства феи. Стесняться друг друга мы перестали еще на острове русалок, так что проблем не возникло. У меня было светло-фиолетовое платье с высоким белым кружевным воротником и длинными рукавами до пола, отделанными с внутренней стороны лиловым шелком. А Карелу опять достался смешной костюмчик с туникой и коротким плащом. А когда мы повернулись к преподавательнице, то оказалось, что она и свое платье немного изменила. Тот же черный тяжелый бархат, но фасон такой, как носят в нереальности, куда мы отправляемся.
— Вестов, представьте себе в деталях то помещение, которое нам нужно в замке. У нас нет времени бродить там по коридорам от библиотеки, — велела Аннушка. — Заодно потренируетесь строить порталы в выбранной нереальности в конкретное место, а не к ближайшему скоплению книг.
Карел кивнул и сосредоточился…

Вышли мы из портала прямо напротив дверей мастерской оружейника в замке герцога Ханадила Экхаласа. Я с опаской огляделась и прислушалась к ощущениям. А потом многозначительно взглянула на напарника. Все изменилось… Нет, здесь, как и прежде, чувствовалась темная магия, но не было той давящей, душащей атмосферы, как раньше. Похоже, уничтожение артефакта Исконной Тьмы сказалось на нереальности весьма благотворно.
— Ну и? Чего вы ждете, адепты? — спросила магистр. — Поторопитесь.
Гнома-оружейника мы застали на месте и крайне удивили своим приходом. Разговор взял на себя Карел, так как преподавательница явно не собиралась вмешиваться. Бросив на гнома короткий взгляд, она отправилась гулять вдоль развешанного и разложенного оружия.
— То есть вы хотите приобрести сразу много, правильно я понял? — уточнил мастер.
— Все верно, — подтвердил Карел. — Часть мы возьмем сейчас, остальное в другие дни.
— Я очень рад, лорд, леди, — поклонился мужчина. — Прошу, что именно вас интересует?
И вот тут вмешалась Аннушка. Она просто шла и указывала пальчиком на выбранные ею клинки и заколки:
— Это, это, это…
Семенивший за ней мастер тут же подхватывал выбранное оружие. Что-то передавал в руки Карела, шедшего сзади, что-то откладывал в сторону.
— Думаю, на сегодня хватит, — наконец остановилась магистр Кариборо и повернулась ко мне: — Выбирайте, что вы там хотели…
Ну, мы с Карелом и выбрали, точнее, я. Для девушек — это понятно, ну а Рива я тоже знала лучше всех после проведенного вместе лета. Для остальных членов нашей команды было решено приобрести комплекты в следующий раз, так как мы понимали, что мои силы не безграничны.
— Любезный, где мы можем расположиться, чтобы зачаровать выбранное оружие? — спросила мастера темная фея, добавив в голос ментальных чар.
Мы с Карелом уже научились различать, когда Аннушка устраивала свои ментальные атаки, и сейчас хорошо это прочувствовали. В общем, не было ничего удивительного в том, что гном суетливо бросился выполнять «просьбу» прекрасной леди и предоставил в наше распоряжение примыкающую к залу комнатку. Там мы целый день заговаривали все купленное. Основная тяжесть легла на меня, так как ведьминских чар нужно было накладывать больше. А Карел мне помогал чем мог, подавая клинки, забирая их и складывая в сумки, которые откуда-то вытащила Аннушка. Напарник предлагал мне воды или давал носовой платок, утереть испарину… Он же заставил в какой-то момент остановиться и поесть. Со своей половиной работы он управлялся быстро. Всего два заклинания — это ведь несложно и незатратно, особенно учитывая наши мощные накопители.
— Кира, хватит! Ты уже бледная до синевы! — отобрал он у меня очередной кинжал и положил обратно в кучу оружия, ожидающего своего часа. — Поешь и выпей эликсир для тонуса.
Аннушка никак не комментировала ни его, ни мои действия. И только когда я подкрепилась, фея флегматично обронила:
— Золотова, вы же ведьма. Вы пользуетесь не внутренними резервами, а энергией окружающего мира. Инициацию вы прошли, со стихиями познакомились. Так в чем проблема?
— А… — хотела я спросить, какая связь у одного с другим.
— Вестов, сделайте ей массаж шеи и плеч. Золотова, а вы расслабьтесь, закройте глаза и потянитесь к стихиям примерно так же, как вы это делаете, когда пополняете резерв энергией воды. Только не втягивайте силу, а пропускайте через  себя, — выделила она интонацией предпоследнее слово.

В нереальности мы провели в общей сложности часов десять. Потом забрали все выкупленное и зачарованное и перенеслись обратно в кабинет магистра Кариборо. Переоделись в свою одежду, оставив «экспедиционные» наряды у преподавательницы. Три комплекта заколок-стилетов для Лолы, Тины и Рива мы забрали, а насчет остального Аннушка сказала, что отдаст ректору сама. Велела нам явиться завтра утром для второй вылазки и отпустила. Мы с Карелом отправились в общежитие. Он должен был позвать Ривалиса, а я найти девчонок.
Лола валялась на кровати с очередным любовным романом и на мой приход отреагировала весьма индифферентно. И только когда заглянула Тельтина, которую я позвала, перед тем как зайти к себе, дерхана вскинулась.
— Будем чай пить? Есть что-нибудь вкусненькое? — спросила она, глянув на эльфиечку.
— Я не знаю, — улыбнулась Тина и поманила Адель к моему письменному столу. — Меня Кира пригласила.
— Зачем звала, Кирюш? — вломился сияющий как солнышко Рив.
Следом вошел Карел, и мы с ним многозначительно переглянулись. Легенда уже была придумана, осталось показать ребятам то, что мы для них добыли.
— Мальчики и девочки, — сказала я, — мы сегодня с Аннушкой были в другом мире. Вы же знаете, она нас таскает везде. Так вот, смотрите, что мы для вас купили…
Пока я объясняла, Карел с заговорщицким видом разложил на моей постели комплекты заколок-стилетов.
— А-а-а! Кира, Карел, я вас обожаю! Вот этот — мне! — завизжала Лола, метнулась к кровати и сгребла комплект, который я действительно выбирала для нее, зная неуемную любовь красавицы аристократки ко всему вычурному и богатому. — Сколько? Сколько с меня денег? Я завтра с утра сбегаю в банк!
— Ребя-ята-а! — выдохнул Ривалис. — Это правда нам? Вот этот же мне, да?
Ушастик с восхищением взял в руки мужской набор. А Тина с застенчивой улыбкой подняла оставшиеся изящные заколки.
— Кира, это ведь ты выбирала? — улыбнулась эльфиечка. — Очень красиво! Я бы и сама взяла себе именно такие. Сколько нужно отдать?
Остаток вечера я провела с Иваром, который очень переживал. Ему довелось побывать на задании Аннушки, и он теперь примерно представлял, что происходит у нас с Карелом на каждом практикуме. Поэтому парень злился и поджимал губы, что не имеет возможности сопровождать меня и беречь.
Следующий день у нас с напарником прошел так же. Скупили у мастера-оружейника из нереальности еще гору клинков, в том числе комплекты заколок-стилетов для Юргиса, Эварта, Мальдина и Гастона. Парням выбирал Карел, а я только высказывала свое мнение. Потом я все зачаровывала, Карел закреплял результат… Вот так вся наша банда стала счастливыми обладателями украшений для волос из лунного серебра. Щеголял теперь такими же заколками и мастер Айвэ. Его рыжую буйную гриву даже четыре стилета удерживали с трудом, но преподавателя по фехтованию это ничуть не смущало.

Имели мы беседу и с ректором. Магистр Новард выдал мне бумагу, подтверждающую, что моя учеба оплачена полностью. Еще раз напомнил, чтобы я не болтала языком о своих способностях, после чего поморщился и произнес:
— Кира, Карел, насчет ваших яиц… В Межреальности драконы не живут. Если вы хотите, чтобы малыши вылупились и жили здесь, придется обсуждать данный вопрос с его величеством и ковеном магов. Я уже прозондировал почву, увы, без этого никак не обойтись.
— О! — озадачилась я и бросила взгляд на напарника. — Может, тогда и не снимать с них пока стазис? Пусть полежат, а мы спокойно найдем реальность, в которой живут драконы, перенесем их туда, и малыши появятся на свет в том мире, среди себе подобных. Может, их и усыновит кто-нибудь, а мы проследим, чтобы с ними ничего не случилось. Ну а когда все наладится, и драконятки подрастут… Вы ведь знаете, я из технического мира, и раз мне не придется отрабатывать после обучения несколько лет ради оплаты, то, возможно, я вернусь домой.
Карел переменился в лице, но ничего не сказал, а ректор побарабанил пальцами по столу.
— Кира, скажите, а как вы отнесетесь к тому, чтобы остаться в этой реальности навсегда?
— Э?! — растерявшись, крякнула я.
— Его величество… Я имел с ним приватную беседу. Он желает с вами пообщаться.
— Я… я не знаю. Это как-то странно. А зачем?
— Чтобы оставить вас здесь, разумеется, — улыбнулся глава школы. — Такими ценными кадрами, как вы, не разбрасываются, Кира. Карелу предложить нечего, он и так титулованный аристократ в своем мире. А вот вас удержать хочется, так же как и показать вам свою лояльность. Поэтому не удивлюсь, если его величество предложит нечто такое, что сможет вас заинтересовать.
Я потопталась на месте, жалобно взглянув на напарника.
— Ступайте, адепты, — понял мое смятение магистр Новард. — Подумайте, взвесьте все. Вас ждет большое будущее, Кира, но в мирах магических. В своей реальности вы не сможете реализовать и половины данных вам возможностей. И готовьтесь, думаю, его величество не оставит идеи побеседовать с вами лично.
Мы вышли из кабинета, отошли немного, и только тогда Карел остановился, развернул меня к себе и спросил:
— Кира, а как же я? Если ты уедешь в свой мир, как же я без тебя?
— Да никуда я пока не еду, — печально махнула я рукой. — Это так… просто мысли вслух. Здесь ведь мне негде жить, ни кола ни двора…
— Поедешь ко мне! Или… а давай потом, когда закончим школу, купим жилье здесь, в Межреальности? Сложим деньги и приобретем большой особняк, чтобы и драконятам места хватило, и мы с тобой смогли спокойно разместиться.
— Ты серьезно? — опешила я. — Но ты ведь рано или поздно захочешь жениться. И как тогда?
— Ну, значит, купим два дома по соседству. А в свою реальность я не рвусь. Меня там ничего не ожидает, кроме родственников, но их я смогу навещать когда пожелаю. Из Межреальности легче всего осуществлять переходы в другие миры.
Гм. Нет, о домике с хорошим участком земли я и сама думала и деньги на него откладывала. Но мне и в голову не приходило, что Карел захочет быть рядом со мной. Все же мы не влюбленная пара и у него рано или поздно появится девушка. Да и я встречаюсь с Иваром.
— Кирюш, я ведь тебе уже говорил, что я от тебя никуда. Вот, правда, к дерханам не горю желанием переезжать, если ты вдруг надумаешь выйти замуж за Ивара. Да и в твой мир мне не хотелось бы перебираться. Не уверен, что я смогу там зарабатывать на жизнь без магии.
— Ну ты даешь! — рассмеялась я, глядя на парня совсем иными глазами. Не ожидала!
— Кир, ну я же объяснял! Ты моя напарница, и этого не изменить.
— Карел, ты такой хороший! — шмыгнула я носом от избытка чувств и часто заморгала, так как глаза вдруг увлажнились.
— Идем уж, чудо ты мое… — Он подхватил меня под локоток и повлек вперед.
Вечером того же дня ко мне прибежал Изверг. Выглядел он, мягко говоря, странно, даже Лола заметила и спросила:
— Ивар, ты чего? Тебя песец укусил или ворон в темечко клюнул?
— Кира! Карел сказал, что ты собираешься после учебы вернуться в свой мир, — не обратив на нее никакого внимания, спросил меня дерхан. — Это так?
— Э-э-э… — протянула я. Ну парни! Болтуны хуже девчонок.
— А как же я?!
Я опустила глаза и поковыряла мыском тапочки ковер. А что он? Ну да, мы встречаемся. Но не женаты ведь. В вечной любви он мне не клялся, планов на совместную жизнь не строил, предложения не делал. Вот скоро окончит школу и уедет, а я останусь учиться дальше. И вообще, откуда мне знать, что произойдет в будущем? Так далеко вперед я не заглядываю и окончательных планов не строю, ведь все может поменяться.
— Кира!
— Слушайте, ну что вы меня все достаете?! — внезапно вспылила я. — Что вы вечно пытаетесь за меня все решать? С кем мне встречаться, как одеваться, кого любить, у кого учиться, с кем дружить, где жить… Вот закончу школу и сама все для себя решу! Ясно?! Хватит меня прессовать, не хочу больше разговоров на эту тему!
Не желая объясняться, я вскочила и убежала из комнаты. Ну невозможно просто, никаких нервов не хватает…
Когда вернулась, Лолина расстроенно жевала яблоко. Соседка покосилась на меня и вздохнула. Потом еще раз, пока я не рявкнула, поняв, к чему она клонит:
— Ни слова, Лола! Слышать не желаю о том, как я поступаю с Иваром. Это моя жизнь, и я сама разберусь.
— Злюка! — буркнула она и отвела глаза.

Глава 23
О поисках сокровищ, встрече с драконами и празднике любви, а также о весне и попытках отравления

Так и потекло второе полугодие. Учеба, бесконечные занятия и вылазки с Аннушкой в различные нереальности, где мы скупали и зачаровывали всевозможные предметы, начиная с удивительного оружия и заканчивая редкими драгоценностями, которые там стоили очень дешево, уж не знаю почему.
Несколько раз темная фея вытаскивала нас в какие-то совсем уж дремучие места. Однажды это был расположенный в джунглях древний храм, разрушенный почти до основания. Каким богам поклонялись аборигены этой выдуманной нереальности, мне неведомо, но явно каким-то языческим. Магистр Кариборо велела нам искать особые знаки и вход на нижние уровни, располагающиеся под этим заброшенным и забытым святилищем. А когда мы пробрались через кучу ловушек в длинных подземных коридорах, то очутились в древней сокровищнице. Все мы здесь брать не стали (да это и нереально), только то, на что нам было указано. Несколько баснословно дорогих драгоценностей, кое-что из оружия… Прочее Аннушку не интересовало, и когда мы отобрали две вещи «для себя», она отнеслась к этому абсолютно индифферентно. Как и в прошлые разы, ее не интересовало, что мы там прихватываем кроме предметов, выбранных ею для школы.
В следующий раз она предъявила нам книгу-портал, на обложке которой был нарисован фрегат с черными парусами и скалящимся черепом с трубкой в зубах на флаге. Так мы очутились на нереальном тропическом острове посреди моря. Магистр сказала, что где-то тут зарыт пиратский клад, выдала карту на клочке бумаги и велела искать, откапывать и работать. На это у нас ушел целый день. Кстати, было ужасно весело. Мы с Карелом умудрились в процессе поисков даже поругаться, помириться, снова поругаться, я отвесила ему подзатыльник, он шлепнул меня пониже спины. Потом я бегала за ним с закрученным в жгут полотенцем (наколдованным Аннушкой для купания), чтобы отдубасить за покушение на мою филейную часть, а он с гоготом уворачивался и кричал, что не выйдет из меня пирата. Что я мыслю как девчонка, а мужики, ходящие по морю на кораблях, думают совершенно иначе. Тогда я скрутила шелковый шарфик и сделала себе повязку через один глаз, а вместо банданы нацепила на голову рубашку. И пока напарник смеялся надо мной, изловчилась, подкралась и таки отлупила его полотенцем. А потом с визгом удирала от него, так как он пообещал, что сейчас кое-кого одноглазого утопит и ему за это ничего не будет.
Магистр Кариборо все это время отдыхала в легком газовом наряде под пальмой в плетеном шезлонге (тоже наколдованном), пила из кокоса коктейль (наверное) и не реагировала на наши выходки. Ее интересовал только результат, а чего уж нам стоило добиться этого самого результата и что мы вытворяли в процессе поисков, ее не волновало.
Впрочем, она не возражала, когда мы ходили поплавать в перерывах между поисками злосчастного сундука с пиратскими сокровищами. Совершенно спокойно наблюдала, как мы ныряли и плескались. Ее даже не удивило то, что мы оба разделись до белья. Ну адепты, ну купаются, ну не стесняются друг друга и щеголяют в исподнем.
Помощи она нам не оказывала никакой, но не мешала и не одергивала. Однажды на просьбу Карела оказать нам содействие она ответила:
— Адепты, это вы — будущие великие маги. Вот и тренируйтесь. А я вам не нянька, а учитель.
Но вот в плане учебы она была сущим зверем. Много объясняла, но и много спрашивала. И боже упаси было не сделать уроки или не отработать данное ею заклинание до автоматизма. Тогда можно было сразу топиться…
Возвращаясь же к пиратскому кладу, сундук мы тогда все же откопали и кое-что из него увезли в Межгород. Как обычно — самое ценное и крупное для ВШБ, а пару ювелирных безделушек, которые не заинтересовали магистра, мы забрали себе.
Куда все добытое нами потом девал магистр Новард, я не знаю. Но судя по тому, что в школе затеяли ремонт нескольких подсобных зданий, купили еще лошадей, оборудование, реактивы, новое оружие для тренировок и пополнили библиотеку, деньги, вырученные за эти вещи, уходили на благоустройство школы. Это только то, что я видела. А ведь были и другие факультеты, немагические, и там тоже требовалось многое. Как обычно, дотаций (или что там в этих мирах) не хватало, и руководству учебных заведений приходилось самим изыскивать способы пополнения бюджета.

С Иваром мы уже не могли находиться вместе столько времени, сколько в новогодние каникулы, но все равно старались побыть вдвоем каждую свободную минуту. Если проводили вместе ночи, то на его территории. Я приходила вечером в мужской корпус и допоздна делала уроки и тренировалась с Карелом, потом шла в комнату Изверга (он дал мне ключ) и дожидалась там, пока он вернется с дежурства. Гаврюша в такие ночи оставался в моей кровати, составляя компанию Лоле. Но их обоих сие ничуть не огорчало — эти сладкоежки жевали конфеты и яблоки и играли.
А еще Ивар дико ревновал меня к Карелу. Причем добиться объяснения, с чего вдруг такая необъяснимая болезненная реакция на моего напарника, я не могла. А ведь ничего не изменилось, мы всегда были близки с Карелом и все время были вдвоем. Ивар мрачнел, хмурил брови и крепко сжимал меня в объятиях, стоило мне упомянуть Карела, но ничего не предпринимал, и мне пришлось смириться с этим фактом.
Незаметно пролетела зима, наступил день, посвященный богине любви. Лола в предвкушении ожидала от меня чего-нибудь эдакого, но я зареклась устраивать иллюзии в общежитии. Нет уж, хватит. Только нашу комнату принарядила букетами, воздушными шариками да входную дверь украсила цветочной гирляндой. Ну еще для Тельтины и ее соседки Дарилии постаралась, но они сами меня попросили.
А утром праздничного дня в коридорах женского общежития раздались разочарованные девичьи голоса. Потом к нам в дверь постучали, а когда Лола открыла, мы увидели переминающихся на пороге девушек с ЖРФ.
— Доброе утро… — начали они издалека.
Я молча им кивнула и вернулась к своим делам. Дружна я с ними не была, а две из них так вообще доставали меня осенью.
— А мы к Кире, — неуверенно произнесла одна из гостий.
— Ну? — сухо спросила я.
— Кир… А ты не будешь в этом году украшать общежитие? — переглянувшись, спросили девушки.
— Нет.
— Совсем?
— Совсем! Все, что я хотела сделать красивее, уже наряжено, — равнодушно отозвалась я, не обращая внимания на Лолу, которая с трудом сдерживала смех.
— А коридоры… точно не будешь?
— Точно. Кому надо, пусть этим сам занимается.
Девчонки зашушукались… Лола уже мелко тряслась, но вслух еще не смеялась, а я уткнулась взглядом в книгу, не желая даже вида подавать, что поняла, к чему весь этот разговор.
— Кхм… Кир… — снова позвали меня гостьи, — а может, ты сделаешь так же красиво, как в прошлом году? Только без этих крылатых монстриков со стрелами.
— С какой стати? — подняла я брови. — Берите и делайте сами. Иллюзии вы проходили точно так же, как и я. Так что без меня.
— Ну Ки-ир… — начала канючить одна из студенток. С ней у меня отношения были в порядке, так как она встречалась с мальчиком с третьего курса и мои дела с Иваром ее не коснулись. — Кир, мы же так не умеем. У тебя и воображение, и талант, и идеи все время такие необычные!
— Вот и потренируйте свою фантазию. А мне мой резерв пригодится для других целей. — Я была непробиваема.
— Праздника хочется, — вздохнули девушки.
А потом одна из них, эльфийка, которая частенько толкала меня осенью, проходя мимо, глубоко вдохнула и произнесла:
— Кир, ты прости нас. Сами не знаем, что тогда на всех нашло… Обидно ведь, что он тебя выбрал. Сейчас-то уже понимаем, что у тебя ни шанса не было. Разве же можно устоять, когда сам Ивар Стенси так добивается? А тогда прямо какое-то помутнение рассудка случилось. Ну и зависть, конечно. Мы это… давай мириться?
Пока она говорила, у меня брови поднимались все выше и выше. Лола все же не выдержала и прыснула от смеха, и девушки на нее укоризненно посмотрели, переминаясь на пороге. А я встала и приблизилась к двери, потом вышла из комнаты и обвела посетительниц пристальным взглядом. Они его не выдержали и потупились. А потом все та же эльфиечка неуверенно протянула мне руку и спросила:
— Мир?
— Мир, — вздохнула я и ответила на рукопожатие.
А потом мы все вместе шли по коридору, и по мановению моих рук он преображался. Но с девчонок я стребовала накопители, ибо мне мои запасы и самой пригодятся. Хотят красоты — пусть «раскошеливаются» на энергию.
Вечер я провела с Иваром. Он подарил мне цветы, коробку сладостей и сережки с рубинами в комплект к кулону, врученному на прошлый Багонг. А я подарила ему… себя в умопомрачительном сексуальном белье, которое берегла для такого случая, и бутылку его любимого старинного вина. Кажется, Ивару понравилось и то, и другое…

Аннушка же с наступлением весны словно с цепи сорвалась. Она прекратила отправлять нас за добычей и стала таскать в места обитания драконов. И ведь началось все так безобидно. Мы с Карелом настроились на очередные поиски чего-то там, взглянув на брючный замшевый костюм магистра Кариборо и ее мечтательную улыбку, а в итоге оказались в горах, над которыми кружили драконы.
— Действуйте, адепты, — провозгласила темная фея и присела на валун.
— А как именно? — осторожно уточнил Карел.
— А как хотите, так и действуйте, — невозмутимо отозвалась преподавательница.
— Ну и как мы хотим? — повернулся ко мне друг.
Я же задумчиво посмотрела в небо и ответила:
— Полагаю, нам следует докричаться до кого-нибудь вон из тех крылатых и зубастых. Начинай!
— А чего я-то? — справедливо возмутился напарник.
— Ты мужчина, — пожала я плечами.
— Поэтому пропускаю дам вперед!
Я зыркнула на него и поджала губы. Аннушка с тонкой усмешкой наблюдала за нами, но ничего не говорила. У меня вообще сложилось впечатление, что мы ее очень забавляем. Порой она и рада бы рассмеяться, но амплуа не позволяет.
— Ладно, тянем соломинку, — проворчала я и подняла с земли два маленьких камня: белый и черный. — Кому достанется белый камушек, тот первый и призывает дракона.
— Ну и где тут соломинка? — поднял брови Карел.
— Зануда! — спрятала я «соломинки» за спину и перетасовала. — Выбирай!
А потом напарник, которому выпал жребий, мысленно звал дракона, запрокинув голову к небу. Спустился черный как смола самец, здоровенный и жуткий. Я не могла слышать, о чем они мысленно беседуют, поэтому сама несмело позвала:
«Привет».
«Ух ты! Маленькая самочка тоже Говорящая!» — Ко мне повернулась огромная голова и оскалилась в том, что, вероятно, должно было означать улыбку.
Я икнула от «восторга» и подумала:
«Вот это мечта для Зубной Феи…»
К сожалению, мою мысль дракон воспринял как фразу, адресованную ему, так как оказалось, что мыслить и мысленно беседовать — это не одно и то же, нужно делить процесс.
«Но-но! Маленькая самочка! Зубов не дам!»
Дальнейший разговор был сущим абсурдом. Я уверяла дракона, что мне его зубы без надобности. Он утверждал, что они очень ценные. Я заявляла, что они мне все равно не нужны. Он горячился, что это я только говорю так, а на самом-то деле мечтаю вырвать у него клыки. Карел с недоумением наблюдал за моей мимикой и топчущимся на месте огромным ящером.
«А почему мой друг не слышит нас? — спросила я вдруг. — Ведь вы перед этим разговаривали».
«А ты хочешь побеседовать втроем? — сбился с очередной фразы о своих драгоценных зубах дракон. — Хорошо».
Не знаю как, но он включил мыслесвязь так, что теперь мы в разговоре участвовали все трое. Аннушка лениво на нас посматривала, не пытаясь вмешаться или привлечь внимание к себе. Потом я позвала с неба еще одну рептилию, которая оказалась самкой, и мы говорили уже вчетвером.
Я, воспользовавшись тем, что передо мной особь женского пола, задавала ей вопросы о яйцах и драконятах, сначала объяснив, для чего мне эта информация. Выслушала массу ценных советов и категорический отказ принять наших найденышей в гнездо и высидеть. Нам было сказано, что ни одна драконица на это не пойдет. И, мол, ищите способ сами… Бессердечные чешуйчатые гады!
Придется-таки Змею Горынычу поработать наседкой.
С драконами мы общались еще не раз и не только в этой реальности. Я многого ожидала раньше, до того как встретила настоящих, а не выдуманных, рептилий живьем, но по факту все оказалось скучно и прозаично. Большие крылатые динозавры, мыслящие, но не говорящие, зато пыхающие огнем…
Аннушка нами в целом была довольна. Сказала, что не доработан один момент и нам надо самим научиться включать это групповое общение, а не ждать милости от драконов. После этого мы несколько дней посвятили слиянию. Странное это дело, должна заметить. Вроде и я, и Карел — это две независимые личности со своими… тараканами и мыслями, эмоциями и заботами. А во время наших попыток слиться сознаниями или хотя бы начать общаться ментально, так же как с Драконами, я чувствовала Карела, а он — меня. И это… не то чтобы было неприятно, но как-то дико. Он же парень! А я в такие моменты узнавала, что у него давно не было девушки и он сидит на «голодном пайке». Или что у него болит желудок, так как он объелся жареными ребрышками в трактире. Или что он думает обо мне…
К слову, думал он очень хорошо. Идеализировал меня, я бы даже сказала. В его восприятии я была чем-то нереально классным, удивительным и непостижимым, близким ему по духу, и ради меня он умер бы. Представляете?! Он в буквальном смысле этого слова обожал меня. А я, положа руку на сердце, не считала себя такой замечательной и удивительной, какой он меня видел и воспринимал. И от этого я испытывала к нему щемящую, почти болезненную нежность. Не знаю, как так получилось, но он стал мне самым родным и близким человеком за эти два года в Межреальности. Даже Ивара я любила не так сильно, как своего напарника. Медвежутик мой! Вот я не я буду, если не сделаю из него такого парня, ради которого девушки драться будут готовы. Титул у Карела уже есть, состояние мы ему собираем, характер, ум и внешность у него и так отличные, расти начал благодаря вмешательству эльфийского лекаря. Осталось еще немного над характером поработать, чтобы побольше уверенности в себе… Хотя, должна сказать, что и в этом плане он сильно изменился со дня нашего знакомства.

Занятия в школе шли своим чередом. Лекции, практикумы, тренировки, новые знания и умения. На хулиганство и проделки у меня времени не оставалось, что бесконечно радовало учителей и ректора и огорчало моих друзей и остальных адептов. Кстати, о проделках… Мой дуб с котом пользовался бешеным успехом как у учеников, так и у преподавателей. Неоднократно видели магистра Ририна, беседующего с кошаком. Библиотекарь записывал что-то в тетрадях, а кот блаженно жмурился и с удовольствием рассказывал очередную историю. А еще мне как-то проболтался Родион, с которым я случайно разговорилась, о том, что он узнал от Таси. Домовые — те еще сплетники, должна заметить. Так вот, магистры тайком друг от друга подпитывали мой фантомный дуб силой. Делали это незаметно, не подавая вида, но при этом… Даже ректор был однажды замечен бдительными домовыми за этим делом. Кроме того, была подслушана приватная беседа, что «хоть Золотова и шкода, каких поискать, и лучше бы боги сохранили от еще одного такого „счастья“, но кот у нее изумительный». И, мол, нужно сделать все возможное, чтобы фантом не развеялся.
Новенькие члены нашей команды — два ворона, песец и собака — полностью влились в коллектив и подружились между собой и с Гаврюшей. Лемуру теперь тоже было не скучно. Он с удовольствием тискал млеющего Тимофея. Частенько чесал за ушком лукавую добродушную Адельку или перебирал ее мягкую шелковистую шерсть, а потом та вылизывала его так, что у Гаврюши вся мордочка была мокрая. А еще фамильяр Ивара придумал забаву: «дрессировать» Корвина и Чарльза. Когда мы застукали их за этим занятием первый раз, то просто обомлели. В лемуре погибал великий дрессировщик! Он, дирижируя карандашом, указывал воронам, куда перелететь, что взять, сколько раз отстукать клювом… Подозреваю, и Корвин, и Чарли все это прекрасно умели и сами, они ведь тоже фамильяры. Но птицы позволяли очаровательному Гавриилу угощать их вкусными кусочками в награду за выполненные задания и считать себя очень серьезным и важным. Оборотни только посмеивались и шутили над этими забавами, но не мешали своей живности развлекаться.
Лола жутко расстраивалась, что для нее в этом году никто не призвался, и строила планы на будущее. Кто ей достанется: такой же глазастый мимишный зверек типа Гаврюши, или кот, или собака, чтобы охранять ее, или большая ящерица (вот этого не хотелось бы, не любит она чешуйчатых), или, может, какая-то редкая птица? Вот бы — феникс!
Я отмалчивалась и украдкой улыбалась, так как чувство юмора у Деда Мороза оказалось весьма специфическим, и что может прилететь в следующем году, не бралась предсказать даже я. А уж у меня-то воображение и фантазия о-го-го!

Иола Дексова в последние месяцы то ли успокоилась и смирилась (во что мне не верилось — очень уж у нее были красноречивые взгляды), то ли затаилась (что более вероятно). Но, как бы то ни было, ни одного выпада в мой адрес не случалось начиная с зимних каникул, нашего сближения с Иваром и неудачной попытки отравления. Лоле я, кстати, ничего не рассказывала. Дерхана особа вспыльчивая и неуправляемая, с нее сталось бы пойти и набить морду, ой, прекрасное эльфийское личико в целях профилактики.
Правда, во втором весеннем месяце случилось досадное происшествие. Мы с ребятами сидели в кондитерской и лакомились десертами. Учитывая погожий солнечный денек, народу было много: мамы с детишками, юные барышни с компаньонками или горничными, студенты… Ну и мы в полном составе, правда, без фамильяров. Под ногами у посетителей крутился толстый рыжий кот, выклянчивая ласку. Разносчица его пыталась шугануть, но местный обитатель на ее нарочито гневные слова не обращал никакого внимания и терся о ноги детишек.
Я заказала дополнительную порцию взбитых сливок, а в ее ожидании смеялась над шутками дурачащегося Рива. Эльф был в ударе и шутил напропалую — у нас уже животы болели, так мы нахохотались. Показалась разносчица с моим заказом, но пока она шла к нашему столу, на нее налетел какой-то мужчина, едва не выбив из рук креманку, тут же извинился, раскланялся, сунул женщине монетку в карман фартука за беспокойство и поспешно ушел. Ворча, что ходят тут всякие косолапые и честных женщин чуть ли не с ног сбивают, разносчица поставила на стол мой десерт и ушла принимать заказы у новых посетителей. Я же приступать к еде не торопилась, просто наслаждалась жизнью. Потом Ривалис вздрогнул, наклонился под стол и произнес:
— Ну ты и так толстый, как буханка хлеба! Куда тебе еще?!
— Мр-ряу! — не согласился его собеседник из-под стола.
— Ну ладно, ладно, — засмеялся эльф. — Мы сейчас Кирюшу ограбим, вон у нее сколько вкуснятины.
Под мое бурчание Ривалис зачерпнул полную ложку сливочного десерта из креманки и опустил под стол. Ребята что-то говорили, а Рив вдруг переменился в лице и вскрикнул:
— Кира, не трожь! — и шлепнул меня по руке, которую я протянула к своему десерту. — Отравлено!
Под столом бился в конвульсиях толстый рыжий кот, а из его рта шла пена. Не буду описывать все подробно… Начался переполох, вызвали стражу, отравленные сливки изъяли. Долго всех допрашивали, не видел ли кто чего… Все вспомнили мужчину, налетевшего на разносчицу, которая сейчас перепуганно рыдала и клялась и божилась, что у них приличное заведение и они никогда… Самое странное, что никто, ни один посетитель не смог вспомнить, как выглядел тот мужчина. Вообще! Даже я не смогла сказать, какого цвета у него были волосы и глаза, высокий он или низкий, как одет и было ли у него оружие. Все помнили сам факт столкновения, но описать хоть примерно облик злоумышленника не смог никто.
Я же смотрела на пушистый рыжий трупик и корила себя за то, что не проверила лакомство с помощью артефакта. Ну что мне стоило сразу же протянуть к нему именно ту руку, на которую был надет перстень, определяющий наличие яда? А я сидела, смеялась и шутила, и пострадало ни в чем не повинное славное животное. Ведь я же всегда сканировала всю еду и в общежитии, и в столовой, и даже в нашей комнате. Всегда! И сегодня тоже! А с этими злосчастными сливками допустила досадное промедление, и из-за этого погиб зверек.
Нас наконец отпустили, но настроение у всех было подавленное. Ребята строили гипотезы: что это за странное происшествие? Кому я могла не угодить? Может, это случайность? Я же отмалчивалась… Даже Ивару не стала ничего говорить, хотя он ужасно испугался и пытался прижать меня к себе и не выпускать из объятий. Но что я могла сказать? Что это уже второе покушение? Что меня кто-то пытается убить? Он знал о первом, так же как и Карел. Но не пойман — не вор. Доказать, что тут как-то замешана Иола Дексова, я не могла. А больше мне и подумать не на кого было, лишь она меня люто ненавидела. Либо же я знала только о ней.

Глава 24
В которой кот и русалка обретают имена, Аннушка рассказывает старую историю, становится известно о беде Мальдина и начинается сессия

Когда мы вернулись в общежитие, я оставила вещи в комнате и ушла к дубу. Карел пытался составить мне компанию, так как перепугался за меня до трясущихся рук. Он аж побелел тогда в кондитерской, когда осознал, что могло произойти. Но я ласково погладила его по щеке и попросила оставить меня, мне хотелось побыть в одиночестве и осмыслить случившееся.
На удивление, возле раскидистого фантомного дерева было пусто, вероятно, адепты готовились к сессии, и мне удалось побыть без назойливой компании.
— Что ты, девица, невесела? Что головушку повесила? — вкрадчиво обратился ко мне черный кошак.
— Не приставай к ней, животное! — укоризненно произнесла со своей ветки русалка. — Не видишь? Беда у человека.
— Как ты разговариваешь со мной, хвостатая? — закатил глаза кот.
— От хвостатого слышу! — привычно огрызнулась синеволосая дива, а я вдруг подумала, что так и не дала ей имени. И коту тоже.
— А как вас зовут? — спросила я своих «фольклорных персонажей», озадачив непоследовательностью.
— Нас не зовут, к нам сами все приходят, — подумав, ответил кот-сказочник.
— А хотите я вам имена дам? — улыбнулась я, на время даже забыв о своей проблеме.
— Ну наконец-то! — встопорщил шерсть мой четверолапый собеседник. — Хоть у одного человека ума хватило на это. Вещай, девица.
— Ты — Семен. У Александра Сергеевича Пушкина, автора стихотворения про этот дуб и про вас, была нянюшка — Арина Родионовна. А у нее кот. Вот, поминая этого кота, великий поэт и написал про вас обоих.
Говорить о том, что хвостатый Семен, принадлежавший Арине Родионовне, был редчайшим пакостником и неоднократно метил обувь Пушкина и поэтому тот его совершенно справедливо не любил, я не стала.
— А я? А мне? — поправила локон русалка и колыхнула грудью, упрятанной в бюстгальтер из ракушек.
— Миртиль. Это голубика по-французски, но с русским произношением, — издала я смешок. — Ягода такая. Нравится?
— Ягодка? — кокетливо повела она плечиками. — Как это прелестно!
— Пф, — фыркнул Семен. — Какая же ты ягодка? Ты вредная женщина с рыбьим хвостом.
— Oh, Simon! Mon comportement — le résultat de votre attitude! — произнесла вдруг русалка на чистейшем французском языке.
Эти двое мгновенно забыли про меня и с упоением начали беседовать и препираться по-французски. Я этого языка не знала, поскольку в школе учила английский, поэтому какое-то время сидела, вытаращившись на них. Миртиль вела себя как заправская кокетка, томно вздыхая и закатывая глаза, а Семен напоминал толстого ворчливого месье, который снисходительно поучает свою собеседницу. Я еще послушала, а потом тихонько встала и удалилась, пребывая в полном обалдении от тех, кого создала. Вот как я смогла их наколдовать, если сама знаю на языке родины Мольера и Дюма буквально несколько фраз, позаимствованных в основном у киношных мушкетеров и гардемаринов?
Последнее, что я услышала, было произнесено котом:
— Face à la vérité, ma chère…

Позднее у меня состоялся примечательный диалог с «подозреваемой». Доказать каким-либо образом причастность Иолы Дексовой к попыткам меня отравить я не могла. Злило меня это безмерно, да еще Лола подзуживала, мол, какая же я ведьма, если веду себя как рохля и позволяю мерзкой белобрысой мымре такие страшные выходки? Я бы и не позволила, но как?! Проклясть Иолу я не могла, ибо в ВШБ строго-настрого запрещено применять магию к другим адептам. В общем-то, это правильно, так как далеко не все адепты обладали силой. И если сегодня один маг возьмет и заколдует, например, адепта из детектов или фантбоев, тот запросто может привезти с практики какой-нибудь лазерный бластер или редкий химический яд да и прикончить врага ко всем чертям. Но в то же время молчать и ничего не делать было уже выше моих сил. Я ведь видела, как Дексова смотрит на меня. После тех взбитых сливок с ядом, которыми меня пытались угостить, в ее глазах я прочитала дикое разочарование и лютую ненависть.
И вот я терпела, терпела, а потом подкараулила эльфийку так, чтобы оказаться рядом с ней без свидетелей.
— Дексова, — хмуро окликнула я ее.
Та вздрогнула и сбилась с шага, услышав мой голос, но остановилась и обернулась.
— Чего тебе, Золотова? — буркнула она, прищурившись.
— Да так… Поговорить, — подошла я к ней и, чуть склонив голову набок, окинула ее задумчивым взглядом.
Дексова ответила мне вызовом в глазах и скривила губы в усмешке.
— Иола, скажи мне, ты в курсе, что такое посмертное ведьмино проклятие? — спокойно спросила я.
— Ну в курсе, и что? — процедила она, а в ее глазах мелькнуло беспокойство.
— Это хорошо, — кивнула я, продолжая рассматривать ее. — Иола, ты знаешь и я знаю, что доказать твою причастность к попыткам убить меня невозможно. Ты хорошо постаралась.
— Чушь! — насмешливо фыркнула она. — Понятия не имею, о чем ты.
— Да-да, конечно, — с сарказмом подтвердила я. — Я и не обвиняю тебя. Просто хочу предупредить… Если вдруг на меня упадет кирпич и убьет — от моего посмертного ведьминого проклятия умрешь ты. Если я поскользнусь, упаду, разобью себе голову и скончаюсь на месте — умрешь ты. Если меня вдруг задавит карета или затопчет чья-то понесшая лошадь — умрешь ты. Если крысиный яд вдруг каким-то немыслимым образом окажется в моем чае — умрешь ты. Если совершенно случайно произойдет что-то, к чему ты, разумеется, не имеешь никакого отношения… — с усмешкой протянула я, — умрешь ты.
— Что?! — возопила она и вытаращилась в ужасе. — Ты не посмеешь! Правила ВШБ запрещают проклинать…
— Именно поэтому я до сих пор не навела на тебя порчу и не прокляла, — ледяным голосом отозвалась я. — Только, Дексова, учитывай тот факт, что проклятие, которое я наложила, станет активным лишь в момент моей смерти. Я уже не буду являться студенткой ВШБ, и, следовательно, мне станет безразлично, какие правила нарушены. То же самое касается тебя… Тебе ведь осталось учиться всего один год. А если ты выпустишься и предпримешь что-либо в мой адрес… Ты уже не будешь адепткой школы, и никаких правил я не нарушу. Я доступно объяснила?
— Вполне… — вдруг успокоилась она и посмотрела совсем иначе, оценивающе, словно прикидывая, как бы так меня удавить, чтобы ей за это не «прилетело» в ответ.
— Дексова, не стоит… — покачала я головой. — Я очень терпеливый человек. К тому же сильнее тебя и в плане магии, и физически. А меня всегда учили, что обижать слабых — это низко и подло. И я держалась, не позволяя себе набить тебе личико или наслать чесотку и энурез. Защищалась, но не нападала. Но мое терпение не безгранично, поэтому я тебя предупредила, а уж что ты будешь делать с этим знанием, тебе решать. Но учти: отправишь меня на тот свет своими или чужими руками, я утащу тебя за собой в могилу. Никому еще не удавалось выжить после посмертного проклятия ведьмы. Так что встретимся за гранью очень быстро.
— И какое же ограничение стоит на твоем проклятии? — вдруг спросила она. — Я в курсе, что все они имеют условия для…
— Ты меня совсем за дуру держишь? — вскинула я брови. — Правда думаешь, что я тебе расскажу? Я долго составляла текст, чтобы учесть все факторы и твою изворотливую натуру, ведь тебе может прийти в голову не только отравить меня. Поэтому не надейся, что удастся каким-то образом избежать кары. Мой тебе совет: не трогай меня, не пытайся убить — и сама проживешь долгую эльфийскую жизнь.
— А ты жестокая и злопамятная, — обронила она.
— Нет, Иола, — покачала я головой. — Я не жестокая, а жесткая. И не злопамятная, просто стала злой, а на память никогда не жаловалась. Ты зря думала, что я позволю вечно над собой измываться и буду терпеть все. Мне нет дела до того, какой ты расы, есть ли у тебя титул, кто твоя родня и так далее. Будь ты хоть королева — еще раз попытаешься… и умрешь вместе со мной. Я долго держала себя в руках, но ты, похоже, принимаешь сдержанность за слабость. И учти кое-что на случай других идей испортить мне жизнь… У моего народа есть одна особенность: мы долго терпим, но если уж срываемся, то последствия для тех, кто вызвал наш гнев, самые ужасные. Я близка к срыву.
— Я тебя поняла, Золотова, — кивнула эльфийка, глядя на меня совсем по-новому. Да, я по-прежнему была ее врагом, но врагом, которого она вдруг оценила и посмотрела на него совсем иначе. — Только и ты помни. Ты забрала у меня самое дорогое — Ивара, и я этого не оставлю. Умирать я не планирую, но ведь и у тебя можно забрать кого-то, кем ты дорожишь.
— Обидишь кого-то из моих друзей — я тебе сердце вырву, — буднично сообщила я ей.
И вероятно, было что-то такое в моей интонации, что она поверила. Поверила во все: и в мой блеф с посмертным проклятием, которого я, конечно же, не накладывала, и в обещание вырвать ей сердце, если обидит тех, кем я дорожу. Но тем не менее в последующие дни я озаботилась тем, чтобы купить всем друзьям из нашей компании амулеты, определяющие яд: неприметные колечки, единственной способностью которых было нагреваться при наличии вредоносных добавок в еде и питье.

О попытке отравления кто-то проболтался, и меня вызвала к себе Аннушка. Выслушала мой сбивчивый рассказ, после чего встала и прошла к окну. Ветерок из приоткрытой створки шевелил ее черные блестящие волосы, солнце отбрасывало блики на одухотворенное лицо с точеными чертами, и выглядела она в этот момент так, что я пожалела о своем полном неумении рисовать. Хоть и сложный у феи характер, но все же она дивная красавица.
— Вы сами-то на кого думаете, Золотова? — спросила она наконец, повернувшись ко мне.
— Честно? На Иолу Дексову. Но доказать ее участие невозможно ни в первом случае, ни во втором. Просто она единственная, кто меня люто ненавидит из-за… из-за… — смутилась я.
— Я знаю из-за чего, — спокойно обронила магистр Кариборо. — Она удивительно последовательна в своем стремлении заполучить адепта Стенси.
— Да уж… — буркнула я.
В этот момент я ненавидела всех: Ивара — так как из-за него все это началось; себя — за то, что поддалась на его ухаживания и стала с ним встречаться; но больше всех Иолу — потому что она любила Ивара намного сильнее меня, раз была готова на любое преступление ради него.
— Знаете, я редко даю советы, да и не любят им следовать, — усмехнулась фея. — Поэтому я лучше расскажу небольшую историю, адептка. Когда-то много-много лет назад жила одна девушка: красивая, умная, целеустремленная, имеющая большие планы на будущее и прекрасные перспективы. Поклонников она имела более чем достаточно, но для нее были гораздо важнее собственные желания и цели, и всех этих без сомнения прекрасных юношей она игнорировала. Нашелся лишь один, который сумел пробиться сквозь стену ее отчужденности. Осадой, измором, назовите как хотите, но он добился своего, и та девушка одарила его вниманием. Не то чтобы она его сильно любила, но он ей нравился и мог составить хорошую партию.
Аннушка тонко улыбнулась и, замолчав, снова отвернулась к окну.
— И что же было дальше? — не выдержало мое любопытство.
— А дальше нашу героиню убила другая девушка, которая считала, что именно она заслуживает любви того самого юноши.
— О! — опешила я. — И все?!
— Нет, не все, — тихо рассмеялась фея. — У нашей поверженной героини был троюродный кузен, тайно влюбленный в нее. Он с невероятным трудом нашел эликсир вечной жизни и оживил свою погибшую кузину, которой был предан до последнего вздоха. Когда же она окончательно пришла в себя и оправилась, то явилась, чтобы покарать свою убийцу. И каково же было ее удивление, когда оказалось, что та давно и благополучно замужем за тем самым юношей, из-за которого и пошла на преступление. Более того, беременна уже третьим ребенком, а отец семейства любит ее и полностью счастлив в браке. О своей первой возлюбленной он и не вспоминал и был шокирован, когда перед ним явилась та, на чью могилу он клал цветы много лет назад.
— Ну ничего себе! — возмутилась я. — Он что, не знал о том, что его жена убийца?
— Возможно, и знал, — пожала плечами магистр. — Но это лишь доказывало силу любви его супруги к нему. Кроме того… существует так много видов любовных приворотов, адептка. И далеко не все они в виде эликсиров, запахов или порошков. Вы еще очень юны и многого не ведаете. К чему я это?.. Ах да. Так вот, немножечко любовного приворота каждый день на протяжении многих лет — и то, что твоя жена убийца, не играет никакой роли. Ведь она убила ради тебя .
— И что же наша героиня? — мрачно спросила я.
— Посмотрела на этих… супругов , — презрительно произнесла Аннушка последнее слово, — развернулась и удалилась прочь. Вышла замуж за своего кузена, рассмотрев то, чего раньше не замечала, и ответив ему взаимностью. И вместе они прожили до тех пор, пока он не умер. Детей у них не было, так как… Не будем забывать, что когда-то девушка была мертва, а ничто не проходит бесследно. Снова оставшись в одиночестве, наша героиня зажила новой жизнью то там, то здесь… Ведь она стала бессмертной, а это так скучно.
— И все же зря она не наказала свою убийцу, — поджала я губы.
— Знаете, адептка, это было бы самым легким, что только могло случиться. Гораздо худшим наказанием для преступницы стал вечный страх, что однажды жертва передумает, вернется и покарает ее саму или ее детей. Ну а наша героиня, как вы ее называете, поняла, что не стоило ей принимать чувства того, к кому сама она относилась вовсе не так уж горячо. Это разрушило многие жизни и не привело в итоге ни к чему хорошему.
Фея замолчала, я тоже какое-то время ничего не говорила, но после все же не утерпела и спросила:
— А ко мне эта история имеет какое-то отношение?
— Никакого, — мелодично рассмеялась преподавательница. — Просто будьте осторожны, чтобы не стать жертвой той, кто так отчаянно любит Ивара Стенси. Ступайте, Золотова. У вас много уроков, готовьтесь.
О нашем разговоре я рассказала только Карелу, от которого у меня не было секретов. И мы оба пришли к выводу, что Аннушка рассказала мне о себе. Хотя странно… Я думала, все феи бессмертны, но, вероятно, это не совсем так. И как-то по-новому взглянула я на нашу преподавательницу. Красивую, строгую, но справедливую, одинокую и неприступную. Думается, очень нелегко быть бессмертным, привязываться к людям (ну и к нелюдям), но все они рано или поздно оканчивали свой век, она же продолжала жить. Даже детей у нее не было… И замуж, скорее всего, она не выходила по этой же причине — смертности всех окружающих. А ее черные наряды — это траур?

А в один из ярких солнечных деньков, возвращаясь от бабули Динаты, я увидела сидящего на земле с закрытыми глазами Мальдина. Парень, держа в руках развернутое письмо, прислонился спиной к стене, окружающей территорию ВШБ, и такое у него было опрокинутое лицо…
— Мальдин, ты чего? — окликнула я приятеля и подошла к нему.
— Что? — вскинулся он, словно очнувшись. — А, Кирюш. Да так…
Он судорожно сложил письмо и убрал в конверт, не глядя на меня.
— Мальдин! Ну-ка колись, что произошло? — присела я на корточки рядом с ним. — Неприятности?
Он горестно сморщился и опустил голову.
— Ну же! Рассказывай!
— Да нечего рассказывать, — пожал он плечами.
Разумеется, я прицепилась к нему как клещ и не давала встать и уйти, пока не вытянула всю информацию. Оказалось, что его семья полностью разорена, имение, которое было заложено и перезаложено, забирают, чтобы хоть частично погасить долги, а его мать и младшую сестру выкидывают на улицу. Отец умер несколько лет назад, и они втроем сами выкручивались как могли. И еще выяснилось, что его сестренке придется выйти замуж за какого-то богатого старика, чтобы маму не забрали в долговую тюрьму.
— И что же ты будешь делать? — тихо спросила я друга.
— А что я могу, Кир?! — воскликнул он, сжав руки в кулаки. — Ну что?! У нас ничего нет! Вообще ничего! Все, что можно было продать, мы продали уже давным-давно. Я даже учусь на стипендию, как и ты, и буду потом отрабатывать стоимость обучения. А сейчас мне придется отпроситься и отправиться домой. Нужно помочь маме и сестре перебраться к нашим дальним родственникам. Они согласились принять их из милости на какое-то время… Продам заколки, которые вы мне привезли, хотя бы на переезд хватит денег.
— Мальдин, прости за глупый вопрос, но вы аристократы? Я ведь никогда не спрашивала…
— Мы нетитулованные дворяне, если ты об этом, — равнодушно отозвался он. — Только толку от этого никакого.
— А много нужно денег, чтобы выкупить имение и полностью погасить долги?
Парень назвал сумму, и я даже присвистнула.
— Кир, не рассказывай никому, ладно? — попросил он и поднялся с земли. — Пошел я к ректору отпрашиваться. Сегодня же и отбуду…
Он сгорбившись направился к главному корпусу, а я какое-то время смотрела ему в спину, потом кивнула своим мыслям, вызвала Диану, чтобы быстрее управиться, и верхом рванула обратно в город. Вернувшись в школу, сбегала в мужской корпус, узнала, что Мальдин уже ушел в телепортационную башню, и помчалась догонять его. Только бы успеть!
Успела!
— Мальдин! Стой! — завопила я, увидев входящего в башню парня. А догнав, всучила ему тяжеленную сумку. Хоть я и наложила на нее облегчающее заклинание, но все равно… — Фу-х-х! Ну ты и шустрый! Еле догнала, да еще с таким багажом.
— Что это, Кир? — с недоумением спросил приятель, приняв груз.
— Подарок! Вот как домой приедешь, тогда и вскроешь. Ладно? И не потеряй, а то я сильно обижусь, — улыбнулась я.
Удивленно улыбнувшись в ответ, он кивнул, попрощался и ушел, а я побрела в общежитие. Ну что такое, в сущности, деньги? То, что может спасти кому-то жизнь или пролежать в банке до лучших времен и еще неизвестно, пригодится ли. Да, сумма была о-очень внушительная, но… Легко пришло, легко ушло. Заработаю еще со временем, а своих не бросают, да и маму и сестру друга жалко, хотя я их и не знаю.

Вернулся Мальдин через неделю и первым делом помчался ко мне. Ворвался в комнату и прямо с порога закричал:
— Кира! Ты! Ты! У меня слов нет!
— Мой подарок помог? — не обратила я внимания на его вопли и на удивленный взгляд Лолы.
— Кира! Я… Ты нам жизнь спасла! И я… а мама… и сестра… поклон тебе низкий передавали… — всплеснул руками парень, от волнения не сумев сформулировать нормально свою речь.
— Ну и хорошо, — улыбнулась я.
А Мальдин подскочил, сгреб меня в охапку и от избытка чувств несколько раз чмокнул в макушку.
— Кирюш, я никогда не смогу рассчитаться с тобой, но помни, я твой вечный должник! Если вдруг тебе нужна будет помощь… в любое время… я всегда… и в гости… — у него срывался голос от волнения, и фразы получались корявые и неоконченные.
— Да что произошло-то?! — не выдержала Лола. — Ты где пропадал, Мальдин? И почему такой взвинченный? И за что благодаришь Киру?
— Она… — попытался он ответить, но я ткнула его кулачком в бок, не дав сказать.
— Я просто передала небольшой подарок для его мамы и сестры, а он видишь как расчувствовался, — пояснила сама.
Мальдин сдавленно хохотнул, еще раз чмокнул меня в волосы, поцеловал обе руки и ушел. Любопытная дерхана потом долго мучила меня вопросами, но что я могла ей сказать? Я и не говорила. И Карелу не говорила, и Ивару тоже. Ни к чему…

Мой напарник, правда, про эту историю все равно пронюхал. То ли Мальдин проболтался, то ли во время нашего ментального слияния Карел сумел что-то прочесть, но он спросил:
— Кир, ты почему мне не рассказала?
— О чем? — не поняла я.
— О том, что дала такую огромную сумму денег Мальдину! — с обидой произнес он.
— Ах об этом… — протянула я и покосилась на Аннушку, которая сидела с закрытыми глазами, подставив лицо солнечным лучам. — А зачем? Подарила и подарила. Ему было очень нужно.
— А как же ты?
— Тю… Тоже мне проблема, — фыркнула я. — Еще заработаю, мы же теперь можем. И потом, я не все отдала, что-то там еще осталось. А Мальдин и его семья были в беде, их из дома выкинули. Его сестру хотели отдать замуж за какого-то старикашку, чтобы мать не посадили в тюрьму за долги. Грязная история какая-то, если честно. Не удивлюсь, если тот богатый старикан все это ради молоденькой жены сам и подстроил. По крайней мере, в книгах всегда именно так пишут: если случается что-то подобное, то ноги растут как раз от таких вот «благодетелей», готовых дать свое имя юной девчонке, якобы спасая ее и ее семью от…
— Хватит болтать, адепты, — меланхолично обронила преподавательница, даже не поворачивая к нам головы.
Все же слышала она наш разговор… Я прикусила язык и с досадой поморщилась, укоризненно посмотрев на напарника, но он лишь виновато улыбнулся и развел руками.

Весна подходила к концу, приближалась сессия. Все адепты забросили проказы и шалости, исчезли милующиеся парочки, а в библиотеке стало многолюдно. Ну еще бы, годовые экзамены! Для кого-то они были последними (светил вожделенный диплом об окончании ВШБ), для кого-то — переходными на следующий курс. Наша команда тоже с головой погрузилась в зубрежку пройденного материала и подготовку курсовых. Ривалиса в этом году мучитель Закариус вновь озадачил, и ушастый бедолага корпел над курсовой по некромантии. Карелу тоже счастье привалило, но уже от магистра Бонефура. Преподаватель артефакторики весьма высоко оценил способности моего напарника и его рвение, а потому задал какую-то мудреную тему о взаимодействии заклинаний классической магии, используемых в изготовлении артефактов и амулетов, с чарами ведьм. Надо пояснять, какая именно ведьма имелась в виду? Так что мне пришлось помогать другу, зачаровывая фигнюшки, которые он мне подсовывал, различными способами и сопровождая их пояснительными записками. А Карел потом мудрил над ними и конспектировал итоги своих экспериментов в курсовую. Забегая вперед, скажу, что работа адепта Вестова произвела наилучшее впечатление на магистра Бонефура. Карел получил заслуженный высший балл, а его работу отдали в переплет и вручили магистру Ририну, нашему библиотекарю. Для последующих студиозов, так сказать. Ведь материал практически бесценный. Ха! Это Карел еще не написал в своей курсовой о том, что происходит, если некая ведьма накладывает свои чары на предметы в нереальностях, а их потом заколдовывает классический маг.
Но об этом тс-с-с!
Самым сложным экзаменом для второго курса почему-то явилось точное построение порталов в нереальности. С выходом в местах хранения большого количества книг ни у кого проблем не было, но это мы умели уже на первом курсе, а вот оказаться в вымышленном мире там, где требовалось, — это вызвало у многих сложности. Экзамен проходил долго и муторно. Вместе с каждым из адептов преподаватель отправлялся лично, чтобы посмотреть — куда же в итоге вывел книжный портал, ну и вернуть нерадивого ученика обратно, если точка выхода оказалась где-нибудь в опасном месте. По-настоящему влипли в неприятности лишь несколько школяров. Три девчонки с ЖРФ угодили в области скопления монстров вместо указанных им точек выхода. Жирафы потом бились в истерике (тоже мне, цацы и неженки! Аннушки на них нет, уж она бы им таких монстров предоставила, что до конца жизни заикались бы), отпивались успокоительным и морально готовились к пересдаче экзамена. Один фэнтбой умудрился перенестись к… подножию извергающегося вулкана, и вернулись они вместе с учителем слегка поджаренные. А второй — вот тут мы просто рыдали от смеха над незадачливым книгоходцем — попал в гарем нереального сказочного шаха. О боже мой! Как вспомню, так опять смех душить начинает. Возвратились они вместе с преподавателем отнюдь не так быстро, как от монстров и вулкана, и надо было видеть этих несчастных… Истосковавшиеся по мужской ласке одалиски чуть ли не на клочки порвали внезапно свалившихся к ним объектов мужского пола.
Как потом говорил однокурсник, он теперь на девушек нескоро смотреть сможет. Гам, визг, женская драка за доступ к мужскому телу… Два этих самых «тела», горными козликами бегающие от полуголых наложниц (ну или кто они там) по всему гарему. И вроде как применять боевую магию к девушкам разного возраста и масти негоже, и в то же время оголодавшие дамочки не давали им ни секунды передышки, чтобы построить портал и унести ноги. В итоге адепт и его учитель, оставив в нежных «ласковых» ручках большую часть своей одежды, забаррикадировались в башне, наверху которой располагалась смотровая площадка. И вот там они смогли активировать переход и вернуться в школу к ожидающим их в аудитории остальным студентам.
От себя могу сказать, что когда эти двое вышли из портала, то мы буквально онемели. Поцарапанные, оборванные настолько, что их проще было назвать полуголыми, магистр и ученик смотрели друг на друга волками и нервно вздрагивали. А когда одна из жираф вскрикнула от изумления, бедные жертвы гаремных гурий чуть под стол не нырнули. Сдержались, конечно же, но видок у них был тот еще. Экзамен пришлось прервать на несколько минут, пока учитель не переоделся и не привел себя в божеский вид. А студент-халтурщик был отправлен учить матчасть и практиковаться.
— Я уже немолод, у меня больное сердце! — ворчливо отчитывал его магистр. — А вы, адепт, завели меня в одно из таких мест, в коих я и в юности не бывал! Прочь с глаз моих!
Насчет больного сердца и преклонного возраста подтянутый и красивый как картинка магистр, конечно же, лукавил. Но, вероятно, ситуация выбила из колеи даже его.
Мы с Карелом экзамен сдали легко, выйдя из книжного портала в конкретно заданных точках. Аннушка нас выдрессировала так, что проблем не возникло.

РАЗГОВОР В КАБИНЕТЕ ГЛАВЫ ВШБ

— И все же, магистры, давайте обсудим… — скучающим голосом проговорил декан Аррон. — Второй курс фэнтбоев достаточно нестандартен, в чем мы успели убедиться еще в прошлом году.
— Ах, да что там обсуждать? — всплеснула руками декан жираф. — И так понятно, ваши мальчики, Лукас, поедут сопровождать моих девочек.
— Да? — едко поинтересовался мужчина, и в его карих глазах блеснул огонек. — А кто, позвольте спросить, поедет сопровождать моих девочек?
— Ох уж эти ваши девочки! — поджала губы магистр Лайвас.
Ректор слушал их разговор не без удовольствия. Эти двое каждый год спорили о том, куда поедут их адепты. А учитывая их общую студентку, которую они никак не могли поделить и каждый считал исключительно своей…
— Даяна, не хочу вас обижать, но одна из моих девочек — ваша отличница, — оправдал ожидания магистра Новарда декан боевиков.
— Это моя  девочка и моя  отличница! — тут же вскинулась блондинка.
— Ну конечно! — усмехнулся Лукас Аррон. — То-то эта ваша отличница заткнет за пояс многих парней и командует целой бандой. Они же ей в рот заглядывают.
— Она очень способная ученица. Да! Аррон, а вы просто завидуете мне. Никто из ваших адептов еще ни разу не сумел призвать фамильяра. А она смогла! Причем не для себя и не одного!
— Вот это-то и пугает, — неожиданно вздохнул декан фэнтбоев.
— Магистры, не ссорьтесь, — счел нужным вмешаться глава школы. — И так ведь понятно, что Золотова и Вестов поедут вдвоем. Осталось решить — куда именно. Откровенно говоря, я бы запер их в архиве на всю практику. Как-то оно надежнее…
Два декана многозначительно переглянулись. Даяна Лайвас с грустью подумала о том, что только благодаря внезапно свалившемуся на ВШБ финансированию удастся заново отстроить лабораторию, которую второй раз взорвала адептка Золотова на последнем экзамене по алхимии. И ведь все так безобидно начиналось, она сама с живейшим интересом наблюдала за экспериментом этой талантливой девочки. Но кто же мог предположить, что в итоге это  рванет? Всего лишь безобидный эликсир усиления магических способностей. Как было устоять и не попробовать его приготовить, раз уж в их распоряжении имелись толченые ракушки и такой редкий ингредиент, как чешуя русалок?
А магистр Лукас Аррон в это же время размышлял, что не стоит больше позволять Золотовой применять магию воды в спаррингах. Очень уж у нее… нестандартные подходы. То наводнение, то ливень, то гололед, то туман такой, что ни зги не видно. А уж если она вызовет водного элементаля… Боевик поморщился как от зубной боли.
— Так что, есть идеи? — правильно оценил задумчивость деканов глава школы.
— Магистры, — раздался в этот момент тягучий голос преподавательницы бестиологии и фейриведенья. Темная фея все это время так тихо сидела в расположенном в углу кресле, что про нее все забыли и вздрогнули, когда она заговорила. — Я, право слово, не понимаю, почему вы размышляете о моих  учениках? Я их готовила целый год и, поверьте, найду куда их отправить и какое поручение им дать.
Ректор страдальчески закатил глаза и напомнил:
— Магистр Кариборо, только, я вас прошу, без фатальных последствий. Они ведь всего лишь второкурсники.
— Ах, оставьте, магистр Новард, — мило улыбнулась темная фея. — Мои ученики вне зависимости от курса будут делать то, что я им велю.
Оба декана переглянулись. Наслышаны они уже были о методах Аннушки и не раз наблюдали оборванных, побитых и окровавленных адептов Вестова и Золотову, возвращавшихся с практических выездов.
— И куда же вы хотите направить их, магистр Кариборо? — с опаской уточнил ректор.
— Мне в руки попался один старинный документ, хранившийся в книге, вывезенной в давние времена из реальности Дарколь. Весьма занятная информация, должна сказать. Думаю, Золотова оценит. Ну а Вестову деваться некуда, где она, там и он.
— А… что искать-то? — подняла брови преподавательница алхимии.
— А вот над этим пусть ломают головы мои ученики. Но практику я им обещаю интере-е-сную. Этим авантюристам понравится, — сверкнула глазами Аннушка.
Даяна Лайвас поджала губы и нарочито отстраненно посмотрела в окно, а Лукас Аррон невольно поежился.
— Магистр Кариборо, но кто же за ними будет приглядывать? Ведь не можем мы отправить второкурсников совсем одних, если этот мир не полностью безопасный.
— Магистр, вы, кажется, чего-то не учитываете, — подняла брови фея с таким видом, будто изумлена до глубины души. — Это мои  ученики, им няньки не нужны. А впрочем, если вы так настаиваете, я подумаю.
— О чем? — потерял нить рассуждений Аннушки ректор.
— О том, чтобы отправиться вместе с ними, как вы того желаете. Вы правы, я действительно засиделась в школе. Можно и развеяться.
Несчастный глава школы ничего такого не думал. Он вообще мечтал только об одном: чтобы адептка Золотова поскорее закончила свое обучение и избавила его от постоянной головной боли. И уж конечно, он не собирался отправлять куда-либо магистра Кариборо. Но что с одной, что с другой юной особой (если уместно называть «юной» фею, которая, по слухам, старше его самого в несколько раз) он терялся и не мог предугадать их следующую выходку или эскападу.
Смирившись, магистр Новард дал добро Аннатиниэль Кариборо брать своих учеников и везти куда она пожелает. Главное — не забыть потом написать отчет о практике.

Глава 25
О планах на летнюю практику, посещении королевского бала и странном разговоре с его величеством, а также о предложении, от которого трудно отказаться

К концу сессии почти все уже знали, кого куда отправят на практику. Жирафам традиционно «выдали» в спутники фэнтбоев, даже девчонок с боевого факультета в этом году приписали к девушкам с ЖРФ. Лолина и Ривалис снова ехали вместе, но, к великому счастью дерханы, не в королевский дворец, а в одну из огромных библиотек-хранилищ в абсолютно магическом мире, в котором технологии отсутствовали как вид. Лола бурно радовалась, но ровно до тех пор, пока я ей не намекнула, что душ и унитаз, уж простите, там отсутствуют. А потому пусть готовится общаться с ночным горшком. Восторг моей соседки после этого слегка поутих, но, поразмыслив, она сказала:
— Да ладно, Кир, это все же не необитаемый остров. Вы с Карелом у русалок в гостях вообще по кустикам друг от друга прятались, и ничего. Так что и мы с ушастым переживем.
«Ушастый», который в это время чесал пузо балдеющему Тимофею, поднял голову, демонстративно пошевелил ушами и отозвался:
— Подумаешь, душ! В Светлом лесу его тоже нет, и ничего. Я Лоле, если что, спинку потру, когда она в корыте мыться будет.
— В каком еще корыте?! — возопила роскошная брюнетка. — Я тебе что, коза?!
— Ну… коза не коза… — собрался отмочить какую-нибудь шуточку эльф.
— Я тебе так спинку потру, что потом пойдешь к мучителю Закариусу работать наглядным пособием, — отвесил ему подзатыльник Юргис.
Ривалис потер голову и под наши смешки пожаловался своему песцу:
— Никто нас с тобой не любит, Тимка. Ты — пушной зверек, подкрадывающийся незаметно, я — красавец-мужчина. А все нас обижают…

Остальные члены нашей тесной компании тоже собирались отправляться в различные магические миры, что было логичным, ведь мы все обладали силой. Мальдин станет спутником Тельтины. Гастон — Ялины Деньской. Ивар, Юргис и Эварт будут сопровождать своих однокурсниц с ЖРФ, но куда именно, я не знала. Мне было достаточно факта, что мой парень поедет не с паскудной Иолой, остальное меня не волновало. Оба оборотня тоже должны ехать с подопечными магистра Даяны Лайвас. Нам с Карелом направления пока не дали, но мы уже знали: Аннушка что-то задумала и сама выбрала для нас программу для летней практики. Кто бы сомневался!
В последний день весны нас с напарником вызвал к себе ректор. Пребывая в полной уверенности, что идем за распределением, мы вошли в кабинет главы школы.
— Магистр, мы готовы! — улыбаясь, сказала я.
— Да что вы говорите, Золотова?! — ехидно отозвался сидящий за столом маг. — И к чему же вы готовы?
— Ну… — поняла я, что, похоже, погорячилась.
Карел фыркнул, стараясь сдержать смех, и легонько ткнул меня пальцем в бок.
— Ох, Кира, Кира! — покачал головой магистр Новард. — До чего же вы неспокойное существо!
На это мне возразить было нечего, так что я только смущенно улыбнулась.
— Кира, вы помните наш разговор по поводу его величества?
— Да конечно. Но ведь…
— Он желает вас видеть. Вас обоих, так как я счел своим долгом поставить его в известность о том, что вы напарники. Вот два приглашения, — подвинул он в нашу сторону тисненые золотом конверты. — Завтра, в первый день лета, в королевском дворце устраивается традиционный бал. Вас найдут в зале и проводят для беседы с его величеством.
— Оу! — зависла я.
На бал мне совершенно не хотелось. Это ведь нужно платье специальное, а у меня хоть и имелись наряды, но максимум для званого ужина или для бала школьного. Карел тоже поморщился с досадой. Он продолжал расти после вмешательства лекаря-эльфа в Светлом лесу и потому обходился минимумом одежды, чтобы не обновлять гардероб каждые пару-тройку месяцев. Сейчас напарник был выше меня уже сантиметров на семнадцать и уверял, что это не предел, если судить по его родне.
В общем, нам обоим предстояло где-то спешно добывать бальные наряды, только потому, что королю вздумалось с нами поговорить именно завтра и именно на балу. Как будто мало других дней и нельзя сделать это по-деловому, в рабочей обстановке…
— Ступайте к магистру Кариборо, — между тем распорядился ректор. — Она будет вас сопровождать, а сейчас введет в курс дела.
Ох ты ж дикобразики колючие! Еще и Аннушка!
Забрав приглашения, мы побрели к темной фее. Впрочем, как оказалось, расстроились мы зря.
— Получили приглашения? — суховато спросила преподавательница. Мы кивнули, и она продолжила: — Его величество — человек… гм… весьма своеобразный. Он буквально помешан на соблюдении этикета в стенах своего дворца. А потому, адепты, настоятельная просьба: ведите себя безукоризненно! С вами, граф Вестов, думаю, проблем не возникнет. А вот вам, Золотова, я рекомендую освежить в памяти все, что вам преподавали. Реверансы, поклоны, когда можно заговорить и так далее. Не думаю, что это вызовет у вас трудности, но будьте готовы.
— Хорошо, магистр, — покладисто согласилась я.
— Теперь о нарядах. Учитывая, что времени уже нет и приобрести что-либо приличное до завтрашнего вечера невозможно, я беру это на себя. Оденьтесь в вещи, которые вам не жалко, для метаморфоз. Встретимся перед отбытием из школы, и я все зачарую.
— О! Большое спасибо, магистр Кариборо! — возликовала я, что не нужно мучиться и судорожно носиться по Межгороду в поисках платья, которое подойдет для дворца.
Карел тоже поблагодарил фею, и она нас отпустила до завтрашнего дня. Мы, разумеется, рассказали обо всем ребятам, и те стали строить домыслы: зачем мы понадобились королю? Обычные студиозы, и вдруг — королевский бал! Что-то тут нечисто!
Ох, если бы они только знали, насколько это все «нечисто». Но о нашем даре говорить с драконами никто не знал, так же как и о драконьих яйцах, дожидающихся своего часа где-то в секретных помещениях ВШБ.

Перед отбытием из школы мы зашли к Аннушке. Оружие и сумки брать не стали, так как во дворец с подобным не ходят. Еще у себя в комнате я нанесла легкий макияж и переоделась в одно из повседневных простых платьев. Из украшений надела белый жемчуг, а все фенечки мне пришлось убрать. Ощущение было после этого странное… Я так привыкла к этим браслетикам, что, когда сняла их, руки казались какими-то голыми.
Магистр Кариборо окинула нас оценивающим взглядом и начала с меня. Несколько пассов, легкий взмах рукой и… как в сказке про Золушку, честное слово!
На мне возникло невероятное бирюзовое платье с пышной юбкой, открытыми плечами и глубоким декольте, и вся эта красота была отделана вышивкой и перышками. Я немедленно стала опираться в поисках зеркала, но магистр одернула меня:
— Золотова, не вертитесь! Я еще не закончила с вами.
Когда она жестом дала понять, что завершила свою работу, я места себе не находила от желания посмотреться в зеркало. Ну вот что ей стоило его наколдовать, а? Мне ведь интересно, что за пышное и довольно длинное бирюзовое (в тон платья) перо украшает мою прическу…
Я мимикой изобразила Карелу свой вопрос, на что получила восхищенный взгляд и поднятый большой палец.
— Вестов, вам не стыдно так скромно оценивать мое творение? — тут же прокомментировала его жест Аннушка. — Ваша напарница выглядит как сказочная принцесса, а вы ей демонстрируете всего лишь легкое одобрение.
Карел смутился и порозовел, старательно глядя в сторону. Аннушка же хмыкнула и изменила его брюки и рубашку на мужской костюм, уместный на королевском балу. Теперь была моя очередь показывать большой палец в качестве одобрения.
— Адепты, вы ужасны! — вздохнув, сообщила на наши перемигивания и переглядывания темная фея и в мгновение ока преобразилась сама.
Ее платье было по-прежнему черным, но из невероятного переливчатого шелка, который при движении отливал то в перламутр, то в лазурь, а то и в багрянец. Эдакое чернильное северное сияние, невообразимо роскошное, притягивающее взгляд. Распущенные волосы Аннушки улеглись в высокую сложную прическу, украшенную шпильками с бриллиантами. А ее шею и уши украсили драгоценности с этим же благородным камнем.
— На выход, адепты. Я переправлю нас из телепортационной башни, — распорядилась эта умопомрачительная женщина.
Мы вышли из кабинета и столкнулись в коридоре с… Извергом. Дерхан подпирал стену в ожидании, а как только мы вышли, он выпрямился и уставился на меня в немом восхищении.
— Ну как?! — кокетливо спросила я и покружилась.
— Кира-а… — выдохнул он и тяжело сглотнул.
— Адепт Стенси, не задерживайте нас, — прохладно одернула его Аннушка и, шурша шелками, пошла вперед.
Карел последовал за ней, так что пришлось мне послать своему парню воздушный поцелуй и припустить за своими спутниками.
В коридорах мы столкнулись еще с некоторыми адептами, и наши феерические наряды (особенно мой, ибо Аннушка прекрасна всегда) произвели неизгладимое впечатление. Ребята провожали меня и магистра восторженными взглядами, девушки — завистливыми.

Королевский дворец оказался… очень королевским. Позолота, лепнина, хрусталь, зеркала, вычурная мебель, вазы, рыцарские доспехи и много разряженных аристократов. Внешне я выглядела благодаря Аннушке не хуже прочих дам, но в душе чувствовала себя глупо и нелепо. Будто попала на съемки исторического фильма, где все играют свои роли и только я не знаю, чего ожидать и как себя вести. Премерзкое ощущение! Хотя мой внешний вид… я была ослепительна! И платье, и туфельки, и прическа, и пушистое бирюзовое перо в волосах…
Но особенную досаду я почувствовала, когда церемониймейстер объявил о нашем приходе:
— Герцогиня Аннатиниэль Кариборо! Граф Карел Вестов! Госпожа Золотова!
Аннушка — герцогиня! Забодай меня комар! Ну как так, а?! А я — госпожа. И если еще минуту назад меня не смущало то, что я никоим образом не дворянка, то после объявления моего статуса… Я успела заметить, как взгляды мужчин, направленные на меня с нешуточным интересом, угасли и аристократы равнодушно отвернулись. Ну как же! Всего лишь какая-то «госпожа Золотова», а никакая не герцогиня и не графиня. Взгляды женщин в свою очередь загорелись ехидством. Мол, как бы шикарно ты ни была одета, ты — обычная выскочка, не то что мы!
Карел держал меня под руку, не давая запаниковать и растеряться, Аннушка же скользила сквозь эту нарядную толпу словно… ну, не ледокол, конечно, но она шла — а все перед ней расступались.
А мне все так противно стало! И этот дворец — жалкая пародия на Петергоф, и эти нарядные аристократы обоих полов — обычные заносчивые снобы, и король — которому невесть зачем мы понадобились именно на балу.
И тогда я разозлилась! Выпрямила спину, помня об осанке, подняла подбородок и, «держа хвост пистолетом», последовала за магистром Кариборо. Я маг, ведьма, Говорящая с драконами, и я из мира, где аристократы практически вымерли как вид. А те, что были ранее… о них можно сказать не слишком много хорошего: у каждого второго имелись генетические или психические заболевания из-за постоянных близкородственных браков, а уж о внешности их и говорить не стоит. Вырождение никого не красит. И положа руку на сердце, я привлекательнее многих из присутствующих здесь дам. А титул… Пф! Что мне с ним делать, если я надумаю вернуться домой на Землю? Хвастаться сидящим в соседних палатах наполеонам и александрам невским, что я маркиза (баронесса, графиня, etc.) сказочного мира?
От этих мыслей я невольно улыбнулась, и мое настроение пошло вверх.
Карел, почуяв, что я повеселела (он вообще хорошо меня чувствовал), пожал мне пальцы и ободряюще улыбнулся. Зная о том, что его голос, вероятнее всего, перекроет даже гвалт и музыку, друг промолчал, только показал свою поддержку взглядом и жестом.
— Вот сразу бы так, — само собой, заметила мое поведение темная фея. — Золотова, они обычные дворяне. Не ждите от них слишком многого, они просто другие. Не такие, как вы.
— Все верно, магистр, — отозвалась я. — Но справедливее было бы сказать, что это я не такая, как они.
— Вы умная девушка, адептка, — благосклонно кивнула она. — Это радует. Вестов, пригласите уже свою напарницу танцевать, чего вы ждете?

Спустя несколько танцев с Карелом и другими молодыми мужчинами, которые все же снизошли до меня, к Аннушке подошел подтянутый господин средних лет. Они о чем-то поговорили, и магистр взглядом показала мне продвигаться к выходу. Карел в это время вальсировал с какой-то девицей с длинным носом, и ему пришлось сопроводить свою даму к ее матери и извиниться.
А дальше был длинный поход по коридорам, потом еще немного по лестницам — сначала вверх, а затем вниз — и снова по коридорам, и нас привели в малую гостиную, распорядившись ждать здесь. Его величество король Антуан VI пришел минут через десять. Я уже видела портреты этого немолодого сухощавого человека с явной долей эльфийских кровей. Красивым его назвать было нельзя, что вообще-то странно, если среди твоих предков затесались представители дивного народа. Но тем не менее впечатление Антуан VI производил приятное.
— Герцогиня! — благосклонно кивнул он Аннушке.
Я в это время присела в полагающемся ситуации реверансе и исподтишка подглядывала сквозь ресницы. Темная фея обменялась с королем любезностями, он поцеловал ей ручку и лишь после этого повернулся ко мне (все еще сидящей в реверансе! Чтоб его!) и к склонившемуся в придворном поклоне Карелу. Вот ведь нехороший человек! Его бы заставить в такой раскоряке посидеть пару минут! Но правила… правила и этикет…
Когда нам позволили выпрямиться, посыпались вопросы. Начал король с меня.
Правда ли я из технического мира? И что же, у нас действительно практически не осталось аристократии? А кто же тогда правит государствами? А кто составляет высший свет? Образование обязательно для всех? Какое у меня было до того, как я оказалась в ВШБ? Я действительно ведьма? Почему же учусь не в Академии ведьм? Ах потому, что я еще и книгоходец и это для меня в приоритете? И что же, жить потом в лесной избушке я не планирую, как прочие ведьмы? Нет, так как люблю города? Странно. А перебираться в другую реальность, более техничную, чем Межреальность? О, пока не думала об этом, так как предстоят еще три года учебы? Похвально, похвально. Действительно ли я сильный маг воды? Да? А показать?
Я показала: над кадкой с декоративной пальмочкой образовалась маленькая тучка и пролилась дождиком в сухую землю. Пальме понравилось, королю тоже.
И вот после этого допроса его величество наконец приступил к тому, за чем, собственно, нас и позвал:
— Вы доверяете вашему напарнику, госпожа Золотова? — прозвучал вопрос, заставивший меня растеряться.
— Да, ваше величество. Мы не раз прикрывали друг друга, и я знаю, что могу положиться на него, он не бросит меня в беде, а я со своей стороны отвечаю ему тем же.
— А вы, граф? — бросил взгляд на Карела король.
— Полностью, ваше величество. Мы напарники уже два года, — сдержанно пробасил мой друг.
— Если бы вдруг потребовалось… скажем, дать вашей партнерше титул и единственным способом для этого было бы дать ей вместе с ним и свое имя, вы бы на это пошли?
Карел округлил глаза, я вытаращилась на Антуана VI (какая еще партнерша?! Напарница!), но он ждал, а потому моему другу пришлось отвечать:
— Мы не любовники, ваше величество, а напарники, — сдержанно, с явной прохладцей проговорил граф Вестов. — Но если бы обстоятельства сложились так, что по каким-то причинам титул был бы жизненно необходим Кире, то да. Я дал бы ей его и с ним свое имя.
— Я наблюдал за вами в зале, госпожа Золотова, — продолжил и дальше ставить нас в тупик этот странный король. — Ваши манеры произвели на меня приятное впечатление. Я, признаться, опасался, что вы, как ведьма, можете оказаться вульгарной, дурно воспитанной особой. Рад, что это не так.
— Благодарю, ваше величество! — присела я в реверансе, спрятав выражение глаз за ресницами.
Дурдом! Чистый дурдом! И вопросы такие же дурные!
Аннушка с невозмутимым видом слушала эту чудную беседу и бровью не вела, из чего я сделала вывод, что это нормально для… то ли для Антуана VI, то ли для всех местных правителей.
— Хорошо, теперь перейдем к тому, зачем я вас пригласил. Вы действительно Говорящие с драконами?
— Да, ваше величество, — хором отозвались мы с Карелом.
— И действительно являетесь хранителями двух яиц драконов и можете поспособствовать заселению этого вида живности в Межреальности?
И снова мы ответили «да».
— Ну что ж… Госпожа Золотова, как монарх этого государства хочу предложить вам следующее: вы сделаете все возможное, чтобы маленькие ящеры вылупились и подросли; обеспечите им с помощью ваших учителей и напарника надлежащий уход и присмотр, а когда окончите ВШБ, то проследите за ними и дальше. То есть я предлагаю вам остаться в Межреальности на постоянной основе и не возвращаться в ваш технический мир. Согласитесь, там вы не сможете применять ваши магические способности, а это было бы крайне досадно. Это относится и к вам, граф Вестов. Магистр Новард дал вам обоим блестящие рекомендации, а репутация вашего личного учителя герцогини Кариборо говорит сама за себя.
— А мы сможем путешествовать по реальностям и нереальностям или нужно будет постоянно сидеть возле… — попыталась я уточнить планы повелителя.
— Обязательно! Вы ведь книгоходцы! Более того, я буду доволен, если вы станете находить в ваших путешествиях редкие ценные предметы и привозить их. Опыт показал, что вы весьма везучие молодые люди. Приобретенный дар, дракончики, да и ваш жемчуг, госпожа Золотова. Я вижу на нем остаточные следы магии русалок…
Мы с напарником переглянулись, но предпочли молча поклониться, не отвечая на провокационную реплику. А король-то — маг, раз видит чары русалок.
— Так вот, госпожа Золотова. Если вы примете мои условия, я дарую вам титул, дабы ни у кого не возникло искушения… — не договорил он.
— О! — снова промямлила я. Бред! Мне титул? Да на кой он мне?
— Думайте, госпожа Золотова. Я вас не тороплю, так как вам учиться еще три года и спешка излишняя. Но имейте в виду мое предложение. Какой титул вам даровать, я пока не решил, все зависит от вас и ваших деяний.

Когда разговор закончился и нас соизволили отпустить, то мы, храня молчание, вышли из дворца, и уже с крыльца Аннушка открыла портал в школу.
— Не расстраивайтесь, Золотова, — произнесла вдруг темная фея. — Получить титул, хоть вам это сейчас и не кажется чем-то нужным, не так уж и плохо. Меня в свое время сделали герцогиней за заслуги. Хоть и не в этом мире и не этот монарх, но титул остается при мне вне зависимости от реальности, в которой я живу.
— Да я не расстраиваюсь, магистр. Просто глупо все это. Ну какая из меня аристократка?
— О-о, Золотова, поверьте, среди титулованных особ бывают такие… гм… личности, что вы по сравнению с ними образец аристократизма. И потом, учитывайте, что вы маг и ведьма, следовательно, жить будете долго. Очень долго в сравнении с обычными людьми. И вам решать, нужен ли в этих предстоящих вам годах особый статус.
— Кир, — тронул меня за руку Карел, — я думаю, тебе нужно согласиться. Тебе ведь нравится Межреальность, так почему бы тут и не остаться? А я буду рядом. Вырастим наших ящерок, отправим их в свободный полет и пустимся во все тяжкие…
Аннушка на эти слова фыркнула, что было совершенно не в ее стиле и делало ее как-то человечнее, что ли.
— Во все тяжкие? — лукаво протянула я и хихикнула. — Звучит заманчиво.
— Ох, адепты! — покачала головой фея. — Вы невероятные авантюристы, но, пожалуй, именно это мне в вас и нравится. Золотова, скажите честно, какую пакость вы замыслили совершить перед отбытием на практику?
— Магистр Кариборо! — оскорбилась я.

Глава 26
О последней в учебном году проделке, новых обитателях ВШБ и «радости» ректора, а также об отъезде на летнюю практику

Откровенно говоря, никаких проказ я не замышляла. Некогда было! Но после слов Аннушки я призадумалась и приняла решение, что окончание учебного года надо бы отметить. Ведь вот-вот все разъедемся в разные края, после практики тоже вряд ли успеем что-нибудь совершить, а значит, надо что-то придумать, и быстро. Нет, не пакость, конечно, но…
Именно об этом я размышляла, пока шла к общежитию. Именно этим занималась и потом, отвечая на расспросы Лолы и Тины весьма отрешенно, чем очень их огорчила. Девчонкам ведь было интересно, как прошел бал и что хотел от нас с Карелом король. А потом меня осенило, и я вскинулась:
— Придумала!
— Что? — с опаской спросила Лолина.
— Все для любимой школы! — стукнула я себя кулачком в грудь.
— Ой! — хихикнула Тельтина. — Я уже представляю, как обрадуется ректор твоему очередному подарку «любимой школе».
— Да ладно, — отмахнулась я. — Дуб всем нравится, хотя и ругали. Я вспомнила одну страшилку из детства. Мы тогда играли в волшебников и колдунов и изобретали разные ритуалы. Но так как магии на Земле практически нет, то у нас, конечно же, ничего не получалось. Но тут-то совсем другое дело… Нужно идти на улицу, пока ночь, мы как раз успеем развлечься.
— Надо звать парней, иначе они нам не простят, если мы без них… — заявила Тина, подошла к моему столу, написала послание и вручила его Адель с приказом отнести Ивару, Карелу и остальным.
Я переоделась, захватила с собой необходимые вещи, и мы с девочками и вернувшейся Аделькой крадучись выбрались из общежития, добежали до ограды школы и притаились за кустами возле самого забора неподалеку от ворот. А тут и парни подоспели.
— Кира, что ты опять придумала? — спросил меня Карел. — И почему не предупредила меня?
— А меня осенило во время разговора с Лолой и Тиной, — призналась я.
— Кир? — обнял меня Ивар.
Все остальные просто в предвкушении смотрели и ждали.
— Я предлагаю попробовать вызвать духа-хранителя для школы, — сообщила я. — Предупреждаю сразу, как это делать по-настоящему, по магическим канонам, так сказать, я не имею ни малейшего представления. Но есть придуманный мной и подружками в детстве ритуал, который якобы должен вызвать некие сущности. Вот! Ну и предполагается, что они станут охранять дом.
— О боги! — заржал Юргис. На него тут же зашикали все остальные, потому что получилось громко и нас могли застукать.
— Да ладно, — смутилась я. — Поиграем! Ничего, конечно же, не выйдет, ну и пусть. Зато весело будет.
— Обхохочешься, — фыркнул мой напарник. — Особенно весело будет, если ты вызовешь что-то типа джинна, как в прошлом году.
— Ой нет! Никаких джиннов! — категорически заявила я.
— Рассказывай, что вы там придумали, когда были детьми? — с улыбкой велел Изверг, и я на него посмотрела с благодарностью.
— Смотрите! Нужно взять белый лист бумаги, нарисовать на нем какое-то существо и придумать ему имя. Потом положить рисунок на пол или землю и изолировать его кругом из соли. Затем зажечь свечу, поставить ее прямо на лист с рисунком, ну и как-то позвать того, кого нарисовали.
Ребята переглянулись и, не выдержав, дружно расхохотались.
— Да ладно вам, — прыснула я вместе с ними. — Мне же было всего десять лет, когда мы это придумали. Мы с подружкой пытались кого-нибудь призвать, а в итоге сами себя так напугали, что чуть не описались от страха, когда ее кот прыгнул со стола и уронил банку с карандашами.
Это вызвало еще более бурное веселье, а когда мы отсмеялись, я раздала всем по листу бумаги. Лола и Мальдин сразу же отказались, заявив, что совершенно не умеют рисовать. Гастон, подумав, тоже сказал, что с его способностями к художеству призовется такой монстр, костей потом не соберем. Поразмыслив, я пришла к выводу, что и мне не стоит пытаться изобразить кого-либо, а то ведь чревато. Рисовать я не умела совершенно, максимум «ручки, ножки, огуречик — получился человечек».
Творили в итоге Карел, Ивар, Тельтина, Ривалис. Юргис и Эварт сначала не хотели, потом общими усилиями сделали совместный рисунок, посмотрели на это корявое существо и быстро разорвали свой шедевр, не дав никому посмотреть. Я только краем глаза успела подглядеть. Пожалуй, они правильно поступили, а то если бы это  навестило нас, пришлось бы срочно вызывать магистра Кариборо, именно она лучше всех уничтожала разных бестий.
Самых красивых существ создали эльфы. У них вообще все эстетично получается. Очень неплохой портрет какого-то волосатика вышел у Карела. А Изверг изобразил что-то чешуйчатое, зубастое и рогатое, но с добрыми глазами, опушенными длинными ресницами. Я мысленно возрадовалась, что не стала рисовать кривобокого Колобка или человечка, а то опозорилась бы.
А дальше мы насыпали четыре круга из соли, водрузили в каждый из них по рисунку. Перешучиваясь, придумывали имена всем тем потенциальным духам, которых создали наши художники. Правда, очень быстро это свалили на меня как на идейного вдохновителя, и я брякнула слова, похожие на латинские. Потом мы зажгли по свечке (их я взяла с запасом) и приготовились.
— Дальше-то что, Кир? — спросила Лола.
— Ну… давайте вызовем их всех.
— Как?!
— Как… Как же мы их вызовем?.. — пробормотала я. — А давайте просто так и позовем. Встанем в круг, возьмемся за руки, направим силу к этим творениям и покличем их по именам. Предложим стать хранителями школы.
— Ой, бре-е-ед! — давясь от смеха, протянул Рыжик.
— Зато весело! — не поддержал его Изверг. — Только, Кирюш, ведьма у нас ты. Так что давай-ка ты становись поближе к рисункам, а мы вокруг.
Мы заняли позиции, ребята взяли друг друга за руки и, давясь от смеха, принялись повторять за мной:
— Феррум, Лапис, Лигнум, Терри, призываем вас! Станьте хранителями школы! Феррум, Лапис, Лигнум, Терри, призываем вас!
Когда над бумажками в пламени свечей вдруг проявились размытые призрачные силуэты тех сущностей, что были изображены на рисунках, то мы буквально онемели. Тихонечко взвизгнула Тина, зарычала Адель. Корвин и Чарли, сидевшие все это время на ветках ближайшего дерева, озадаченно каркнули. Гаврюши и Тимофея с нами не было, а то бы и они выразили свое изумление.
А прозрачные монстрики беспокойно заметались, пытаясь вырваться за круги соли.
— Кира! — поторопил меня напарник, выдергивая из шокового состояния.
— А, да! — встрепенулась я.
— Феррум! Назначаю тебя духом-хранителем Высшей Школы Библиотекарей. Выбирай, где ты будешь жить.
— Железо! Мне нужно железо! Где железо?! Быстрее! Я храню железо! — словно ржавые дверные петли проскрипел чешуйчатый и рогатый не то варан, не то азиатский длинный дракончик, которого нарисовал Ивар.
— Э… ворота! — ткнула я пальцем в направлении металлических кованых ворот школы и носком сапога стерла соль, нарушая круг.
Прозрачное гибкое тельце рогатого Феррума метнулось в том направлении и впиталось в железные створки.
— Однако! — пробормотал Изверг. Похоже, он был в изумлении от своего творения.
— Лапис! — Я повторила слова о назначении духом-хранителем.
Волосатое существо, нарисованное Карелом, выбрало каменную кладку ограды. И почему камень? Внешне он походил на лешего… Лигнум, созданный Ривалисом, нырнул в дерево, на котором сидели вороны. Птицы испуганно вспорхнули и на всякий случай перелетели на более спокойное место. А последняя сущность, вышедшая из-под рук Тельтины, кокетливо стрельнула глазками в парней, хихикнула и плавно подлетела к пышному кусту, усыпанному белыми цветами.
— Кустики… Земля рыхлая… Как хорошо! — прошелестела Терри (ибо это точно оказалась девочка, хотя внешне определить сие было невозможно) и впиталась во вскопанную землю у корней куста.
— Ой, что буде-ет! — озвучила общее мнение Тельтина.
Ребята разжали руки, так как нужды держать круг больше не было, и расступились. В полной тишине я погасила свечи, собрала рисунки и озадаченно на них уставилась.
— Но как?! — спросила я друзей.
— Вот и мне это интересно, адептка Золотова! — как гром среди ясного неба прозвучал голос ректора.
Каюсь, повели мы себя вовсе не как солидные маги и взрослые серьезные люди и нелюди. Мы дружно заорали и шарахнулись в разные стороны как перепуганные тараканы.
— Стоять! — пригвоздил нас к месту голос главы школы.
Сбившись в испуганную стайку, мы смотрели на ректора и ожидали кары. А за его спиной обнаружились Аннушка, мучитель Закариус и магистры Даяна Лайвас и Лукас Аррон. Последовавшая за этим сцена буквально повергла нас в ступор: темная фея протянула руку к преподавателю некромантии, тот, поморщившись, вынул из кармана кошелек и вложил в ее ладошку.
— А я вам говорила, магистр Закариус, — мило улыбнулась преподавательница бестиологии. — Все же я лучше знаю свою ученицу.
Деканы двух факультетов переглянулись, и их губы дрогнули в улыбке. М-да… Дожили! Преподаватели делают ставки: нашкодит ли адептка Золотова или удержится.
— Золотова, ваша идея? — спросил магистр Новард, от которого, конечно же, не укрылось произошедшее. — Хотя что это я? И так понятно — ваша. Вы мне только скажите: как вам это удалось?
— Мы их придумали и нарисовали, — вздохнула я. — Я и не предполагала, что у нас получится хоть что-то. Просто детская шутка…
Маг покачал головой и зычно позвал:
— Духи-хранители! Покажитесь!
Из ворот высунулась рогатая голова и приветливо оскалилась. Учитывая, что хранитель оставался прозрачным, смотрелось это, мягко говоря, странно. Из земли вынырнула головка Терри, но целиком выбираться наружу она не спешила. Лигнум и Лапис тоже выглянули из своих укрытий и с интересом уставились на мага.
— Ну и что мне с вами делать? — вопросил он, рассматривая духов.
Те переглянулись, пожали плечами и перевели взгляды на меня. А я что? Откуда мне знать, что делать с духами-хранителями? Поэтому я тоже пожала плечами и, в свою очередь, уставилась на магистра Новарда. Преподаватели, которые с интересом наблюдали за нашими переглядываниями, не сдержавшись, тихо рассмеялись, но тут же исправились и придали себе серьезный вид.
Наконец рогатый чешуйчатый Феррум проскрипел:
— Нас ведающая призвала. Приказала хранить Высшую Школу Библиотекарей. Так мы уже начали.
— Ах ведающая приказала? — с сарказмом протянул ректор и нахмурился.
Я поежилась и начала прикидывать, какое наказание последует за очередную шалость с последствиями, но вместо этого услышала неожиданные слова:
— Золотова, как же я от вас устал! Ну вот скажите, как только вам в голову приходят все эти дикие идеи?
— Да как-то сами, я их не зову, — брякнула я и хлопнула себе ладошкой по губам, поняв, что сказала.
— Кто рисовал? — задал он следующий вопрос и кивнул на рисунки в моей руке.
Я глянула на напарника. Ему ведь не привыкать со мной за компанию отдуваться за проказы. Карел же уставился на Изверга, вероятно, намекая, что неплохо бы ему взять вину на себя, все же он мой парень. Ивар явно не хотел быть крайним и пристально посмотрел на Ривалиса. Ну а ушастый улыбнулся, пожал плечами и бочком подобрался к Тельтине. Наверное, решил, что двум эльфам (одна из которых девушка) будет больше снисхождения.
— Х-художники! — проворчал глава школы и жестом поманил к себе рисунки. Листки встрепенулись, вырвались из моих пальцев и подлетели к магу.
Пока магистр Новард рассматривал портреты новой школьной живности, мы переминались на месте. Прозрачная «живность» в свою очередь продолжала торчать, наполовину высунувшись из своих укрытий.
— Н-да… — резюмировал свои впечатления от ситуации ректор, после чего велел мне: — Золотова, прикажите вашим… духам, чтобы отныне подчинялись мне, как главе ВШБ.
— Это легко! — обрадовалась я и выполнила указание.
После этого, к величайшему нашему удивлению, нас не стали вызывать «на ковер», а отправили спать. Аннушка еще велела собрать вещи в дорогу и завтра к десяти прийти к ней в кабинет с багажом, так как мы отправимся на практику. А куда? Какая именно задача у нас будет? Ничего заранее фея нам так и не сказала.
В общем, вечер прошел неоднозначно. И на королевском балу побывали мы с напарником, и с друзьями похулиганили, и отличиться успели. Остаток ночи я собирала вещи в дорогу. Лола, укрывшись с головой, чтобы свет не мешал, видела уже десятый сон, а я все перебирала шкаф, пытаясь понять, что может пригодиться, а чего лучше не тащить, а купить на месте.

Утром меня разбудил Ивар. Поспать я толком не успела да и провести вместе с ним время перед долгой разлукой тоже, но куда ж деваться? Студенты — существа подневольные. Мы долго обнимались и целовались, пользуясь отсутствием Лолы.
— Если бы ты знала, как я не хочу тебя отпускать, — шепнул Ивар.
— Я буду скучать, — утешила я его.
— Ты потерпи, Кир. Учеба закончится, Аннушка отпустит вас с Карелом, и больше тебе никогда не придется рисковать собой и переноситься в разные миры. Я об этом позабочусь.
Я озадаченно посмотрела на него. Как он себе это представляет? Я учусь на мага именно для того, чтобы переноситься в другие миры, выдуманные и настоящие. Именно к этому нас и готовит Аннушка, да и вообще…
— Я не позволю тебе рисковать своей жизнью! — пояснил Ивар. — Никаких реальностей и нереальностей!
И вроде как я должна бы восхититься, ведь прозвучал вполне конкретный намек на то, что он собирается позаботиться обо мне в будущем. Только… почему-то я совсем не обрадовалась. Наоборот, напряглась и призадумалась.
Ивар явно ждал моей реакции на свои слова, но я просто не знала, что сказать. Слава богу, тут вернулась Лолина, и мы принялись прощаться.
— Кирюш, что-нибудь интересное привезешь? — улыбнулась дерхана, обнимая меня. — Ты умеешь.
— Ладно, — рассмеялась я. — А ты мне.
— Ну все, все, — шмыгнула носом Лола. — Идите уже.
Ивар одной рукой подхватил две мои сумки, обнял меня за плечи и пошел провожать. Разговор как-то не клеился, Изверг явно был расстроен моим отъездом, я же, наоборот, горела предвкушением, но, чтобы не огорчать его еще больше, сдерживалась и не заговаривала о практике.
Так мы дошли до лужайки перед главным корпусом, и я решила попрощаться с котом и русалкой. Миртиль дремала, смежив веки, поэтому я подошла поближе и приветливо кивнула Семену. И тут мне пришла в голову мысль кое-что проверить. Помнила я беседу на французском языке и решила провести эксперимент.
— Ahoj, Semjone. Jak se maš? — спросила я его. Я бывала в Чехии вместе с родителями и знала пару фраз по-чешски.
— Ahoj, Kiro. Mam se dobrĕ, — благодушно отозвался фантом на чистейшем чешском языке, а я затосковала.
Ивар изумленно поднял брови, слушая нашу беседу. Но сам не вмешивался.
— А я на практику еду, — исчерпав свой запас иностранных слов, сообщила я коту.
— О! Slečna jede na praxe? To ne výborný! Št’astnou cestu! — как ни в чем не бывало продолжил кошак, ранее свободно говоривший по-французски. А теперь это животное так же легко болтало со мной на языке, на котором был написан роман о похождениях бравого солдата Швейка.
— Ага! — типа поняла я его. — Ну, я пошла, счастливо.
Семен зажмурился, а я потянула Изверга за собой, пока не опозорилась еще сильнее.
— И что это было? — спросил Ивар, как только мы отошли. — На каком диалекте вы разговаривали?
— Разговаривали — это сильно сказано, — фыркнула я. — Я знаю несколько слов на языке одной из стран моего мира и спросила кота, как у него дела. А он, видишь? Я ничего не поняла, что он ответил. Мне до фантома далеко, это он полиглот.
Мы с парнем переглянулись и рассмеялись.
Карел уже ждал меня возле кабинета Аннушки, как мы и договаривались. Здесь же мы попрощались с Иваром.
— Ну что, адепты, готовы? — спросила магистр Кариборо. На полу у ее стола располагались две большие дорожные сумки, а в руках она держала ветхий книжный томик в обтрепанной обложке. — Рассказываю. Мы сейчас втроем перенесемся в реальность Дарколь, заселимся, осмотримся, и потом вы изучите документ, который я вам дам.
— А что за документ, магистр? — с предвкушением спросила я.
— Вы будете нашим куратором на практике? — в свою очередь задал вопрос Карел.
— Документ старинный, попал ко мне в руки случайно. Да, буду, так как в реальности Дарколь нет никого, кому можно было бы вас доверить. Да и я заодно развеюсь, — ответила нам обоим фея и активировала книжный портал.
Первым туда вплыл по воздуху багаж Аннушки, затем последовал Карел, обернувшись проверить, иду ли я, и завершила наш переход преподавательница.
«Загрузка новой реальности», — прозвучал привычный отчет.
И я увидела, что мы стоим в тупичке, а прямо перед нами выход на шумную улицу, по которой проехал раритетный автомобиль с открытым верхом.
Автомобиль?!  Да неужто?!
Мне на секунду даже показалось, что я перенеслась не только в пространстве, но и во времени и очутилась в прошлом Земли: очень уж та машина была похожа на старинные выставочные экспонаты или на объект винтажных открыток. Но я тут же поняла свою ошибку. Ведь моя родная реальность — техническая, а вышибалы путешествуют по мирам, а не во времени. И слава богу! В душе вдруг возникла твердая уверенность: я не желаю возвращаться на Землю насовсем. Нет, навестить родителей и наведаться домой я, конечно же, хочу. Очень! Но именно в гости. А менять дни, полные тайн, чудес и волшебства, на скучную обыденность… Нет уж! Я вовсе не жажду лишиться всего того, что у меня есть сейчас и будет потом. В этой новой, удивительной жизни у меня появились настоящие преданные друзья, правда, и настоящие враги тоже. А еще у меня преподаватели-маги, которые учат волшебным чудесам. И вот сейчас, прямо за поворотом, меня ждет очередное невероятное приключение!
— Это что? — изумленно пробасил Карел, ткнув пальцем в проезжающий как раз мимо входа в наш тупик двухэтажный автобус. Только не привычный мне, современный земной, а… словно со старинных английских гравюр.
— А это, адепты, место, в котором мы проведем ближайший месяц. Может, чуть больше. А может, чуть меньше, но это вряд ли, — спокойно отозвалась Аннушка.
Фея поманила пальчиком свои сумки, и те поплыли за ней над мостовой. Мы с напарником переглянулись и предвкушающе улыбнулись друг другу. А потом быстро поправили пояса с оружием, подхватили свой багаж и бросились догонять нашу умопомрачительную учительницу.